Дневник. Начало (СИ)

С Фрай мы тогда сделали вид, что ничего не произошло. Но решили сохранить дружеские отношения. Этому способствовало то, что воочию я ее больше не видел. Но мы переписывались. Я знаю, что она тоже закончила школу. В Шамбатоне есть возможность закончить обучение на год раньше. Достигнув совершеннолетия, Фрай собрала вещи и рванула в Англию. И сейчас работает в Отделе Тайн под чутким руководством Алекса Милтона, одновременно проходя учебную практику. Учат ее в Отделе. В режиме строгой секретности. А числится она секретарем Милтона.
Фрай много писала мне весь прошлый год. Ее письма вызывали у меня море положительных эмоций. Правда читать их, также как и писать ответы, приходилось практически тайком. Так как письма Фрай вызывали у Лили только раздражение, и она часто закатывала мне сцены. Я испытывал некоторое чувство вины перед Лили, поэтому стойко сносил все ее нападки. Завтра я встречаюсь с Фрай в «Кабаньей голове», вечером, а перед этим я планирую…
Прошлое лето прошло несколько сумбурно, впрочем как и все летние каникулы последних лет. Я прочел, наконец, завещание отца. И весь остаток лета Филипп перетаскивал меня с места на место как чемодан, но я успел познакомиться со всеми своими домами и предприятиями, а также, под нажимом Грипкуфа, провел несколько «незабываемых» дней на бирже, причем в амплуа простого брокера.
Это был кошмар! Самый настоящий ад. По сравнению с маггловской биржей, финал чемпионата мира по квиддичу – мирное чаепитие с моей консервативной до мозга костей бабушкой.
В первый день я, совершенно оглушенный, простоял в сторонке, пытаясь понять, а что тут вообще такое творится? Когда разобрался, робко, даже не пытаясь никого перекричать, заключил свою самую первую сделку. Я не рисковал, сделка была так себе, просто проба сил так сказать, да проверка того, что я понял на практике. Еще через день я рискнул втиснуться в толпу. Не скажу, что мне это удалось сделать сразу. Несколько нормальных сделок мне удалось заключить в конце недели, и когда я уже вошел во вкус, ощущая этот бешеный ритм биржи, меня оттуда забрали.
Дальше меня в общих чертах ознакомили с состоянием текущих дел и оставили в покое. Но вредный гоблин был, кажется, доволен.
Милтон появлялся еще несколько раз. Он настаивал на том, чтобы отдать меня в какую нибудь актерскую студию, но Филипп отверг это предложение, сказав, что тратить на такую ерунду время, лично ему просто жалко, и… Этот гад сдал меня «на прокат» Шарлю. Я должен был участвовать в дефиле на его показе в Милане. Вот как это безобразие прокомментировал Фил:
— Если ты без специальной подготовки в условиях этого дурдома сможешь пройтись по подиуму, не растянувшись на нем и сохранив безразличие на лице, не смотря ни на что, считай – экзамен ты сдал.
Тогда было много криков, воплей с переходом на личности и даже небольшая магическая дуэль. Что только усугубило мое и без того нелегкое положение, потому что Фил подошел ко мне, а я в это время валялся на ковре в малой гостиной, и произнес:
— Какое убожество! Придется привлечь к обучению тебя дуэлям Ирвина.
Ирвин Роше, брат Эвана, ну тот самый, который маг. Вдвоем с Эваном они гоняли меня по специальному закрытому полигону, был на Базе и такой, пытаясь совместить, казалось бы, несовместимое, а точнее — навыки маггловского боевого искусства с магическими дуэлями.
Но это было после. После того, как я уползал от дорвавшейся до меня группы Андре Бове.
И у них все получилось. Можно сказать, что я в настоящее время представляю из себя практически идеального бойца, по их общему мнению. Эти занятия, или лучше сказать каторга, имели еще одну цель. У меня выработался просто железобетонный иммунитет ко всяким подколкам и подначкам. Теперь, чтобы меня спровоцировать, нужно было очень постараться.
Дефиле в Милане. Самое серьезное испытание для меня за... да за всю мою жизнь. Профессиональные модели проходят очень жесткую школу выживания. Со мной же никто не занимался. Инструктор на репетиции посмотрел как я двигаюсь и довольно поцокал языком.
  
— Ты занимался каким то единоборством? Не отвечай, я вижу, что занимался. Грация и легкость профессионального бойца не затмится ничем. Нашим мальчикам далеко до тебя. Ох как далеко. Твое телосложение, походка, аристократичность. Ты не хочешь попробовать себя в качестве фотомодели? Думаю, что очень приличный контракт я тебе предоставлю уже через неделю.
Я тогда еле от него отбился. Ему, разумеется, никто не докладывал, что я маркиз и т.д. прямо по списку. Видимо, он принял меня за очередного протеже Шарля, попавшего в стесненные обстоятельства, и которому известный модельер решил дать подзаработать на своем показе.
Слово дурдом – это было далеко неточное определение того, что творилось за подиумом. Я-то думал, что пройдусь пару раз и можно с чувством выполненного долга валить отсюда. Ага, размечтался...
Шарль светился как новенький галеон. Еще бы! Предмет его обожания явился, так сказать, оценить его гений по полной. Поэтому выходов у меня было аж семь! Ужас. В том числе и финальный, с самим маэстро.
Чего я только про себя не наслушался за какие-то два дня. Столько нового и самое главное — оригинального. Мародерам до этих магглов, как до луны.
Усугублялось мое положение еще и тем, что я был самым маленьким из моделей. А выходов у меня было больше всех, да еще и одежда сидела на мне просто идеально. Неудивительно, Шарль ведь ее практически для меня шил. Так что приходилось держаться в постоянном ожидании нападения. Это, как сказали мне по секрету, тоже практиковалось. И могло закончится падением с довольно крутой лестницы, а возможно и толченым стеклом в туфлях. Не смертельно, конечно, но мне то это зачем?
Я справился. Потом правда несколько часов провел в ванной, пытаясь смыть с головы и тела лак. Ну и гадость же эта маггловская химия! Слов просто нет.
Просмотрев в думосборе мои воспоминания об этом жутком дне, я показ имею в виду, Милтон остался доволен.
Как оказалось, на работу я уже принят, но прежде чем приступить, мне почему-то захотелось стать Мастером чего-нибудь. Милтон хмыкнул и сказал, что подумает. И подумал. Сразу после окончания школы он надавил на крестного, уж не знаю, что там было, взывание к совести или шантаж, но меня представили Фламелю. Николас был отличным мужиком. Он вместе со своей женой взял меня под крыло и пообещал сделать из меня, в кратчайшие сроки, Мастера Зелий и Артефакторики. В кратчайшие — потому что базу в меня Слизерин вложил изумительную, нужно было только кое-что отшлифовать, и избавить меня от кое-каких стереотипов. Так что всего три месяца и я уже Мастер. Я, наверное, и Философский камень смогу сделать, если захочу. Николас объяснил, что рецепта его приготовления нет. Камень был приготовлен всего четыре раза и это было так сказать квинтэссенция искусства Мастера. Причем три камня вышли из (ха-ха-ха, ну кто бы мог подумать) лабораторий Фолтов. Так что, если я захочу когда нибудь потратить пару лет своей жизни, то скорее всего, сделаю камень, но вот пока мне жалко времени.
Сегодня же меня экзаменовали злобные старцы. Я с честью выдержал испытания и теперь являюсь самым молодым Мастером Зелий за всю историю существования Лиги.
В прошлое лето не было этих бесконечных приемов, суаре, балов и тому подобных мероприятий.
Но некоторые из них мне все же пришлось посетить. Правда, теперь этого от меня требовал не Филипп, а моя мать. Я должен был ее сопровождать на все эти пати. Самое смешное заключалось в том, что мать, похоже, совсем не обратила внимание на все те изменения, что произошли со мной. Похвалила мой костюм и все! Такое чувство, что она просто ничего не заметила. Или матери смотрят на своих детей другими глазами? И для нее я навсегда останусь её малышом? Но спросить прямо я постеснялся. А еще, её привели в изумление и некоторое негодование толпы вьющихся вокруг меня девиц. До такой степени, что она перестала заставлять меня таскаться с собой. Пары вечеров ей хватило. Странно все это, она раньше никогда не любила подобные мероприятия.