Сиротский приют 2. Или попаданки драконам (не) изменяют! (СИ)

Я прошел к столу, взял лист бумаги и написал первую строчку.
- Сынок, ты что там пишешь? – спросила мама так ласково, что я стиснул зубы.
Через пять минут я закончил и поставил точку. Корона, которую я снял с головы, и которая держалась на мне только благодаря магии, легла поверх листа.
- О, нет! – закричала мама, оседая на стул. Она держала листик двумя пальцами. За дверью слышалась возня. Всем интересно знать, как скорбят принцы!
- Дорогой!!! Позовите короля! - визгливо заорала мама, а в коридоре послышался топот.
Я смотрел на мать, которая бледнела, а потом на отца, который влетел в комнату.
Откинувшись в кресле, положив ноги на стол, я увидела, как мама протягивает отцу дрожащей рукой листок. Отец пробегает глазами мой почерк и выдыхает:
- Лекаря! Срочно! Мой сын отрекается от престола!
  
Глава 5. Ася
 
Я открыла глаза, чувствуя, что сегодня меня не навестил Проснутий.
Эта таинственная личность обитала в приюте и уже долгое время не давала мне выспаться.
- Тетя Ася, а мы уже готовили завтрак!
- Завтрак тебе в постель!
- Тетя Ася, получилось почти вкусно!
- Ешь быстрее, а то присохнет к одеялу!
- Нам еще кухню тушить!
Это все он! Проснутий. Спонсор каждого доброго утра. Я придремала и дернулась, опомнившись.
Я лежала на кровати в незнакомой комнате. Чувство неловкости посетило меня, когда я увидела, что на мне какая-то символическая рубашечка. Которой у меня в арсенале не было отродясь!
- Ой! – посмотрела я на себя, пытаясь понять что произошло. Нецензурное словотворчество вырвалось у меня, когда моя нога соприкоснулась с холодным полом.
«Меня похитили, чтобы я выспалась?», - спросила я у себя, шлепая босыми ногами по полу. Прикрытая дверь скрипнула, а я высунулась в коридор. В доме пахло чем-то незнакомым. Где я?
Подозрительно осматриваясь по сторонам и натягивая на себя одеяло, я шлепала босыми ногами в сторону лестницы. Приличненько здесь!
- Простите! – громко произнесла я, в надежде, что кто-то отзовется. – Здесь есть кто-нибудь?
Я прошла еще немного, удивленно глядя на незнакомые портреты. Дверь в одну комнату была приоткрыта. Я вежливо постучалась, а потом осторожно вошла. В комнате висел портрет какого-то бравого военного. В полный рост. Рядом висел еще один портрет в мундире, который показался немного знакомым. Если пару пуговиц оторвать, нитки расчесать, рукава протереть, то получится куртка Патрика.
Я пожала плечами, вспоминая, что у меня нет знакомых среди военных.
Я уже собралась уходить, как вдруг увидела газету на столе. Меня привлекла фотография.
- Трагическая смерть народной принцессы! – прочитала я огромный заголовок. Погодите! Я что? Померла? Да нет же! Я помню, как журналисты наседали со все сторон. Как лошади обезумели, как исчез кучер и голос… Незнакомый, но говорящий вежливые гадости.
- Королевская семья в трауре, - прочитала я, как вдруг увидела принца. Сердце почему-то дрогнуло, когда я впилась глазами в его фигуру, стоящую возле обломков кареты. Дракон стоял так, словно мир для него рухнул.
- Бедный, нужно ему сообщить, что я жива! – промелькнула первая мысль.
Позади меня послышались шаги, на которые я обернулась. В дверях стоял мужчина в военной форме. Бравый мужик с красивой выправкой.
- Здравствуйте, - подняла я бровь, осматривая комнату еще раз. Видимо, это – хозяин. – Мне нужно в приют! Вы не могли бы одолжить мне карету! Извините, что я прямо вот так вот без … ну вы поняли!
- Ну что? Стоил он того? – спросил военный, а в руках у него мелькнула газета. Еще одна! Это сколько я тут наспала? На целый отпуск?
- Вы о чем? – спросила я, глядя на блестящие пуговицы.
- О том, что прыгать в пропасть на головы людям не пристало юной леди! – четко произнес хозяин. – Совсем с ума сошла!
У меня не было привычки прыгать сверху на незнакомых мужиков. Я всю жизнь считала себя девушкой приличной!
- Ваша неразделенная любовь стоила мне кареты! – строго произнес хозяин дома. Я вздохнула. – Вы собой пробили крышу!
 
- Это как я так? – спросила я.
- Вы старались! – ответил мне так же сухо. – Я смотрю в окно, а там неопознанный летающий объект! На поверку оказавшийся женщиной! Летит. А там юбки, юбки, юбки! 
Меня должно было расплющить! Там же такая высота!
И тут я вспомнила, как дернула себя за брошь. И меня словно рвануло вверх. Карета с распахнутыми дверями вниз, а я почему-то вверх. Видимо, Анна подумала о том, что я могу упасть с дракона и сделала подобие парашюта! 
- Еще раз и ни разу! – буркнул вояка, пока я пыталась осознать, как так вышло. Только сейчас я присмотрелась к нему. Он был не стар. На вид ему было около сорока. Благородная седина уже чуть-чуть посеребрила виски. Глаза у него были колючие, подбородок волевой, гладко выбритый.
- А вы, простите, кто? – спросила я, совсем уже упавшим голосом.
- Главнокомандующий армией, генерал Боргард! – отрапортовал хозяин дома.
Так я что? На генерала напала?
- Мне нужно в приют, - выдохнула я, проставляя, как там без меня дети.
- Тебе некуда идти? – спросил генерал. Он положил газету на стол.
- Нет, я … - начала я, как вдруг увидела фотографию на первой странице свежего выпуска. Принц стоял возле приюта и держал на руках подсвечник в пеленке. Вокруг приюта вовсю шел ремонт. А рядом с ним стояла, улыбаясь, та самая блондинка, которую раздевали взглядом при нашей первой встрече. И которая убеждала, что ночь принц провел с ней!
- Говорят, что это – будущая невеста принца, - отчеканил генерал, а мне стало нехорошо. – Что-то они часто меняются.
  
Глава 6. Ася
 
Я впивалась глазами в эту блондиночку, чувствуя, как у меня начинают опускаться руки. Ну хоть о приюте позаботился? Или что? Бояться, что я приду с того света в белых пушистых бесшумных тапочках и буду взывать к совести каждого путем ночных удушений? 
Впрочем, я рада, что приют не бросили! 
- Драконы на простолюдинках не женятся, - грустно выдохнула я, закусив губу. Впервые, когда я смотрела на фотографию, меня раскаленным свинцом обжигала ревность. В душе бушевали мексиканские страсти, щелкало кастаньетами жгучее и ревнивое фламенко, Оттелло душил Дездемону, а она, высунув язык, билась о спинку кровати.
- Вы не могли бы дать мне карету, - попросила я, сминая газету. – Мне очень нужно… Ну пожалуйста! Если нет, то нарисуйте мне карту. Мне просто очень нужно в столицу!
- Что? В первый раз не вышло? – спросил генерал, сощурившись. – Второй раз решила? Только уже в моей карете?
- Да нет! Я не собиралась убиваться об вас! Я вообще очень жизнелюбивое существо! Даже носочки теплые ношу! Вне зависимости от наличия любовных разочарований в моей жизни! И шапочку надеваю теплую, даже если меня мужик бросил! - убеждала я. Мне казались доводы вполне убедительными. А вот генерал хмурился.
Я понимала только одно. Мне нужно в приют. Представляю, как переволновались малыши, узнав о моей смерти. Бедные, они же плакали! И их никто не утешал! 
- Я вам не дам карету, - произнес генерал. – Пока вы не поправитесь!
- На сколько килограммов мне нужно поправиться, чтобы вы дали мне карету? – спросила я довольно едко. – Готова отожраться за день. Лишь бы вы дали карету! Я верну вам ее в целости и сохранности! Почти без пробега по стране!
- А предыдущую карету вы тоже обещали вернуть в целости и сохранности? – заметил генерал, вскинув бровь. Вот упрямец! Ну вот как с ним можно! – Я напишу вашим родственникам, чтобы они вас забрали!
- Единственное, куда могут забрать меня мои родственники, это на тот свет! Или в другой мир! - устало ответила я. Ну и мужик. Его с места не сдвинешь. Это тебе не принц. Тут нервные клетки гибнут полчищами!
- Это разве не одно и тоже? - спросил генерал, расхаживая по комнате.