Убежище. Книга пятая
– Обалдеть! – ПП, которые беззастенчиво толпились на Мишкином балконе и прекрасно слышали весь разговор, переглянулись. – Ну и тётка! Это ж вам какое счастье-то привалило, что вы живёте так для неё неудобно!
А Антонина Ивановна продолжала:
– Да, так вот… Сын решил ипотеку брать, но мне нужно всё выяснить. Они хотели сначала тебя попросить этим заняться или Вовичка, но я им сразу сказала, что полагаться можно только на своих!
– Во круто! Значит, вы не свои, но жить к вам без приглашения приехать можно запросто, и на свадьбу тоже! – Пашка восхищённо покивал. – Шикарная, однако, тётка!
– Киру жалко, – Полина поджала губы. – Реально жалко!
– Это да… – Мишка кивнул. Его недоумение по поводу хмурого и невесёлого вида и поведения девчонки растаяло, как утренний туман. – С такими замашками её бабули другой и не станешь, тем более что она всё время голодная!
Сама Кира в это время наслаждалась неожиданной радостью: к ней пришла Маура, пару минут присматривалась, а потом запрыгнула на руки и решительно свернулась клубком.
– Неудобно, конечно: одни косточки, ну да ладно, потерплю! И что за люди, как можно так котят не кормить? – размышляла кошка, тарахтя, как стиральная машинка на отжиме.
– Ой, какая ты хорошая, сама ко мне пришла! Кисанька, солнышко… – Кира от кошачьего пения растаяла, расслабилась и неожиданно уснула.
– Это ещё что такое, а? – Антонина Ивановна, обнаружив спящую в кресле внучку с кошкой на коленях, пришла в ярость. – Ты что? Забыла, что должна соблюдать режим? Кто тебе позволил спать днём? И зачем ты взяла эту кошку? Поди вымой руки с мылом!
– Нет сил… Ну, никаких! Можно было бы что-то похитрее придумать, но планы требуют времени, поэтому сейчас будем элементарно, методами простейших котоприёмов! – вздохнул Фёдор, примерился и, красиво взяв разбег, с размаху подкатился сзади справа под колено гневающейся дамы. Через долю секунды умело убравшись в сторону, Фёдор проследил, как гостья, словно озвученная и весьма звучно голосящая Пизанская башня, наклонилась на бок, а потом картинно ухнула на стопку собственных чемоданов.
– Тётушка, что-то вы зачастили… – Людмила озадаченно рассматривала Антонину Ивановну, вопящую в чемоданном развале. – Чего вас туда прямо как магнитом тянет-то, а?
– Кто-то меня уронил! Кто? – верещала Антонина. Кирку она видела лично, шаги Людки слышала, дурацкие детки сидели в комнате Мишки, закрыв дверь. Она бы услыхала, если бы дверь открылась. – Кто?
– Кот в пальто! – мурлыкнул Фёдор из тёмного угла за дверью. – Приятного приземления! Нет, можно было бы вообще ноги заплести, но так ещё сломает себе чего-нибудь, останется у нас лечиться… Неее, это нам не надо!
Антонина Ивановна подозрительно осматривала выделенную им с Кирой комнату, даже под диван заглянула, словно ожидая узреть там злоумышленника, посмевшего её уронить, – никого не нашла, а вот про кота и не подумала. Несмотря на свои вопли о том, что в первый раз кот свалил её чемоданы специально, она была абсолютно уверена, что животные думать не умеют, живут, руководствуясь инстинктами, а следовательно, и ничего осознанного сделать не в состоянии.
– Ой, наивная-то какая! – пофыркал Фёдор. – Ну-ну… Если бы не этот несчастный людокотёнок, я бы применил приём котокирпича по холке, но тогда она уедет точно! А нам этого пока не надо… Ладно-ладно, будем думать! – Фёдор уселся прямо напротив комнаты гостей и принялся думать.
Глава 6. Разговоры и планы
Владимир был готов к звонку мамы по экстренному выдворению тётушки, но звонка всё не было и не было.
– Я вообще себе не представляю, как можно её выносить! – рассказывал он Нине.
– Как я поняла, Людмиле Владимировне просто очень жалко ту девочку…
– Киру? Да. Мне её самому жалко. Главное, я не понимаю, зачем эта невозможная тётка приволокла её в Москву? Уже три дня как приехали, но Антонина даже не попыталась врачам её показать: бегает по риелторам! Правда, для нас это хорошо, потому что тётка возвращается такой перенасыщенной эмоциями, что к маме не пристаёт, Мишку вообще не замечает, Киру тоже практически… Я-то надеялся, что удастся её отправить домой до свадьбы, но, похоже, она прибыла надолго.
– Может, Людмиле Владимировне помочь нужно?
– Нет! Мама справляется, да и потом… Нин, ты же к свадьбе готовишься, столько всего делаешь! А с этой тёткой помочь может только рейс Москва – Хабаровск!
– А что она с риелторами-то делает? – удивилась Нина.
– Как что? Квартиру ищет. Желательно на Фрунзенской… – расхохотался Владимир.
– Там же непомерно дорого!
– Именно. Я ей сразу сказал, чтобы и не думала там купить, но она абсолютно убеждена, что где-то есть квартирка как раз для них! Типа, остальным и не найти, а она вот возьмёт и откопает! Сходила к риелторам. Сначала к крупным. Ей сразу объяснили, что по чём, получили от неё ураган с доставкой в офис, но стояли на своём: на Фрунзенской можно купить только собачью будку и то на тележке! Теперь она бегает по мелким риелторам и требует желаемое с них.
– Бедные! – посочувствовала незнакомым людям Нина.
– Ну, да… Правда, я им очень благодарен: они невольно дают возможность Кире передохнуть. Мама говорит, что, как только Антонина уходит, Кира прямо оттаивает. Ну, и Мишка с ПП с ней хороводятся: всё время её вытаскивают то погулять, то пообщаться.
– Погоди… Как ПП? Они что, у вас? – Нина поражённо уставилась на жениха.
– Ну, да, а что?
– И они знают Киру?
– Конечно!
– И ещё не было никаких разрушений, землетрясений, цунами и ураганов?
– Ну, тётушка падает постоянно, но ПП в это время у нас дома не наблюдается.
– Падает? – Нина прикрыла глаза, соображая, что могли учинить её драгоценные племянники, чтобы устроить падение и одновременно обеспечить себе алиби.
– Ага! Нее, это не ПП! – успокаивающе покивал Владимир.
– Миша?
– Неа! Это Фёдор! – рассмеялся Владимир. – Он подстерегает тётку и поддаёт ей под коленки головой. Причём вот же умник: валит её на диван, или на кресло, или на кровать, короче, так, чтобы она себе ничего не переломала, и тут же стремительно исчезает. Ну, ты знаешь, как коты умеют. Просто растворяется.
Он хмыкнул.
– Если бы мне раньше кто-то сказал, что я могу говорить так про кота, я бы решил, что надо мной смеются. Но, ёлки-палки, Фёдор реально разумен!
– Да они все разумны, просто не все считают нужным это демонстрировать, – кивнула Нина. – А Антонина не поняла, кто это её роняет?
– Неа… Она как-то… пугается, что ли! Людей она отродясь не боялась. Никаких и никогда. Скандал? Чем больше, тем лучше! Пьяные? Снесёт как стенобитная машина. Она даже как-то изловила одного не очень вменяемого мужика в Хабаровске. Ходил такой вечерами в парке и демонстрировал женщинам самое ценное, что у него в организме выросло. Развлечение такое у паразита было – кто-то пугается, кто-то визжит, кто-то убегает, а ему и здорово. Он забавлялся, пока тётку не встретил, распахнул плащ, а Антонина свет Ивановна кааак взвоет, как хватанёт колышек, что под руку попался… И ничего, что колышек к заборчику был приделан намертво: оторвала! Вот так, вращая над головой колышком с останками заборчика, она и гнала мужика через весь парк прямо в гостеприимное местное отделение полиции. Причём он как был гмм… а-ля натюрель, так и влетел в дежурку с криками «спасите!» Видать, он как узрел, что она с заборчиком учинила, сразу представил, что будет, если она до него самого доберётся!
Нина хохотала так, что чуть не уронила с колен Полосатость.
– Оооой, даже от такого трудного характера польза имеется! – выговорила она, переведя дыхание.
– Ага, имеется, а как же! Только вот я подозреваю, что у нас на свадьбе проявления этого характера будут несколько неуместны. Так что финты Фёдора, который тётку немного озадачивает, меня очень даже радуют. Может, она малость поутихнет.