Ведьму сжечь, или Дракон, я тебе (не) пара (СИ)

— Договоришься мне, что драконам скормлю!
— Рука не поднимается, — и нагло мне в глаза заглядывает.
Невыносимая птица. Котом он был куда милее.
Уходит много времени, чтобы бесшумно передвинуть тяжелый стол. Ситуация усложняется непрерывным ворчанием Семена. Все ему не так. И двигаюсь я медленно, и шума много. Стараюсь не обращать внимания. Главное — выбраться. С птицей можно и потом разобраться.
Взбираюсь на стол. Беру пузырек. А саму вещицу лучше припрятать. Мне понадобится местная валюта. А эти камни по любому стоят немало.
— Снаружи что нет охраны?
— У этой стены нет. Там все равно через ворота не пробраться, — отвечает как заправский житель замка.
— А как мы тогда выберемся?
— Лезь, — указывает крылом на окно. — Меньше болтовни, больше дела.
Эх, тут с ним не поспоришь.
Залезаю на маленький подоконник. Скручиваюсь пополам. Открываю пузырек и под четким руководством птицы выливаю жутко пахнущую жидкость на решетку.
Несколько секунд, и металл превращается в ржавую жижу.
— Реально сработало!
— Я же за дело взялся, — гордо пролетает в окно.
Теперь осталось самое сложное — пролезть.
Сцепив зубы, чтобы не завыть от боли, царапаю тело, но упорно лезу. Иногда кажется — все конец, помру. Так и найдут меня висящую пятой точкой к камере. Но нет, такой радости козлу не доставлю. Делаю еще один рывок, еще одно усилие и кубарем лечу на землю.
Ай, больно-то как! Нос разбила. Сажусь на земле. Потираю нос. Оглядываюсь по сторонам. На дворе ночь, особо ничего не видно. Свет исходит только от Семена. Он реально как фонарь, светится, переливается.
— Пошли, — показывает мне крылом в кусты.
Поднимаюсь как старая бабка, держусь за спину, издаю сдавленные стоны. Захожу в кусты. Замираю.
И это конь? Сие чудо мне хорошо видно, Семен именно его и освещает.
— На таком скакуне только на тот свет отправляться. Спешить не надо, можно ползти, — укоризненно смотрю на птицу. — Лучше никого не мог найти?
На меня смотрит пони. Худущий. Облезлый. На него без слез не взглянешь. Свалявшаяся шерсть на хвосте и холке. Лысые бока. Бедное измученное животное. Его самого спасать надо.
— Еще одно подобное высказывание в адрес королевской особы, — смотрит на меня пони, и говорит удивительно бодро и пафосно. Будто реально сейчас восседает на троне, — Позову стражу, и отправишься к Мирграду. Попаданка, твоя судьба напрямую зависит, насколько ты мне понравишься.
Он знает кто я? Вот Семен паршивец!
— Научись держать клюв закрытым! — показываю кулак вредной птице.
— Согласен, никакого уважения. Тут рискуешь, помогаешь ей, вот она благодарность, — и смотрит на пони, ожидает от него сочувствия.
Кого он вообще нашел? Говорящие животные, королевских кровей, взбесившиеся драконо-козлы, куда я попала? И это я еще мира не видела. Не уверена, что хочу на него смотреть.
— Полное отсутствие культуры общения, — осуждающе качает головой пони.
— Ты что за чудо такое, королевских кровей? — подхожу еще ближе, рассматриваю пони.
Он очень маленький. На такого сядешь, сразу раздавишь. Хотела бы разозлиться. Да жалко. Слишком уж ободранный и исхудавший. А глаза огромные, бездонные, таинственные и очень грустные. 
— Можешь обращаться ко мне просто ваша светлость Эсвель Эмблкроун, — и подает мне копыто.
— Я Маша, — пожимаю конское копыто. Имечко у него, попробуй запомни.
— Целовать надо, невежа, — фыркает.
— Чего? Конское копыто? Слушай, ты наверно иди травку пощипай. А я как-то сама разберусь, — хмурюсь.
В этом мире вообще обитают адекватные существа?
— Никакой субординации, — вздыхает Эсвель. — Прощу тебе невежество, с учетом твоего недолго присутствия в нашем мире.
— И отсутствия ума! — каркает Семен.
— Кому-то сейчас клюв веревкой перевяжу, — кошусь в сторону наглой птицы.
— Пустые бессмысленные угрозы, — поворачивается ко мне хвостом.
— Времени нет. Довольно, — важно изрекает пони. — Проясню ситуацию, — садится на землю. — Ты попала в мир Мирал, — начинает вещать менторским тоном. — Он четко разделен на три королевства. Синее, красное и зеленое. Несколько десятилетий между синим и красным длится кровавая война. Зеленое остается в нейтралитете. Августина, чье место по трагической случайности ты заняла, — тут следует протяжный утробный вздох, — Принадлежит к правящему роду зеленых. Это самое маленькое и процветающее королевство. Но оно ранее никогда не вступает в войны. Покойный отец Августины двадцать лет назад подписал кровавый брачный договор. Согласно которому, она по достижении двадцати трех зим, станет женой короля синего королевства. Таким образом, объединиться силы и королевство красных падет.
 
— Так если зеленые не вступали в войну, зачем тогда они в этот ввязались?
— Чтобы истребить большее зло. Сейчас у красных правит Ландер Ренфорд ди Рейн. И упаси тебя вулкан, когда-то повстречать его на своем пути.
— Что в нем такого страшного?
— Последний из рода красных драконов, — говорит таким тоном, будто это объясняет все.
— И? Красный дракон. Тут синие. Так, где страх и ужас?
— Он жаждет господства и крови. Безжалостен, коварен и беспощаден. Из-за их рода длится эта война.
Вот и зачем мне красно-синие разборки? Красный маньяк, синий козел. Мне уже прыгать от радости?
— Как бы ваш король тоже не подарок, — морщу нос.
— Чтобы синие победили, Мирград должен быть свергнут. Когда подписывали договор, никто не мог предположить, что внебрачный сын кухарки взойдет на трон. Поэтому Августина была вынуждена попросить помощи у хранителя вулкана. Она получила Дар, став навеки его должницей.
— Где она сейчас? Как я тут оказалась? Надо ее вернуть! Только скажи, куда идти, я мигом за шкирку ее назад притащу! — все я готов к своему личному сражению. Пусть Августина сама со своими долгами рассчитывается.
— Неведомо где она. Прискорбно, что вместо нее ты. В монастырях дают отличное воспитание. А ты невежда, — качает головой. — Пропала Августина… — из глаза пони скатывается одинокая слезинка.
— Я, к твоему сведению, институт закончила! До красного диплома совсем чуть-чуть не хватило! — возмущаюсь.
— И где ты работала? — вставляет свои пять копеек Семен.
— Еще один «кар» домой без тебя вернусь, — угрожаю заносчивой птице.
Все я обиделась! Подумаешь, администратором в ресторане была. Так это временно, пока по специальности работы не найду. Зато там платили нормально.
— Правда глаза колет! — каркает и отлетает на безопасное расстояние.
— Эсвель, надо вернуть Августину. А меня назад. И быстрее!
— Ваша светлость! Сколько раз повторять! А тебе не соратник, не друг. Ты моя подданная, — машет хвостом в колтунах, под кожей ребра просвечивает. Зато самомнение до небес.
— Ты говорящий пони. Или мы нормально общаемся без твоего конского пафоса, или расходимся, — ставлю ультиматум. Достали!
У меня, между прочим, срыв! Нервы! Муж козел! И непонятная заварушка красно-синих, приправленных зелеными!
— Ты еще пожалеешь! — бьет копытом о землю.
Потом резко вскидывает голову, смотрит вдаль.
— Что там? Охрана? Пора выбираться? — спрашиваю с опаской.
Лучше уж заносчивый пони, чем муженек, жаждущий превратить меня в жаркое.
— Сейчас ты пойдешь в коморку с инвентарем, найдешь форму прачки и переоденешься, — изрекает повелительным тоном.
— Прачки? — мои глаза как два блюдца.
— Иного пути из дворца для тебя нет.
— А куда действующую прачку деть?
— На время устранить. Потовая ситуация, требует кардинальных решений, — гордо подняв голову, скрывается в кустах, — Следуй за мной, невежда.
— Эй, стой! — догоняю пони, меня в холодный пот бросает. — Ты это… хочешь чтобы я козла обстирывала?
— Малая цена, чтобы выжить, — отвечает за него Семен.
Пони ведет меня обходными путями. Но видно, местность ему хорошо знакома. Он чувствует тут себя уверенно. По дороге шепотом рассказывает мне, что на прачку никто не обратит внимания, и днем я смогу покинуть замок.