Когда взойдёт солнце (СИ)
К половина шестого пришёл всё тот же Страж, что и сопровождал Сану вчера и по пути к лаборатории она всё же открыла письмо.
“Я слышал о том, что произошло. Жаль, твоя мать была хорошей женщиной. Если тебе нужно будет поговорить, то приходи часам к семи в парк. Я имею в виду тот,что перед приёмной. Попроси Стража отвести к цветочному фонтану, я в любом случае буду ждать тебя там.
Ещё один лучик света в этом царстве? Касандра вымучено улыбнулась. Оставалось надеяться, что Бэни не успели извратить местные порядки.
— В лаборатории я буду одна, — сказала девушка, остановившись перед нужным дверям, — За это время узнай, где можно найти Станиславу Михееву и, если будет возможность, передай, что я хочу с ней говорить.
— Вам лучше не оставаться одной, миледи, — заспорил Страж.
— Не перечь мне, а выполняй. Сейчас же. Когда узнаешь — вернёшься и будешь ждать здесь, не заходя в лабораторию.
— Ваш куратор...
— Поверь, мой куратор только обрадуется, если я исчезну, а если он приказал следить за мной, то не выйдет. Иди, иначе я пожалуюсь на тебя куда следует. Ты рта своего не имеешь право раскрывать без моего дозволения.
Страж стушевался и ретировался, чем не сказано Сану порадовал. Она скользнула в лабораторию, тут же подошла к столу и рухнула в глубокое кресло.
Следующий час провела над своей работой. Иногда подкатывал ком, но упорно загонялся обратно — нет, нельзя, не сейчас. Ей нужно забыться и если не в работе, то Касандра понятия не имела, в чём ещё.
Опыты — это не только практика, но и куча теории. Кайнейро не обманывала, когда рассказывала о сущности Тьмы, только слегка лукавила. Случись всё так, как описала, энергия точно осела бы в в ней. А теперь девушка имела призрачное представление о том, что оно такое и как с ним можно работать. Жаль, не могла забрать с собой некоторые книги из библиотеки — сейчас не плохо было бы освежить память. Касандра даже подзабыла, как и что помечала на своих каракулях, но с горем по полам разобралась. Решила, что уничтожит эти бумаги и нужно было всё хорошенько запомнить, чтобы каждый раз спокойно переносить на другие пергаменты. Теперь ей было уже нечего терять, не за кого беспокоится, но помирать в планы не входило. Сана пообещала — докопается до сути и уже потом будет думать, что с этой сутью делать.
Влад решил не затягиваться — начал прямо с порога этого типичного кабинета безумного учёного. Одной Бездне известно, как Барнеус ориентировался в этом хаосе из книг, бумаг, заметок и записок, разбросанных по всему помещению. Идеально чистым был только один участок — стол у самой стены, с натянутой на неё зелёной тканью.
На стенах висели схемы с тонкими линиями, составляющие круги и линии, отличающиеся разными цветами и, реже, толщиной. Увидев нанимателя здесь первый раз, Владислав невольно сравнил его с филином, только перьев не хватало сгорбившейся за письменным столом фигуре с проседью в волосах.
— Это было слишком мерзко даже для Вас. Я здесь по контракту, но после следующего поручения хочу его разорвать. Это не обговаривается. Я уже связывался с Мастером, у него нет вопросов.
— Что ж... — герцог задумчиво кивнул, откинувшись в кресле, — Как знаешь. Я просил, чтобы прислали кого-то, кто не будет задумываться над нормами морали.
— Есть нормы морали, — Владислав подавлял рык, — А есть честь. Если я убийца, это не значит, что я собираюсь участвовать в убийстве невинных людей. Вы обратились не в ту гильдию, поищите моральных уродов в другом месте.
Не для того он послал свою семейку и прошлое “начальство”, чтобы возвращаться к этому образу жизни. Пошёл в Стальную Розу после обещания, что сам сможет выбирать контракты, а не служить цепным псом, а что в итоге? Опять тоже самое. Но сейчас у Владислава был выбор, и мужчина верил, что поступает правильно.
К Бездне всё это! Хватило ему и всех этих змеиных интриг, Влад был по горло сыт великосветским бредом. Скажет, пожалуй, ещё Кайнейро, чтобы сваливала, да подальше и уйдёт сам. Девчонку после вчерашнего вечера и правда была жаль. Не в то время, не в том месте.
— Сгинь, — отмахнулся алхимик, утыкаясь обратно в свою писанину, — Но завтра утром возвращайся, распоряжение уже отдано. Вряд ли Редмин станет дёргать её сегодня, но завтра однозначно. Выполнишь, вернёшь её обратно и проваливай. Оставшуюся половину денег вышлю на счёт гильдии.
Владислав дважды просить не заставил — покинул кабинет тут же, направившись к выходу из дворца.
Нет, он не беспокоился за неё, не переживал и уж тем более не считал себя виноватым. Просто Кайнейро было жаль. Очередная искалеченная жизнь, каких сотни миллиардов в мирах. Сколько народу пострадало от руки Цитадели? Сколько таких же поместий было разорено? Не она первая и не последняя, свет клином не сойдётся. Мужчина передёрнул плечами.
Днями ранее он жаловался самому себе на скуку и однообразность будней, а теперь даже несколько жалел, что всё так завертелось. До сих пор старался найти причину. Ведь не могла одна девушка приехать и взбаламутить здесь всё? Нет-нет, причина гораздо глубже — тот мужчина не шёл из головы, а потом он вовсе нарисовался на приёме.
— Кто это? — негромко тогда спросил Влад у нанимателя, кивнув в сторону незнакомца, уводящего Кайнейро танцевать.
— Понятия не имею, — невозмутимо ответил Тремиш.
Наёмник не стал говорить, что герцог говорил с ним буквально с минут двадцать назад. О чём именно — не знал, его попросили отойти, а теперь знать очень хотелось.
Кто такой этот чёрт и откуда он вылез? Почему вертит своей внешностью как хочет? Да ещё и разбрасывается артефактами таких мощностей? И как он связан с Лимпак? Владислав пытался и сам копать, но любой, кому бы мужчина не описал внешности говорил одно и тоже — не знает. Этого мужчины просто не существовало, но при этом он был и на многое влиял.
Разумеется, наёмник узнал во вроде бы обычном посетителе приёма странного человека в белом, поделившегося с ним крайне мощной и полезной вещицей. Хорошая память на лица — следы проф деформации и перемена в цвете волос не могла этому помешать. Хотел бы Владислав считать себя просто умнее другие, но всё ещё оставался в трезвой памяти. Люди, даже самые недалёкие, не могут так быстро забывать своих собеседников, это ненормально.
По вечерам, от нечего делать, мужчина принимался анализировать любые странности, которые принесла с собой Кайнейро. Всё началось с того приступа, предпосылок к которому не было. Потом энергетическая вспышка света, которая должна была случиться в другом месте. Нечто вроде аномалии — их можно предугадать таким, как он. Но вместо поместья мелкого маркиза она случилась прямо посреди комнаты, именно в тот момент, когда Влад начал брать верх. Батарейка, а затем опыт.
Конечно, герцогиня не могла такое провернуть. А вот этот мужчина — вполне. И Владислав непременно положил на него огромный болт, если бы он не мелькал вечно у него под носом. Ведь влиял на многих — в том числе на него.
Наёмника бесило внезапное бессилие, которое он ощущал, думая обо всём этом. Чувствовал себя марионеткой в чьей-то игре, это тоже напоминало о старых временах и являлось одной из причин, почему он решил разорвать контракт. Работает — не трогай. Пока все печати держались на месте, пока он не мелькал на радарах, не стоило бередить всё это.
«А Кайнейро? — спрашивал едкий внутренний голос, — Считай, что ты заделал себе ребёнка, хоть и извращённым способом. Что, просто сбежишь от ответственности?»
К голосу Владислав не прислушивался, но Тремишу всё равно хотелось как-нибудь напакостить. Просто для морального удовлетворения, а лучше вернуться сюда с кем-то дельным и попробовать устроить подрыв власти. Вся верхушка Ровноха прогнила вдоль и поперёк — Паскаль старался влиять на такие миры. Набивать почву под ногами для будущих очагов Сопротивления, а затем одна жертва пьяного алхимика подкидывал оружие, людей, прочие необходимые вещи. Последний являлся директором академии Межмирья, имел много влияния, в добавок — окружён ещё большей загадочностью, чем этот выскакивающий из ниоткуда мужик. Они бы с Кристофером точно подружились.