Гнилые плоды моей любви (СИ)

Когда все ушли, я легла на кровать и просто смотрела в потолок, пока слезы ручьями стекали на белые простыни. Принцесса заглянула в комнату и тихонько заскулила. Это длилось доли секунды - она просто хотела, чтобы я заметила ее присутствие.
- Заходи, девочка, - сказала я. - Можно.
Собака подошла к кровати и аккуратно уткнулась носом мне в руку, которая все еще ныла после укуса.
- Я не злюсь на тебя, ты не виновата. Это все они.ОНИ.
Снова тихое поскуливание. Я постучала ладонью по кровати, разрешая собаке прилечь со мной. Принцесса осторожно запрыгнула и легла, положив голову мне под бок. Казалось, она хочет меня обнять, пожалеть, утешить. За долгие годы это было первое существо, которое искренне разделяло мою боль и не требовало ничего взамен.
Так мы и лежали бок-о-бок, пока не уснули. А, проснувшись, я покормила ее и повела на прогулку. Соседи, которые встречались нам на пути, бросали на меня недвусмысленные взгляды.
«О, это же та, чокнутая, идет, - звучало в них. - И как только ее муж все это терпит... Неужели только ради детей? Разве это разумно - держать в доме психически-нездоровую женщину, когда речь идет о семье и детях? Она же может им как-то навредить! Ох, и бедный же мужик этот Сергей, не повезло, так не повезло. Такой видный, при деньгах... мог бы найти себе нормальную жену...»
Мне было плевать, что обо мне думают. Я и так уже знала, что моему мужу филигранно удалось выставить меня невменяемой психичкой перед всем окружением. Это могло гарантировать, что в случае развода дети останутся с ним, а мне не позволят даже видеться с ними. Но было ли это сделано из любви к сыновьям? Я так не считала. Скорее, таким образом Сергей планировал навсегда держать меня в роли служанки, рабыни и девочки для битья. Он прекрасно понимал, что, если бы не дети, я бы уже давно от него сбежала.
И сколько еще мне предстоит так жить? До совершеннолетия младшего сына? Выдержу ли я это все, учитывая, что Сергей каждый раз придумывает все новые и новые способы морально меня уничтожить? Он не остановится, будет только распаляться все сильнее, хотеть большего.
От осознания всего ужаса своего положения я присела на корточки прямо посреди улицы и завыла себе в колени. Принцесса тут же подбежала ко мне, чтобы утешить.
- Спасибо тебе, дорогая, спасибо, моя хорошая, - я ласково потрепала ее за ухо и погладила по голове. - А теперь пойдем. Чтобы все это выдержать, хозяйке нужно купить сигарет.
Домой мы вернулись часа через полтора. За это время я успела выкурить полпачки. Старая дурная привычка вновь вернулась ко мне. Это был единственный способ не сойти с ума, хотя я прекрасно осознавала, как сильно курение вредит здоровью, и как плохо мне будет, если Сергей обо всем узнает.
Он ненавидел эту мою привычку. Ради него я бросила курить в тот самый день, когда мы начали официально встречаться. Мои легкие уже давно отвыкли от никотина, табака и смолы, но, черт возьми, сейчас вся эта зараза была нужна мне, как воздух. В свое время ради Сергея я отказалась не только от курения, но и от близких мне людей. От родни, подруг, коллег, знакомых - у меня не осталось никого, с кем бы я могла просто поговорить. Теперь я понимала, что долгие годы он планомерно избавлялся ото всех, кто бы мог протянуть мне руку помощи в сложный момент. Сергей делал это специально, чтобы оставить меня совсем одну. Чтобы единственным близким человеком, который в состоянии обо мне позаботиться, был он сам. И ему это удалось. Я осталась одна, совсем одна. Теперь моими верными друзьями были только собака по имени Принцесса и сигареты с ментолом. Без них мне не сдюжить, это было очевидно.
Чтобы муж не прознал о моей тайне с сигаретами, я сразу кидала в стирку вещи, в которых курила, а верхнюю одежду вывешивала на балкон. Кроме того, я никогда не курила ни в квартире, ни в подъезде, ни во дворе. Мы с Принцессой уходили как можно дальше от дома. Только там я могла курить и не озираться по сторонам, как пугливый подросток. Только там я могла хоть немного расслабиться.
 
Сами пачки я всегда прятала в кладовой комнате, где у нас хранилась всякая химия, швабры, ведра, тряпки и прочие хозяйственные принадлежности. За годы совместной жизни Сергей заходил туда от силы несколько раз, и то по моей просьбе. Можно было не опасаться, что он что-то обнаружит.
А вот с алкоголем было тяжелее. Практически одновременно с курением в мою жизнь вернулось и спиртное. Когда все были дома, курить порой хотелось нещадно, но делать я этого не могла. Как не могла и постоянно уходить выгуливать собаку. Это бы вызвало подозрения. А вот выпивать можно было в любое время, и никто бы ничего не заметил, ведь алкоголь находился у нас в доме в свободном доступе, и его никто не пил. В основном, я использовала его в готовке, так что початая бутылка могла спокойно стоять в холодильнике - Сергей бы ни слова не сказал.
Так вот, я начала пить. Сначала по чуть-чуть, буквально грамм по 30. Алкоголь расслаблял меня, снимал напряжение как морально, так и физически. В какой-то степени он даже помогал мне относиться ко всему философски. Он действовал на меня, как панацея. Проблема была лишь в том, как скрыть запах изо рта и свое состояние. С каждым разом я немного увеличивала дозировку и начинала выпивать все больше и больше, тем самым ходя по лезвию ножа. Я знала, что рано или поздно Сергей все поймет и заставит меня пожалеть. Знала, но уже не могла остановиться.
Меня успокаивала лишь мысль о том, что он не пронюхает обо всем прямо сейчас. У меня еще оставалось какое-то время. И я хотела провести его в относительном спокойствии. А уж потом – будь что будет.
  
Шантаж
 
Я уже давным-давно разонравилась самой себе, а теперь у меня еще и появились привычки, которые были мне противны. Я осознавала, что еще несколько лет – и я превращусь в алкоголичку, и тогда Сергей сам разведется со мной.
Иногда это звучало, как неплохая идея. Окончательно разрушить себя и свою жизнь, и тогда все будет кончено. Но дети… Порою глядя на спящего Валю, я чувствовала, как сердце рвется в клочья от мысли, что мне придется его оставить. Я видела, как он во мне нуждается, ведь он еще совсем маленький.
Я была в капкане, истекала кровью и сама же еще сильнее сжимала эти тиски. Но где-то глубоко внутри все равно теплилось желание вырваться, вздохнуть полной грудью, и неважно куда я пойду, главное – дышать. Я бы занялась своим здоровьем, бросила курить и пить, нашла себе работу… Но я не знала, что мне делать без детей, ведь они – моя неотъемлемая часть и… моя тюрьма. Гнилые плоды моей любви.
***
Мне нравились прогулки с Принцессой, они успокаивали и давали мне возможность углубиться в свои крошечные мечты о жизни без Сергея и всех тех унижений, которые я испытывала ежедневно.
Я уходила далеко от дома, почти к кромке небольшого леска, садилась на поваленное дерево и закуривала сигарету. Слушала шум листьев, смотрела, как резвится Принцесса, пробовала на вкус запретную свободу.
Почти вплотную к лесу стоял новый высотный дом, куда уже успели заселиться жильцы. Все вокруг менялось, стремилось к лучшему, развивалось… Я надеялась, что тоже развиваюсь, просто это происходит настолько медленно, что почти незаметно глазу.
Однажды мы с Принцессой вернулись домой после прогулки, и я, покормив ее, помчалась стирать одежду и чистить зубы. Еще не хватало, чтобы дети учуяли запах сигарет. Через полчаса из школы вернулись Глеб с Власом. Они вошли в кухню и сели за стол.
- Голодные? - спросила я. – Сейчас разогрею обед.
- Нет, - сухо ответил Влас, сложа руки на столе, точно в такой же манере, как это делал Сергей, когда в очередной раз был чем-то недоволен.
- Нам с Власом сейчас не до еды, - отозвался Глеб. – У нас есть проблемы посерьезнее. И у тебя тоже.
Я насторожилась, но задавать вопросов не стала. Все равно сами скажут.
- Куришь, значит? - спросил Влас, глядя на меня холодными глазами.