Ведьма. Без права на чувства

Жить с ней оказалось комфортно, да и готовила она неплохо. В каком-то плане, нас с ней можно было назвать родственными душами: одинаково одинокими и одинаково холодными. Наверное, на почве этой холодности мы и сошлись, сдружились… ну, и иногда проводили вместе ночи.
Нет, между нами не было любви или каких-то нежных чувств. Я вообще сомневался, что способен испытывать что-то подобное. Но это не удивительно, если с детства приходится думать только о выживании. Ну, а Лекса сама однажды призналась, что её сердце пропитано тьмой настолько, что никакая любовь проникнуть в него просто не сможет.
Так и жили… до недавнего времени.
Всё изменилось несколько дней назад, когда к нам вдруг решил наведаться Корвин. Лично, чего никогда раньше не случалось. Обычно он всех вызывал к себе, да ещё и в приказном порядке. Попробуй, не явись, неприятностей потом не оберёшься. А тут вдруг пришёл вечером без предупреждения, сел за стол на кухне с таким видом, будто он тут хозяин, и предложил работу, от которой отказался бы только дурак.
Но Лимт не зря выбрал именно нас. Алексис давно просила его помочь ей попасть в Ферсию по поддельным документам. А для меня у нашего главы нашлось ещё одно предложение. По сути, сопровождение дочери лорда Ринсона являлось лишь ширмой, и должно было обеспечить нам с Лексой хорошее прикрытие.
Вот только первая встреча с этой самой леди Магнолией заставила меня насторожиться, а интуиция кольнула дурным предчувствием. Я не стал говорить этого Лексе, не хотел её пугать. Просто решил сам быть настороже.
– Бран, я предлагаю взаимную помощь, – вдруг сказала Алексис, садясь ровнее. – Я знаю, что Корвин поручил тебе ещё что-то, помимо охраны девчонки. Я помогу тебе с этим делом, а ты поможешь мне встретиться с матерью. На твой личный гонорар не претендую. Он будет только твоим.
– Боишься родственничков? – спросил я, разглядывая её красивое, но холодное лицо. – Мне казалось, страх тебе чужд.
– У всех нас есть что-то, что способно взбудоражить даже запертые чувства, натянуть до звона даже самые крепкие нервы. Этакие слабые места, – ответила она с лёгкой тоской в голосе. – Даже у тебя, Бран.
Я усмехнулся.
– Возможно, ты права, – ответил ей. – Зарекаться не стану.
– Поверь, я видела разных людей. И головорезов, и дельцов, и коммерсантов, и представителей знати. Знала тех, у кого совсем не было совести, тех, кто был готов на всё ради денег. Ты не такой, как они. Хоть и говоришь, что не способен чувствовать, но я вижу, что ты не тронешь ребёнка, не причинишь вред женщине или тому, кто слабее. Хоть ты и вор, но никогда не забираешь последнее.
– Ещё святым меня назови, – бросил я хмуро.
– Ну, нет, – она чуть улыбнулась. – До святого тебе точно далеко.
Некоторое время мы молча любовались закатом и слушали шум реки, а когда солнце окончательно спряталось, Алексис спросила:
– Ты уже продумал маршрут? Как будем пересекать границу?
Да, это тоже было причиной того, почему нас наняли для сопровождения аристократки. Официально дипломатических отношений между Изерфитской Империей и Республикой Ферсия сейчас не существовало. Более того, оба государства находились в состоянии холодной войны. Пограничные пункты пропуска были закрыты, а военные тщательно охраняли границу от шпионов и нелегальных переселенцев.
– У Корвина и среди военных на обеих сторонах есть свои люди, – поведал я. – Пройдём. Главное, чтобы наша красотка ничего не испортила.
Лекса глянула на меня удивлённо.
– Красотка? Хочешь сказать, что тебе понравилась леди Ринсон? – спросила подруга провокационным тоном, а её голубые глаза зажглись интересом.
– Обычная лощёная аристократка, – пожал я плечами. – Они для меня все на одно лицо.
После некоторых событий в жизни я старался относиться к девушкам из высшего общества, как к мебели или предметам искусства. Мог полюбоваться со стороны, мог использовать как ключик в каком-нибудь сложном деле. Но потом просто выбрасывал из головы. Не запоминал ни имён, ни лиц. Но вот леди с необычным именем Магнолия почему-то въелась в память, как едкая кислота.
  
Её образ будто отпечатался на моём сознании. Засел в нём, как глубоко загнанный шип. Я и сейчас, спустя четыре дня после нашей единственной встречи, мог описать её до мельчайших деталей.
В тот вечер она была в чёрном платье, воротничок которого обхватывал её тонкую шею, словно броня. Несмотря на жаркую погоду, девушка надела перчатки того же цвета, что и остальной наряд. А вот золотистые волосы собрала в объёмный пучок на затылке. Её кожа казалась фарфоровой, чуть пухлые губы имели оттенок спелого персика, а маленький, слегка вздёрнутый носик добавлял образу наивности. Но в зелёных глазах отражались только упрямство и серьёзность. На вид ей было лет восемнадцать, не больше. Правда, в досье значилось, что в середине осени ей исполнится двадцать один.
Да, каюсь, поначалу я решил, что перед нами обычная изнеженная дурочка, но быстро поменял свое мнение. Судя по тому, что я успел увидеть, дурой леди Магнолия не была. Хотя могу и ошибаться.
– Не хочу слушать чужие капризы, – проговорила Лекса. – Надеюсь, с ней не возникнет проблем.
Я не стал говорить, что надеяться на это глупо. Интуиция ни разу меня не подводила, и сейчас она явно трубила о грядущих неприятностях. Но, когда я на мгновение подумал отказаться от задания, всё та же интуиция завопила, что этого делать нельзя. Такая её реакция меня откровенно озадачила, но при этом ещё больше заинтересовала.
– Леди Магнолия показалась мне разумной, но это не исключает её наивности, – ответил я. – Лучше сразу объяснить ей правила. Можно чуть припугнуть, чтобы не делала глупостей. И лучше ты возьми на себя общение с ней. Я не очень-то умею вести беседы с аристократками.
Алексис одарила меня странным взглядом и покачала головой.
– У тебя на редкость чистая речь, Бран. Особенно, для парня, который вырос на улице.
– Ну, не совсем же на улице. Около пяти лет я жил в приюте, ещё два года в довольно приличной семье. Даже школу закончил, между прочим. И, возможно, дело в том, что я всегда любил читать. Да, далеко не классическую высокопарную литературу. Но это и не важно.
– Значит, и с леди общие темы для разговора найдёшь, – отмахнулась Лекса.
– Нет, – я отрицательно мотнул головой. – Держи её от меня подальше.
– Посмотрим, – уклончиво бросила Алексис и поднялась на ноги. – До выезда два дня, Бран. Нужно всё ещё раз проверить, докупить недостающие вещи. Кстати, ужинаешь сегодня сам, у меня встреча.
– С кем? – спросил я спокойно. Личная жизнь Лексы меня не особенно интересовала, но она сама построила фразу так, чтобы я спросил.
– С одним интересным парнем, который обещал мне добыть информацию по высшей аристократии Ферсии и политической обстановке в этой стране.
– Даже не представляю, где он её возьмёт, учитывая наглухо закрытые границы, – заметил я.
– У того, перед кем отчитывается разведка, – с самодовольным видом улыбнулась подруга.
Намёк был более, чем прозрачен и изрядно меня удивил. Нет, Лекса рассказывала, что у неё немало знакомых в верхушке знати империи, но с некоторых пор она предпочитала скрываться. Причину так и не назвала, сказала лишь, что совершила глупость, за которую её сразу казнят, если поймают. А я не стал расспрашивать.
Прекрасно знал, что она рассказала о себе далеко не всё, да и я открыл вынужденной соседке только часть своего прошлого. И вот, даже живя больше полугода вместе, мы так и не научились друг другу доверять. Но дело было не в сложности общения, а в нас самих… и в тех тайнах, что много лет травили наши души изнутри.
 
Глава 2. Поезд
 
Магнолия
Вокруг было темно и жутко. Большая луна в эту ночь решила спрятаться за плотными тучами, будто не желала видеть происходящее на земле. На слух давила жуткая тишина, даже листья деревьев, сомкнувших высокие кроны над моей головой, в этот страшный час совсем не шелестели. В лесу не слышалось уханье совы, не шуршала трава, не шумел ветер. Всё замерло в ужасе перед тем, что должно было вот-вот произойти.