Измена. Давай откроем брак? (СИ)

— Тшшш… А ты куда собралась? Говорю же, сядь, посиди. Выпей чаю. 
— Ян! Не говори со мной, как с идиоткой! — в глазах жены блестят слезы и страх. 
Я успеваю словить ее за подбородок и поцеловать, чтобы успокоить. Растерявшись, она просто принимает мой поцелуй, и в последний миг решается мне ответить. Мне сладко и горько от того, что пришлось пройти через мясорубку, чтобы понять, как по-особенному она мне дорога. Я бы провернул себя снова, но без нее… Однако без нее бы не вышло… ничего. И я был бы другим, не тем, что сейчас. 
— Ян. У меня ничего с ним не было. Не было… 
— Лан, я же сказал. Верю. 
— Да неужели?! — вскидывает на меня взгляд. 
— Верю. 
— Он пытался меня поцеловать. Все. 
— Блять. Все-таки надо его расчленить. 
— Хватит отшучиваться… Мне не смешно. 
А я не шучу… 
— Лана, просто побудь здесь. Я скоро вернусь. Дождешься? За мной идти не стоит. 
— Ян!
— Все хорошо. У меня есть новости. Не самые хорошие, но ты все равно дождешься, окей?
— Это все Аленка. Накрутила Макса, черт знает что ему наплела… 
— Хорошая же у тебя подруга… БЫЛА. 
— Была, да, — соглашается Лана. 
— Вот и славно. Будь умницей и не лезь в мужские беседы. Ничего приятного все равно не услышишь. Только тупое бахвальство и перезвон мудей. 
Я непоколебим, и Лана это чувствует, приняв. Садится, сверкнув глазами:
— Я подожду. У тебя пятнадцать минут. 
— Управлюсь и за пять. 
***
Макс нервно курит и кружит по подворотне, вскидывает на меня блестящий взгляд, готовый к разговору. Я подхожу спокойно, но в последний момент срываюсь и наношу удар, вминая в его рот сигарету. Тит давится и отлетает к стене от удара, выплюнув вместе с сигаретой раскрошившийся зуб. Отломившийся кусочек впился мне в кожу. 
— Охренел?! 
— Тот же вопрос. Ты какого хрена подкатываешь шары к моей жене? 
— Слышал, вы разбежались. Развод ждете. 
— Хуевый источник информации. И даже если так, это ничего не значит. 
— Потому что ты считаешь ее своей?
— Потому что она сказала тебе «нет»!
— Бабы часто говорят нет, но подразумевают: попробуй еще разок, милый… Ломаются, чтобы набить себе цену. 
— Не тот случай. Я знаю Лану. Нет, значит, нет. Вот и все. Других причин не существует. 
— А ты дай мне чуть больше времени, и услышишь, как она стонет мне «да».
— Скорее, я услышу, как ты стонешь на больничной койке, и домой к себе отправишься инвалидом, из-под которого до конца жизни придется выносить утки. 
— Я решил остаться, — бросает с ухмылкой. 
— Что? У тебя не жизнь, а тропический рай. Ты же успешен! 
Макс разводит руками, признаваясь с горечью:
— Нихуя. Я прогорел. Жестко прогорел… Лишился всего, поэтому вернулся. У родителей какой-никакой бизнес еще на плаву. Так что я здесь надолго… — смотрит на меня в упор. 
— Держись подальше от Ланы. И от меня… И какого хера ты к ней полез? — смотрю на друга в упор. — Да блять… Ну нет же… Не говори, будто ты надеялся, что при разводе Лане достанется часть моих бабок, а ты удачно подкатишь к ней свои яйца и запустишь лапу в кошелек. Это слишком низко даже для тебя… 
Макс ничего не отвечает, я понимаю, что мне плевать на причины его повышенного интереса к Мелании. 
Думаю, тут всего понемногу — чуть-чуть зависти, много симпатии: я всегда подозревал, что Лана ему нравилась, немного корысти и, безусловно, интрижек Алены, которая будто с катушек слетела и решила испортить жизнь всем нам… 
Как у Островского: «Не доставайся же ты никому!» 
Только подружку Алены триггерит не кто-то конкретный, а наше счастье, в целом, и ее собственные провалы. 
— Ты мне отказал. И в прошлом, и сейчас. Я как-то просил у тебя помощи. Дважды, — подчеркивает Тит. — Ты отказал. 
— Сорян, дружище. Но твоя идея тогда была фуфло, и я бы отказал тебе снова! — отвечаю я. 
Да, я отказался вливать бабки в его стартап в прошлом. 
Потом он просил у меня в долг, и я снова отказал, потому что хотел устроить Лане красивую свадьбу… Потратил все, что имел, на тот момент. 
Выбрал не помочь другу, а устроить праздник любимой. 
  
Это плохо? Я поступил дурно?
В глазах Макса, по всей видимости, да. 
Это запало ему глубоко внутрь и вылезло вот так, некрасиво, в момент, когда он понял, что у нас в браке не все гладко. 
По этой же причине он и не спешил. Иначе бы просто нахраписто преследовал Лану, просто, чтобы трахнуть. Но он, по ходу, реально замахнулся на более серьезную ставку, поэтому терпеливо окучивал Лану и не торопился… С сайтом взялся помогать, был выдержан и не гнался лезть к ней в трусики. Создавал видимость безопасности и очаровывал понемногу. 
Ублюдок. 
— Я бы ничего не изменил. Ни тогда. Ни сейчас. Ноги твоей рядом с моей семьей не будет. Друг… — выплевываю с презрением. — Только попытайся, я использую все свои связи. Все…
— У тебя ничего на меня нет. 
— Найду. Не найду, сделаю липу. Сгною тебя… — произношу тихо. — Мне похуй. Реально. Я пойду на любую подлость, чтобы только не допустить тебя близко к моей женщине и семье. Рекомендую тебе свалить… Лучше свалить, потому что если ты хотя бы немного будешь отсвечивать, соблазн раскатать тебя в коровью лепешку будет слишком велик. 
— Мудак. Я считал тебя своим другом. 
— Я — тоже. Давно в прошлом. Сколько воды утекло? Мы давно не друзья. Даже не приятели. Надеюсь, ты меня понял. С Ланой можешь не прощаться, я сам за тебя это сделаю. 
***
— Ян, у тебя кровь! — бледнеет Лана. 
— Ерунда, — отмахиваюсь, а сам, сука, аж теку от внимания и беспокойства, с которым Лана меня осматривает… 
— Поехали отсюда. Покажешься… 
— Я цел. 
— Не врачу, так мне покажешься! — требует жена. — Хватит устраивать сцены. Пока тебя не было, тут весь персонал прошмыгнул и пялился с нездоровым любопытством. 
Показаться ей? Я очень даже за… 
— На мою квартиру, — говорит Лана. 
И ч-ч-черт. Я точно знаю, что мы будем там одни, и я вряд ли смогу сдержаться…. Минимум — поцелуй, а максимум… кто знает.
  
Глава 46
 
Лана
Бросаю ключи на комод, Ян с тихим щелчком закрывает за нами дверь. Жар бросается в лицо, перетекает на шею.
Мы молча доехали до квартиры. Я чувствую себя ужасно.
Как будто грязной, что ли?
Глупость какая… Не мог Макс меня запачкать! Ничего не было… Но я будто сама запачкалась, позволив Яну думать, что у нас интрижка. Поздно делать вид, будто я не понимала. О, еще как понимала! Просто хотела укусить его в ответ хотя бы так… Совсем не думала о том, кого по-своему использовала. Забыла или предпочла сделать вид о его словах, оставленных в первый же день знакомства. Это могло привести черт знает к кому результату… Может быть, даже плачевному! 
— Лан.
— Все хорошо, я сейчас соберу на стол, перекусить. 
— Да посмотрит же ты на меня. 
— Сейчас.
— Да еб твою мать, Лана!
— Ну, что? — оборачиваюсь со слезами, которые сами срываются с моих ресниц. — Что?
— Ничего. Иди, обниму.
Я устало приникаю к мужу, поплакав у него на груди. Он знакомым жестом опускает подбородок мне на голову, гладит по плечам. В его объятьях безумно уютно, тепло… Он — просто идеальный для обнимашек… 
— Я буду скучать по этим обнимашкам, — признаюсь я. — Дети как-то спросили, будет ли у тебя новая семья. 
— Не будет, — отрезает Ян. — Только ты. Только они. Вы. Все. Других не будет. 
— Я ответила, что не знаю, и начала думать о том, что это твое право. У нас есть право на ошибку и на дальнейшую жизнь без обид и претензий. Но я… Не хочу, — смеюсь сквозь слезы. — Я не хочу, чтобы у тебя была дальнейшая жизнь без меня, с другой женщиной. Я буду говорить, что ты прав и тихо ненавидеть тебя и, может быть, однажды я очнусь и пойму, что тайком сожгла твой новый дом, тебя и твою новую пассию вместе с ним.