Паргоронские байки. Том 3

– Иди и проси у своей матери, – отказал Мараул. – Или у дяди.
– Они не дадут!
– И правильно сделают. Я тоже не дам.
– Да почему?! – не выдержал Клюзерштатен. – Хотя бы сотню условок, мне хватит на первое время!
Мараул положил подбородок на скрещенные ладони и пристально посмотрел на козломордого попрошайку. Он никому в этом не признавался, но много тысяч лет назад, когда он был помоложе, ему запала в сердце молодая гохерримка, дочь одного из первородных Зубов. Эсветаллила, одна из самых храбрых, благородных и прекрасных дочерей Паргорона.
Он даже подумывал сделать ей предложение, ввести в свой дом как хозяйку… когда скончался ее отец, и она унаследовала его счет. Стала демолордом.
После этого Мараул воспылал к ней еще большей страстью. Он был готов отдать ей все, разделить с ней свой счет… лишь бы быть с нею рядом.
Конечно, после этого сватовство сильно осложнилось. Это рядовую гохерримку демолорду получить несложно, если та не чрезмерно горделива. А вот другого демолорда… ох, у них все-таки какие-то дурацкие предубеждения к бушукам.
Но Мараул не собирался сдаваться. Несколько тысячелетий он добивался расположения прекрасной Эсветаллилы. Все демолорды ведь космически одиноки, и некоторым хочется разделить существование с кем-то равным.
Но потом Эсветаллила, так и не вступившая в брак, просто вернулась в свою обитель… и принесла в подоле младенца. Шерстистого уродца с козлиной мордой и копытами.
Всю страсть Мараула как рукой сняло. Она сменилась глубоким разочарованием.
– Клюзерштатен-Клюзерштатен, в папочку он вышел статью, – ядовито проскрипел Мараул, не сдержавшись. – Виноват ли, впрочем, он, что мамашу пер козел?
– Говно у тебя стихи! – рявкнул Клюзерштатен, бешено хлопнув дверью.
Он убрался сразу же. Что-то гохерримское в нем все-таки жило, и он боялся не сдержаться, напасть.
А простому демону с вычерпанным досуха счетом уж точно не совладать со всемогущим демолордом.
Других посетителей сегодня не ожидалось, и Мараул блаженно откинулся в кресле. Он уже предвкушал жирные прибыли, что потекут в Банк Душ совсем скоро.
В «Соелу» дым стоял коромыслом. Тысячи демонов смеялись, пили, поднимали тосты, жрали в три горла и лапали шлюх. В общем зале было не продохнуть от гохерримов, среди них были вексилларии и даже сам Рыцарь Паргорона.
В воздухе что-то носилось. Весь Паргорон словно замер в предвкушении.
– Бокалы! Поднимем бокалы! – разорялся пьяный Грагголовагг. – Выпьем за нашего… икх!.. главнокомандующего! Выпьем за грядущую… икх!.. кампанию!
– Тихо, тихо, – похлопал его по плечу Гаштардарон. – Не шуми. Не радуйся раньше времени – еще ничего не решено.
– Убвввв… ачеее… всепршают! Ларитры все порешают!.. Наш старый Желудок все обкашляет, нибаись!..
– И мы омочим клинки… – хищно улыбнулся Демкельдегрор.
Где-то там, среди столов, слонялся и Клюзерштатен. После Мараула он снова попытался одолжить денег у матери, потом и у дяди, а теперь шатался здесь. Заглядывал искательно в глаза, выпивал со всеми, кто соглашался ему налить, и пытался одолжить денег.
Счет шел уже не на условки – хотя бы несколько астралок.
Гохерримы смотрели на него свысока. Наливать наливали, не скупились. Хмыкали и подтрунивали, пока Клюзерштатен заискивающе смеялся над их грубыми шутками и сам старался развеселить.
– Да ладно, одолжи десяточку, – умильно просил он у очередного пьянчуги. – Да я завтра же отдам. Вот у Гаштардарона хоть спроси, я всегда отдаю! Э, Рыцарь, подтверди, что я отдам!..
Гаштардарон сделал вид, что не слышит этих воплей. Демкельдегрор криво ухмыльнулся и что-то зашептал ему на ухо.
Клюзерштатен поджал губы и сузил глаза.
– Что, козлятина, доскакался? – заржал кто-то. – Спляши для нас! Астралку дам!..
Клюзерштатен заколебался. Какая-то гордость в нем еще осталась. Но гохеррим поднял палец, сверкнула искра… одно движение – и целая астралка перейдет на счет Клюзерштатена.
И на его счету будет целая астралка!
Клюзерштатен неохотно запрыгнул на стол и начал танцевать. Наливали ему сегодня щедро, трезветь он не хотел, так что движения были… нелепыми. Он не особо и старался.
 
– Э-э-э, давай лучше! – недовольно крикнул гохеррим. – За такое… такое…. такое больше двух эфирок не стоит! Я лучше, вон, хракам денег… ик!.. дам – пусть дерутся!
Гохерримы заржали. Они принялись колотить кружками по столам, выбивая ритм.
– Танцуй, Клюзерштатен! – заорал кто-то еще. – Танцуй, козлиная морда!
Кто-то швырнул в него капустной кочерыжкой. Клюзерштатен поймал ее на лету, на мгновение запнулся, а потом расплылся в ухмылке.
– Сколько мне заплатят, если я суну ее в нос?! – выкрикнул он.
Всем захотелось увидеть козла, танцующего с кочерыжкой в носу. Пьяные гохерримы принялись кидать в Клюзерштатена эфирками. Двадцать, тридцать, пятьдесят… почти собрал астралку!
– Сколько можно ждать, козлиная морда?! – выхватил кто-то шашку. – Давай – запихивай и пляши!
– Ща! – пообещал Клюзерштатен.
Он прыгнул вперед с неожиданной грацией. Хмель из глаз выветрился. Под улюлюканье толпы он подкинул злосчастную кочерыжку и пнул копытом так, что она вонзилась точно в ноздрю гохерриму с шашкой.
– Блыэ!.. – издал тот невнятный звук, еще не поняв, что произошло. Из носа и рта хлынула кровь.
А Клюзерштатен схватил одной рукой бутылку вина, другой – окорок, и побежал по столам, распинывая посуду и отдавливая руки.
– А ну стой! – рявкнул гохеррим с шашкой, прыгая следом. – Выходи на дуэль, трус и подлец!
– Не выйду! – задорно бросил Клюзерштатен.
– Почему?!
– Потому что я трус и подлец!
Он как будто дернул ладонью – и время на мгновение остановилось. Клюзерштатен резко развернулся, выхватил шпагу – и тонкий клинок вошел в живот гохеррима. Тот изумленно кашлянул, брызнул кровью изо рта и подался назад, мгновенно трезвея.
А Клюзерштатен уже удирал.
Гохерримы одновременно разозлились и развеселились. В воздухе сверкнули клинки. Целая толпа пьяных демонов ринулась на одного Клюзерштатена. Они принялись рубить столы и воздух, пытаясь попасть по мохнатым ногам, но он уворачивался ошпаренной кошкой и хохотал, хохотал, хохотал!..
Демоническая сила в «Соелу» под запретом, иначе его пришлось бы отстраивать заново после каждой попойки. Но гохерримы и без нее легко крушили мебель и друг друга. Они моментально забыли, что послужило поводом, и принялись дубасить всех, кто попадался под руку.
Вот уже и Грагголовагг разбил кому-то голову кружкой. Вот уже и Гаштардарон перевернул стол.
А заваривший это все Клюзерштатен вывалился за дверь с трофеями. Его счет поднялся на целых две астралки.
Сегодня он не с пустыми руками!
– Эй, милашка! – окликнул он подпирающую стену самоталер. – Я сегодня при деньгах!
Самоталер зыркнула на него и брезгливо отвернулась. В «Соелу» сегодня целая толпа гохерримов, в том числе вексилларии. Кому нужен этот ощипанный петух, когда на выход скоро попрут жирные фазаны?
– Пф, пхе!.. – мгновенно понял ее мысли Клюзерштатен. – Потом пожалеешь. Я…
Он опрокинул залпом всю бутыль и вытер рот мохнатым запястьем.
– …я т-тя запомню!.. – пообещал он. – Шлюха!
На секунду ему захотелось проткнуть демоницу прямо сейчас. Выхватить клинок, отыграться на ней за все… заодно и счет пополнить. Но из тьмы сверкали глаза других самоталер. Их тут были десятки, они всегда гуляют возле «Соелу».
И тронешь одну – вцепятся все. Самоталер не так могущественны, как ларитры, но дюжина их высосет и гохеррима. Тем более – такого жалкого, как Клюзерштатен.
 
– Пожалеете, – мрачно пообещал он, уходя прочь. – Все еще пожалеете.
А тем временем Лиу Тайн уже текла в другой мир, сливаясь с туманами Лимбо и частично просачиваясь сквозь Кромку. Мелкие духи и дикие эфирные сущности разбегались с пути ларитры, как рыбешки – от плывущей акулы.