Ведьму сжечь, или Дракон, я тебе (не) пара (СИ)

— Это я виноват. Не уследил. Я приму любое наказание, — говорит Мараск.
— Виноват я. Был слишком мягок с ней. А надо было изначально заточить в замке. Закрыть любой доступ к миру. Не ожидал я от нее такой подлости и коварства. Недооценил.
— Ты же можешь учуять ее и вернуть назад?
— Могу… — киваю. Направляюсь в замок.
Но мне претит сама мысль, что мне придется гнаться за той, без которой не могу, и которая наравне со связью порождает злость и ненависть во мне. Потребность в той, которую не желаю больше видеть и знать, и при этом безумно жажду заключить в объятия.
Тоска никогда не исчезнет. Мы не пара, и при этом связаны метками навек.
Правда слишком болезненна. Ее нелегко принять. А если учесть, что я более не могу приблизиться ни к одной искуснице, то мне и вовсе свет не мил. Остается только долг перед королевством. Служить народу, править… и медленно умирать от тоски, рядом с той, кто будет отравлять мое существование.
— Я приготовил для тебя отвар, — помощник идет следом. — Он поможет поддержать силы. А когда найдешь ее, станет легче.
— Никогда уже не будет легче, — озвучиваю неприглядную истину.
Истинная связь взывает немедленно мчать в погоню. А я медлю. Сражаюсь сам с собой. Оттягиваю момент встречи. Не хочу видеть ее фениксом, и осознавать, что никогда больше не увижу прекрасный стан.
Специально не настраиваюсь на связь с ней. Закрываюсь всевозможными щитами. Даю себе время осмыслить, принять реальность.
— И еще одно, — мнется Мараск.
— Что? — вздыхаю.
— Она зачем-то украла твою кошку…
— Чтооо?! Лателлу!
Кулак летит в стену. Это уже форменная насмешка! Украсть то, к чему лежит моя душа. Мою любимую питомицу! Она это сделала специально! Чтобы насмехаться! Показать все, что думает обо мне!
Закрываюсь в своих покоях. Пью отвар и смотрю в небеса. Наблюдаю, как медленно рассеивается тьма, уступая место рассвету. Только моя тьма никогда не покинет душу, она будет лишь сгущаться.
И тут в небе вижу радужное пятно. Выхожу на балкон. Присматриваюсь. Ворон Августины, а в лапах у него моя кошка…
Мой излюбленный питомец! Что вообще происходит?!
Они летят прямо ко мне. Приземляются на балкон. Ворон осторожно кладет Лателлу, и сам обессиленный падает рядом.
— Твоя помощь нужна, — заявляет.
— И что? — хмурюсь.
— Как что? — фыркает возмущенно. — Лети спасать свою пару, — он не просит. Наглый ворон смеет мне приказывать!
Маша
— Шутить изволишь, — скалится. — Подозреваю, это последняя твоя колкость, неверная супруга.
Он чувствует свое превосходство. И к сожалению, сейчас сила на стороне козла.
Августина, хмурится. Глаза бегают. Она явно не ожидала вторжения. Эх, видно недоучилась она знатно. Я все же была лучшего мнения о ее способностях.
— Не жена я тебе! — вспыхиваю, изо рта вырывается язык пламени. Мирград отступает. Ага! Значит, на него мой огонь действует! Отличненько!
— Обзавелась меткой Ландера. Решила на два фронта играть? Тебя не заботит, что родичи твои, как и королевство, жестко поплатятся за твой поступок? — выдает с гадкой усмешкой.
— Нет! — Августина закрывает рот ладонью.
Я тут обессиленная на полу валяюсь, и то более адекватно ситуацию оцениваю. А она палит контору!
Хотя я сама не уверена, стоит ли мне дальше изображать Августину. С другой стороны, пощады от Мирграда все равно не будет. Я феникс, и ему нужна моя сила, кем бы я ни была.
— А ты кто такая? Что ты сделала с хранителем трав?
— Я… я… — и взглядом на меня, мол выручай.
Ага, как петь себе оды, так она первая в ряду. А как жареным запахло, так в кусты.
— Прислужница моя, — отвечаю козлу, и не без удовольствия отмечаю, как хмурит брови и пыхтит Августина.
Как же сладка моя маленькая месть.
— А что, ничего такая, — рассматривает ее плотоядным взглядом.
— За питомцами моими присматривает, вещички стирает, куховарит, — продолжаю, а сама отмечаю, что мне становится легче.
Словно по невидимым, но очень ощутимым канатам, ко мне льется энергия. Я даже слышу незнакомые голоса, чувствую красный народ. Странное ощущение, они восхваляют своего правителя, отдают энергию. Улавливаю дух сплоченности, и самой хочется вскочить на ноги и ринуться в бой. Нечто неподконтрольное разуму питает меня изнутри, сжигает боль, но одно остается неизменным — тоска. Словно я не цельная, и мне жизненно необходимо вернуть часть себя. Вот это жуткое чувство опустошения гложет меня, как противный червяк. Увы, я догадываюсь, что это… последствия метки и так называемой свадьбы…
 
— Что вы сделали с хранителем трав? — повторяет свой вопрос Мирград.
— Мы к нему пришли, а его нет.
— Я чую его магию!
— Магия осталась, а он сам исчез, — продолжаю гнуть свою линию.
И только сейчас замечаю, что Сентелла испарилась. Я так понимаю, это свойственно зеленым, как только опасность, так сразу трусливо разбегаться по углам.
Семен закрывает собой Лателлу. Он очень серьезный, сосредоточенный. Чую, что-то задумал. Ох, надеюсь, не очередные проблемы на мою голову. Мне как бы и муженька первого хватает.
— Испугался старый проныра. Знает, что пришлось бы платить по счетам, — самодовольно хмыкает козел. — Но все получилось еще лучше. Шел выбить из него долги, а нашел свою непутевую жену.
Вот засада! Он меня не вычислил! То, что я попалась — это случайность. Поганое стечение обстоятельств! И что мне теперь делать? Идей ноль. На помощь Августины надеяться глупо. Она вон дрожит как осиновый лист.
Мирград вскидывает голову и цепляется за каменный выступ рогами. Рычит и топает ногой.
— Интересно рога — это первая ступень, а дальше что? Копыта? Тебе пойдет, — не могу удержаться. Слишком уж синий дракон отвратная личность.
— А дальше твое искупление. Думала, безнаказанно можно делить ложе с моим врагом, отдавать то, что принадлежит мне?
Они что сговорились? Два муженька и оба обвиняют меня в измене. А я вообще ни с кем из них. И вот где справедливость?!
— Ты мне не муж! Брачный обряд не был завершен. А теперь у меня метка! Так что ты прав не имеешь на меня! Никаких! Проваливай! — выставляю крылатую руку вперед и попадаю огненным шаром ему в живот.
Мирград ойкает. Пошатывается.
— Что ты сказала?! Как незакончен?! — приближается ко мне, буравит меня взглядом, сжимает руки в кулаки, а козлиная бородка при этом смешно дергается.
— Так ты великий и ужасный правитель, — издаю глухой смешок. — Должен знать. Или умишка не хватает?
— Стража! Взять ее! — кричит кому-то за спину.
И тут же появляются приспешники Мирграда. Эх, а я так надеялась, что он один. Зря. Он слишком труслив. Можно было догадаться.
— Я все выясню! И если ты сказала правду, то твоя участь будет куда хуже, чем я предполагал. А твоя метка, она сыграет против твоего же смрадного Ландера. Через тебя я смогу выкачать его силу! — разводит руки в стороны и широко улыбается. — Сама того не ведая, ты меня осчастливила.
Вот и кто меня за язык дергал? Зачем про незаконченный обряд ляпнула? Хотела его больнее укусить, а вышло… С моим везением, разве можно другое ожидать!
— Смотри не лопни от самомнения! — снова кидаю ему огненный шар в грудь.
Без боя не сдамся! Поднимаюсь на ноги. Делаю глубокий вдох и чувствую, как в меня льется сила красных. Она ощущается стремительным потоком, дарит легкость и укрепляет дух.
Еще два шара летят в сторону стражников. Я превращаюсь в огненный смерч. Пламя струится по моим рукам, метка становится багровой. Метаю в них огонь, уворачиваюсь от ледяных стрел. В маленьком помещении начинается настоящая буря изо льда и пламени.
Августина жмется к стене. Знаю, она может применить магию и помочь мне. Но трусиха этого не делает.
Силы, увы, не равны. Войска слишком много. Они буквально заполняют все пространство. Скручивают меня и обволакивают ледяной и скользкой штуковиной. Похожей на целлофан, но удивительно прочной. Пока идет борьба, Мирград с довольным видом стоит в центре. Близко ко мне не подходит.