Убежище. Книга пятая

– Возможно… – Нина задумчиво погладила Полосатость. – Знаешь, меня смущает то, что ПП ничего такого не учинили!
– Ну, может, каникулы, отдыхают они… – легкомысленно отозвался Владимир, который семьдесят четвёртый раз бросил Гирю «палочку» размером с хорошую дубинку и тоже наивно надеялся отдохнуть. Но Гирь подпихивал к нему дубинку, а, когда Владимир старательно отводил глаза от половины древесного стволика, клал ему на колени тяжеленную лапу и влюблённо заглядывал в глаза.
– ПП? Нееее, тут что-то не так! – вздохнула Нина и была права.
Пашка, Полина и Мишка как раз обсуждали это, вольготно разместившись в Мишкиной комнате.
– Всё не так! – злилась Полина, сверкая глазами. – Если бы не Кира… Ах, сколько всего можно было бы сделать! Но если эта невозможная хищница-людоедка уедет, то и Киру увезёт!
Полина, сама не зная почему, испытывала к Кире примерно такие же чувства, как к забитой кошке или собаке. Ну невозможно было спокойно смотреть, как эта девчонка сворачивается калачиком в кресле и засыпает, как только её бабка уходит из квартиры.
– Ей тринадцать! Ну, почти тринадцать, а ведёт она себя как старушка, усталая, оголодавшая старушка! Поспать и чтобы не трогали – главная цель! А это пюре… – Поля про пюре спокойно вспоминать не могла: сразу чувствовала, что звереет. – Картошку ей, видите ли, нельзя! Полнеют от неё. Ага! Ложку пюре ела так, словно это величайшее лакомство, чуть не тряслась над ним, и ту я заставила слопать: сказала, что иначе обижусь! В мозгах такое дикое месиво, что ужас просто. Балет, балет, балет… ррррр, слышать про это не могу! Да ещё страх, что потолстеет и родители совсем от неё отвернутся!
Мороженое Кира ела ещё два раза, каждый раз ужасаясь своему поведению. Ела и даже глаза закрывала от удовольствия, поэтому и не видела, какими мрачными взглядами обменивались её новые приятели.
– Да уж, Кирку жалко, – глубокомысленно кивнул Пашка. – Вид у неё, правда, такой, что без слёз не взглянешь: некрасивая, мрачная такая всегда, лишнего слова не вытянешь, но тоже человек… Ай, Полька!
Метко брошенная диванная подушка сбила философа с небольшой табуреточки, и он обиженно продолжил уже на полу.
– Чего ты кидаешься?
– Того… Она раз в сто красивее твоей Анечки из параллельного класса! А мрачная от жизни такой весёлой! – Полине категорически не нравилась девчонка, которой симпатизировал её братец: манерная блондинка, которая глупо хихикала и нагло строила Пашке глазки. – И не зови её Киркой! Так её бабка величает.
– Какая у меня тяжкая жизнь! – Пашка уселся по-турецки на полу, облокотившись на диван и обняв за шею счастливого Пина. – Не сестра, а чёрная мамба! И кошку подобрала себе под стать! Аааай, Полька! – он затряс рукой, на которой в виде прищепки повисла чёрная Атака.
Беззвучное «фас», сказанное Полиной, моментально превращало Атаку в катастрофически стремительное создание. Вот и сейчас она прыгнула на руку Пашки, поднятую в философском взмахе, и куснула его за запястье.
Мишка разумно помалкивал. Кира ему тоже показалась совсем некрасивой и мрачной, но он умел держать язык за зубами.
– Ладно, пошутили и хватит! Кирке, не-не, Кире, – Пашка вовремя поправился, покосившись на строгую сестру, – ей и правда хорошо бы хоть на какое-то время дать передохнуть. Только вот как обесточить бабку?
– Слушайте! Она ведь ищет дешёвую квартиру в районе Фрунзенской. А там цены дичайшие, я знаю. Бабушка и папа ей говорили. Только она всё равно уверена, что найдёт. Так может нам ей помочь?
– Найти квартиру? – удивился Пашка, зато Полина сообразила быстрее. Наверное, потому что, в отличие от брата, не была занята отдиранием от себя Атаки.
– Баран! Не найти, а помочь искать! Разместить объявления по несуществующим адресам!
– А зачем по несуществующим? – Пашка осторожно отцеплял от себя одну лапу котёнка-подростка, а как только переходил к другой, первая тут же возвращалась на своё место.
– Да затем, что она людям, которые окажутся по реальным адресам, мозг вынесет! Атака, фу. Плюнь ты его, а то он две мысли одновременно думать не умеет! – скомандовала Полина и подставила руки, ловя своё чёрное сокровище и водружая обратно на плечи.
 
– Так… Это интересно! Ну, положим, будет она ездить по адресам и что?
– Да не просто так ездить, а тогда, когда нам нужно! Ну, вот через пару дней у Нины свадьба. Как вы думаете, что эта тётя-мотя на свадьбе устроит?
– Ничего хорошего! – мрачно ответил Мишка. – Я уже слышал её рассказы о том, как она веселилась в качестве гостьи! Одна свадьба даже расстроилась, потому что Антонина наговорила гадостей жениху про невесту и невесте про жениха. Оба поверили, короче, вместо свадьбы вышел ужас ужасный!
– Ну, это и к лучшему! На фига жениться людям, которые с готовностью верят всяким разным, говорящим гадости про их любимых? – авторитетно заявила Полина. – Но в нашем случае всё не так. Чтобы там она ни несла, Нина и дядь Володя не разойдутся, но вот праздник им испортить эта вампирша может запросто!
– Поль, а давай мы её между нашими тётками посадим, а? – осенило Пашку. – Они обе пираньи, конечно, но за своих порвут, как Тузик грелку!
– Да запросто порвут! Только вот нужен ли этот процесс на свадьбе? Тихо они не могут, а громко… сами понимаете, будет не к месту! – Поля никогда не относилась с придыханием к самому празднеству, не мечтала о платье, о фате и прочих играх под названием «хоть день, но побуду невестой». Наоборот, они с Пашкой на одной из свадеб запустили фейерверки прямо в шатре, приспособленном для проведения банкета! Правда, им было по восемь лет да и фейерверки вспыхнули вовремя, остановив намечающийся скандал среди девушек, кучно поймавших букет невесты. Короче, обошлось «малой кровью» и небольшим количеством воды, которой потушили скатерть… Но вот Нина такого да и любого другого безобразия просто не заслуживала!
– Нда… наша Нина имеет право выйти замуж без шоу под названием «тёточные бои без правил», – сформулировал Пашка.
– Именно! Брат, да ты умный! – хихикнула Полинка. – Ладно, идея есть, осталось немного: разработать план и осуществить его. Думайте, а я пошла Киру кормить, а то она сама так и будет сидеть да вздыхать над тарелкой.
Кира и правда вздыхала.
– Тёть Люда, я не могу… Я же вес прибавлю! – Кира невольно принюхалась: пахло восхитительно. – У меня и так уже плюс полкило лишних!
– Где именно? Покажи мне то загадочное место, где они у тебя в плюсе. У тебя скоро будет не телосложение, а теловычитание! – Людмила пыталась рассмешить девочку, подбодрить её, осознавая, что её убеждения – верный путь к булимии или анорексии. – Солнышко, у тебя нет не то что лишнего веса, у тебя и нормального-то, необходимого для здоровья веса недостаточно. Я же врач – могу об этом судить. А когда бабушка тебя на консультацию ведёт?
– Не знаю. Бабушка занята. Я спросила… – Кира помолчала, вспоминая гневную отповедь бабушки на свой вопрос. – Но она пока занимается другим.
– Понятно, ну, ладно… А! Поля! Ты есть будешь?
– Есть? Ну, если только пару ложек за компанию с Кирой. Ты же составишь мне компанию? Да? А то мальчишки так болтают, а мне скучно!
Поля и Людмила мимолётно переглянулись, и обе про себя усмехнулись: чего только не сделаешь, чтобы эта несчастная, забитая балерина перестала сама себя мучить.
Антонина Ивановна возвращалась в квартиру Людмилы страшно раздосадованная. Она-то была уверена, что виденные ими в интернете цены на квартиры в нужном районе Москвы это так… фигня! Это всё для других – для богатеньких московских простаков. Она и поехала-то, заранее ощущая себя победительницей, зная, что вернётся и скажет:
– Пусть всякие дурачки покупают за такие деньжищи, а я вот поискала, поискала и нашла!
Только вот её уверенность после общения со всеми риелторами, до которых она добралась, и разговоров с владельцами квартир, наотрез отказывающихся продавать жилплощадь в нужном районе по её цене, слегка пошла трещинами и стала осыпаться, противно похрустывая под ногами, а знание принялось скукоживаться, принимая форму, издевательски напоминающую всем известную фигуру из трёх пальцев, сложенных особым образом…