Анархопокалипсис (СИ)
«Чем больше эксцессов — тем меньший шанс на успех. Но как же, чёрт возьми, это всё утомляет, hitto lääkäri!» — мысленно чертыхнулась Кристин уже на подходе к поселку. Вбитые в землю доски создавали видимость забора, у входа стояла облезлая телефонная будка, откуда тут же высунулась крепкая, бритая под тройку мадам с завязанными в бант капроновыми колготками на голове вместо модной шапочки:
— Шо, опять ты?!
— Ага, — фыркнула девушка, поправляя кожаные беспальцевые перчатки, — хочу поработать, если ты меня понимаешь.
— Вот же ж шалав наплодилось! — возмущенно ругнулась вахтерша, распахивая парадный вход и пропуская очередную бродячую «сучку».
— И то верно, — Кристин закатила глаза, проходя внутрь небольшого поселка. Угрюмо засунув руки в карманы кожаных брюк, она безучастно смотрела на местную «архитектуру». Впрочем, глазеть здесь было особо и не на что: бараки, где всем скопом ютились немногочисленные жители, амбар для хранения пищи, пара сарайчиков и худо-бедно обустроенная конюшня. Руины прежнего хутора растащили на кирпичи, построив довольно приличный амбар для сена, которое исправно привозили торговцы в обмен на некоторую часть чернозема. Обиталище Земледельцев было сравнительно молодым поселением с особо узкой специализацией. Его образовали, когда агрономы объединенной армии обнаружили в здешнем грунте большое количество известняка и базальта. Даже безумцы руин не штурмовали крошечное ничейное племя, которое поселилось в разбитом поселке около пятидесяти лет назад, а зоркие власти Рейха внезапно приняли решение оцепить эту территорию и одарить местных своевременными поставками пропитания взамен на честный труд и добычу плодородной почвы. Однако, даже соблюдая адский график непосильных работ, селяне были искренне благодарны хозяевам, добродушно впахивая дни напролёт и восхваляя империю Рэйха за такой щедрый дар. Они даже заимели своеобразный бизнес, выдавая пойманных на диких лугах лошадей в аренду и продавая Пахарям, частенько прибывающим за высококачественным грунтом. После падения прежнего мира и бесконтрольной миграции брошенных животных на диких лугах можно было увидеть не только гнедых мустангов, но также мало изменившихся фризов и першеронов, которые мигрировали или прибрели с зарубежных пастбищ. Одичалых тяжеловозов и вовсе обходили стороной, впрочем, в быту их тоже хватало.
— И як толька их вояки не перебили?! — негодовала копающаяся на грядке девица в лохмотьях.
— Ты шо, дурында? — недовольно отозвался ещё один работяга. — Там жиж народу до фи́га засело! Тыщь десить, не мене!
— Дурь! Стока по усей Славии не пощитат!
— То ты и считат не магёшь! Оно-то понятно, чегой-то Рейх их заломать не могёт! Ладно, кода против тебя дэбилов сотка-друга, а их там дофигищи! Уже скоко ж лет этих гадов вытравляють, и чёт без толку!
— Мы шой, и все от психов помрем?
— Та вот ещо! Пока Госпо́ди бдять — хрен там! — усмехнулся однозубый мужик, продолжая рвать сорняки натруженными руками.
Слушая болтовню рабочих, Кристин тоскливо смотрела сквозь проходящих мимо людей из-под приоткрытых век. Усталость давала о себе знать, а жуткая боль в спине не позволяла удобно облокотиться о кирпичную стену местной общажки. Кажется, Райан успел оставить увечья похуже дурацкого шрама.
— Какова цена «согласия»? — грубый мужской голос отрезвил погруженную в свои мысли наемницу. Кристин настороженно зыркнула на среднего роста мужчину в рабочих лохмотьях.
— Люблю когда спрашивают напрямую. Куда пойдём?
— Куда скажу, — сухо бросил клиент и направился к большому амбару поодаль.
— Хорошо, — она угрюмо шмыгнула носом и зашагала следом, то и дело поправляя подвязанные к поясу лохмотья, которые скрывали оружие в набедренных подсумках и портупее.
Подойдя к громоздкому складу, рабочий повесил на дверь железную подкову и, пропустив конопатую первой, подал своякам своеобразный сигнал, мол, уводит девку на сеновал. Иногородние женщины всегда были в цене, а бродячие проститутки подавно, поскольку могли выбирать клиентов свободно. Считалось что такая мать передаст потомству лучшие гены, а любовница всяко управится лучше местной «уродины».
«Отлично. Времени на разговор с работодателем будет предостаточно, а если обозналась — плюс минус гражданин, что уж поделать?» — скривилась наёмница, оглядывая тусклое помещение.
— Молодец, Прохор! — произнес стройный широкоплечий мужчина среднего роста, сидящий на сеновале. — Займись, будь добр, заготовками, пока мы с девушкой разговариваем. — вежливо приказал он, смахнув солому со строгих серых штанов, и сложил пальцы домиком на уровне груди.
Сопровождение тут же удалилось, а заказчик довольно закинул ногу на ногу и с интересом оглядел наемницу:
— И правда, «гончая»! — он одобрительно кивнул и слабо усмехнулся, поправляя аккуратную гульку темно-каштановых волос. — Сразу учуяла, где пахнет псиной!
— Всё по инструкции, — холодно ответила Крис, оперевшись спиной о противоположную стену и скрещивая руки на груди.
— Что не может не радовать! — расплывшись в довольной улыбке, он с интересом рассматривал свежий шрам на щеке конопатой, словно пытался запомнить новинку.
— Почему ты не предупредил о хвосте? — хмуро поинтересовалась Кристин.
— Ты говоришь о Райане? — заказчик загадочно улыбнулся и поправил бежевую безрукавку поверх черной рубашки. Несмотря на поношенную одежду, выглядел он довольно прилично и даже знатно.
— О ком ещё?
— Верно, в контракте этого не уточнялось. Думаю, ты понимаешь, почему? — Его безмятежные каре-зеленые глаза устремились на переносицу гончей, а бархатный баритон с хрипотцой дополнял непривычный ныне образ интеллигента. — Если бы всё было так просто, мне не пришлось бы стрелять пятым по счёту «дротиком». Считай, ты справилась на отлично! Мне даже жаль, что я не могу переписывать законы Холма. В конце концов, слабость сродни потере авторитета.
— Ты лукавишь, Бирму́нд, — недовольно ухмыльнулась Кристин, внимательно изучая собеседника. Резкие черты лица подчеркивали слабые морщины, высокие скулы и впалые щеки, а аккуратный острый нос с заметной горбинкой дополнял его образ старого интригана, хотя на вид Доктору было чуть больше полтинника.
— И то верно, — загадочно улыбнулся мужчина. — Признаться, я ожидал куда более приземленного развития событий. — Крис приподняла бровь и непонимающе покосилась на заказчика. — Учитывая наболевшую практику, благополучное усыпление Бэкка было возможно, только в случае незаметного проникновения в его апартаменты. Досадно, что ты попалась на эту уловку, однако… меня до сих пор мучает один вопрос.
— Вопрос?
— Почему ты ещё жива? — его довольная физиономия выражала неподдельное любопытство, а ровная осанка и шрам поперек всей шеи заставляли задуматься о былых похождениях.
— Что ты имеешь в виду? — девушка раздраженно поджала губы.
— Вэнсу не свойственно оставлять в живых никого, включая случайных свидетелей. Никогда бы не подумал, что он упустит врага, посягнувшего на жизнь его шефа. Что ж, видимо, мои ожидания в очередной раз отказались соприкасаться с действительностью, — он разочарованно развёл руками. — По моим расчётам, шанс выживания после встречи с Райаном составлял не более восемнадцати процентов. Именно по этой причине я настоял на максимальной скрытности с твоей стороны.
— Значит, в лучшем исходе я должна была ускользнуть от глаз твоего пёсика, а в худшем — погибнуть? — нахмурилась Крис. — Или что это был за пункт: «Никаких посторонних жертв?».
— Ну, не совсем, — Бирм снова загадочно улыбнулся, поправляя крупный серебряный перстень с сапфиром на безымянном пальце правой руки, который выглядел слишком вычурно даже для крупной шишки. — Увы, о твоём визите знали не многие и Райан в их число не входил. Хотел бы я знать, чем был обусловлен такой опрометчивый поступок с его стороны. Если только у Ролла не было на тебя никаких грандиозных планов.
— Конечно же, были, — Кристин устало закатила глаза. — В инструкции было четко написано: любит играть людьми, доминировать и делать ставки! Впрочем, это уже профессиональная этика, Док.