Кристофер Клин и два короля

Кристофер кивнул.
– Очень жаль, что её больше нет, – осторожно сказал он. – Прошу простить меня за то, что спросил.
– Нет-нет, ничего.
Лицо леди Мелайоры оставалось безмятежным, но Кристофер чувствовал, что ей больно говорить об этом.
– Она погибла в битве на Кипящем море во время Третьей Великой войны Мастей. Она настоящий герой.
– Она герой, – повторил Кристофер и отдавил Мелайоре ногу, но она сделала вид, будто ничего не заметила.
Кристофер с трудом удерживался, чтобы не начать паниковать.
«Мы слишком долго молчим… – думал он. – Что мне делать? О чём спросить?..»
– Кристофер Клин, – прервала тишину Мелайора, – я спасла тебя от твоей наставницы, теперь и ты помоги мне.
– Что я должен сделать? – спросил Кристофер.
Ради неё он был готов на что угодно.
– Давай сбежим отсюда? – сказала она, когда они снова оказались лицом к лицу.
У Кристофера кружилась голова, и вовсе не оттого, что в танце было столько поворотов.
– Вообще-то, тут есть одно место… – сказал он, подумав.
– Ты знаешь, как туда попасть? – уточнила Мелайора.
– Я найду его с закрытыми глазами! А почему вы просто не скажете Рубашкам, что хотите уйти?
– Потому что заранее знаю ответ. Им приказано не отходить от меня ни на шаг и никуда не пускать, – вздохнула Мелайора.
Танец походил к концу.
– У вас точно не будет неприятностей? – уточнил Кристофер.
– Неприятности у меня будут, если я останусь здесь. Ни одной спокойной минуты, в глазах уже рябит от чужих поклонов, – сказала Мелайора.
Кристофер улыбнулся.
– Тогда встретимся здесь через один танец. У меня есть план.
Танец закончился, Кристофер поклонился Трефовой даме и отошёл. Ему казалось, что его ноги стали ватными.
– Ничего себе! Ты видел, с кем танцевал Клин?
До его ушей доносились обрывки фраз. Многие видели его танец с леди Мелайорой.
– Как ему это удалось? Ну и задаст ему госпожа Жаклин!
Кристофер старался не обращать на это внимания. Следующий танец был довольно коротким, и нужно было как можно скорее оказаться у стола со сладостями.
Он искал взглядом огненный зефир, который как назло стоял в самом центре – гора разноцветного зефира возвышалась в огромной вазе-ладье из сверкающего хрусталя.
Он потянулся, чтобы взять несколько штучек с самого верха, как вдруг прямо за его спиной раздался голос наставницы:
– Кристофер Клин! Как тебе в голову только пришло пригласить леди Мелайору?!
Обернувшись, он увидел разгневанную госпожу Жаклин. Это было так страшно, что он подумал о бегстве, но пути к отступлению были отрезаны.
– Вы же сами хотели, чтобы я танцевал, – пробормотал он, но его попытка оправдаться ещё больше рассердила наставницу.
– Пригласил девушку королевского рода! На танец! Ты ещё даже не рыцарь! – Она задыхалась от гнева. – Что обо мне будут говорить при дворе?
– О вас? – не понял Кристофер, осторожно пряча зефир за спину.
– Разумеется, обо мне! Когда разойдутся слухи о вашем танце с леди Мелайорой, для меня всё будет кончено! Подумать только, мой воспитанник позволил себе такую дерзость! А это значит, что я никуда не годный наставник! – Она свирепо посмотрела на Кристофера.
– Постойте! – Он совсем растерялся. – Но я же не сделал ничего плохого!
– Вы со своей подружкой вгоните меня в гроб! – закатила глаза госпожа Жаклин.
Кристофер хотел ответить что-то резкое, но его перебил господин Освальд, внезапно появившийся откуда-то сбоку.
– Что тут происходит? – спросил он.
Кристофер впервые увидел его не в кольчуге, а в праздничном наряде, и, судя по тому, как он скованно держался, было видно, что он, как и Кристофер, не разделяет всеобщего увлечения столичной модой.
– Позор! – стонала госпожа Жаклин. – Кого бы вы думали мастер Клин пригласил на танец? Саму леди Мелайору! Освальд, меня выгонят из Академии раньше, чем я успею сделать реверанс! Выгонят!..
 
– Ну-ну… – Господин Освальд взял её за руку и успокаивающим тоном произнёс: – Никто никого не выгонит. Наоборот, только представь сколько лестных слов ты услышишь!
– Что ты хочешь сказать? – удивилась госпожа Жаклин.
– Подумай сама – мастер Клин ещё даже не рыцарь, а благородная дама приняла его приглашение на танец. Только представь, какие манеры должны у него быть, если она согласилась…
– Но правила… – слабо протестовала наставница.
– Меняются каждую минуту, – решительно отмёл её возражения господин Освальд.
– Молодец, Кристофер! – сказал он, повернувшись к нему. – Я рад, что Трефовые Рубашки не вышвырнули тебя из зала в ту же секунду.
– Даже не знаю, считать ли это похвалой, – смутился Кристофер.
Он хотел улизнуть, но не успел сделать и шага, как услышал звук бьющегося стекла. Кто-то рядом уронил бокал.
Он бы не обратил на это внимания, но ему показалось, что он увидел знакомые рыжие волосы. Наставники тоже обернулись. Перед ними и правда стояла Марта. И, как ни странно, Саймон всё ещё был с ней.
Кристоферу хватило одного взгляда на его лицо, чтобы понять – что-то не так.
Рядом с Мартой стоял её брат Август, а с ним ещё двое. У женщины с правильными, но холодными чертами лица, была копна таких же ярко-рыжих волос, как у Марты. Губы сопровождавшего её светловолосого мужчины были плотно сжаты – он явно был чем-то рассержен.
«Кажется, это родители Марты», – подумал Кристофер.
– Смотри, что ты наделала! – процедил мужчина. – Мы с твоей матерью глубоко опечалены.
Рыжеволосая женщина молча смотрела на Марту. У её ног Кристофер заметил осколки – это она уронила бокал.
– Отец, я объясню… – запинаясь, начала Марта.
Она раскраснелась от танцев, несколько локонов выбились из причёски.
– Как ты одета? – перебил её мужчина, окидывая презрительным взглядом с ног до головы. – Не могу поверить, что ты – моя дочь.
Марта смотрела на мать, словно ожидая, что та вступится за неё, но так и не дождалась.
– Род Спарклингов – один из древнейших в Лонгрене. Мы в родстве с Домом Пик! – продолжал отец Марты.
– Отец, не надо, – сказал Август. – Все понимают, что для Эм рыцарство – всего лишь блажь. Это пройдёт, и она вернётся домой. – Он быстро огляделся по сторонам. – Люди смотрят, не стоит давать им лишний повод для пересудов.
– Что ж, Август, ты прав. – Мужчина повернулся к Марте: – Немедленно отправляйся в свою комнату и до конца бала не попадайся мне на глаза.
Никогда ещё Кристофер не видел Марту такой растерянной.
– Милая, – подала голос женщина. – Не спорь с отцом и не противься нашей воле. Магия всё видит, чувствует… и ничего не прощает. – Её глаза бегали из стороны в сторону, ни на чём подолгу не задерживаясь. – Ты должна находиться как можно дальше отсюда… Иначе все мы понесём наказание…
– Анна, дорогая, – перебил её мужчина и взял под руку. – Я вижу, тебе нездоровится. Идём скорее, тебе нужно отдохнуть…
Повернувшись к Марте, он гневно воскликнул:
– Видишь, до чего ты её довела! – И замахнулся, чтобы отвесить пощёчину.
Кристофер шагнул вперёд, чтобы защитить подругу, но в эту минуту произошло нечто, заставившее всех ахнуть от удивления. Саймон, всё это время молчавший, вышел вперёд и заслонил собой Марту.
– Думаю, самое время остановиться, – сказал он, обращаясь к её отцу. – Вам придётся иметь дело со мной, так что советую подумать о последствиях.
Рука Спарклинга-страшего замерла в воздухе, леди Анна испуганно покосилась на мужа и залепетала что-то бессвязное, и даже Август удивлённо поднял бровь.
– Ты ещё кто такой?! – возмутился господин Спарклинг. – Как ты смеешь мне указывать?
– Я – Саймон Винд, – отчеканил Саймон.
– Да как ты смеешь!.. – рассвирепел Спарклинг-старший, но Август потянул отца в сторону.
– Идёмте, отец. Вы уже привлекли достаточно внимания, – сказал он раздражённо. – Этот мальчик – очень важная персона в Академии… Прошу великодушно простить нас. – Он широко улыбнулся наставникам.