Мама для наследника альфы (СИ)

Петро судорожно качает головой, отступая от меня на пару шагов назад. Я тем временем, перевожу дыхание и продолжаю:
— Нет? Будете иметь дело со мной! Мне без разницы волк вы, человек, лекарь или шарлатан. Если Брендон умрет, я посчитаю это халатностью и подвешу вас за яйца на ближайшем дереве, коих здесь много. Вы меня поняли? — дожидаюсь кивка от бледного мужчины, который не ожидал такого напора с моей стороны. — Вот и прекрасно. А теперь идите и варите лекарство, раз уж вы зовете себя лекарем.
Обходя меня по кругу, Петро практически выбегает из комнаты, устало плюхаюсь на стул около кровати, стирая пот со лба. Эта речь далась мне нелегко, но я не понимаю, почему Петро медлит, отчего рассуждает, вместо того, чтобы оказывать реальную помощь умирающему человеку.
— Кхм, — слышу покашливание Алекса, о присутствии которого уже успела забыть. — Это было… круто! Только зря ты так, Петро — хороший лекарь.
— Если бы он был хорошим лекарем, он бы лечил, а не разводил руками, рассказывая, что сделать ничего не может, даже не попытавшись, — сквозь зубы говорю я. — Алекс, если ты хочешь что-то мне возразить, давай потом, когда Брендону станет лучше.
— Арина, надо подготовиться к тому, что…
— Нет, Алекс! — перебиваю, прекрасно понимая, как он закончит свою фразу.
Только вот я не хочу слышать о смерти. Если потребуется оттащить Брендона на то озеро, что лечит и возвращает истинную суть, я сделаю это. Кстати, неплохая мысль.
— Алекс, ты помнишь об озере из дневника Рхоны? Оно где-то в лесу, — спрашиваю оборотня, одновременно меняя очередную пропитавшуюся кровью повязку.
— Да, конечно, я знаю, где оно. Только вода в нём умерла, вместе со смертью последней ведьмы, оно не способно исцелять, если ты надеешься…
— Принесите мне воду оттуда, Алекс, — поворачиваю голову и строго смотрю на него, во мне появилась какая-то уверенность в правильности действий.
— Арина, ты сходишь с ума, — мягко говорит шатен, приближаясь ко мне. — Вода не способна помочь Брендону.
— А что способно Алекс? — с горечью в голосе задаю вопрос. — Ты принесешь мне воду?
— Принесу, — с обреченностью в голосе соглашается Алекс, видимо, побоявшись, что я могу отправиться сама искать это озеро.
— Поторопись, Алекс. У нас мало времени, — твердо говорю ему, выпроваживая из комнаты. — Я буду ждать здесь.
  
Глава 23
 
Алексу потребуется пара-тройка часов, чтобы добыть воду, которая, я считаю, обязательно поможет. Мне некогда анализировать, откуда во мне взялась твёрдая убеждённость, что эта вода способна излечить от яда, да это сейчас и не важно. Скрючившись на стуле, держа Брендона за руку, я молюсь лишь о том, чтобы он дожил хотя бы до утра. Постепенно, сама не заметила как, перебралась на вторую половину кровати, и задремала, прижимаясь к умирающему оборотню всем телом.
***
Мне снилась старая деревянная лачуга посреди леса, ветхая, кажущаяся крохотной на фоне вековых раскидистых деревьев, шумевших листвой от порывов ветра. Дотронулась до двери, чтобы попасть внутрь и, будто в мгновение, оказалась в небольшой комнате, выглядящей бедно, но опрятно. В воздухе витал запах смолы и каких-то трав, я видела пламя в очаге, сложенном из камней, висящий над огнём чугунный черный котелок, внутри которого бурлило вязкое варево тёмно-зелёного цвета. Старая покосившаяся кровать, заправленная белоснежным постельным бельём, выглядывающем из под цветастого лоскутного покрывала, делающего убогое убранство комнаты наряднее, мутные окна, едва пропускающие свет,  низкие потолки.
— Ави, ты здесь? — женский голос, доносящийся из-за двери звучит глухо.
Оглядываюсь, замечаю в углу беременную девушку, сидящую в мягком кресле с потёртой обивкой. Девушка увлечена своим занятием, вышивает что-то на больших пяльцах, не замечая ничего вокруг. Она худая, даже можно сказать, хрупкая, удивительно, что большой живот не перевешивает её, когда она встаёт. Её длинные светлые волосы заплетены в косу, большие синие глаза сосредоточенно наблюдают за стежками, аккуратно ложащимися на ткань, молодая, младше меня, выглядит лет на шестнадцать, не старше.
 
— Авалина! — дверь распахивается, в комнату врывается женщина-ураган, по-другому не назовёшь.
Невысокая, пухлая, с ярко-рыжими волосами, в беспорядке рассыпанными по плечам, она быстро передвигается и говорит, бурно жестикулируя, её глаза изумрудного цвета лучатся теплом и светом.
— Ави, ты опять не следишь за отваром. Нужно было полчаса назад добавить ферзалию, — всплёскивая руками, воклицает женщина, вроде бы строго, но её глаза при этом блестят искрами веселья, губы сложены в лукавую улыбку.
— Прости, Рхона, — наконец, отвлекаясь от вышивки, отвечает девушка. — Смотри, здесь такой интересный стежок, он у меня плохо получается, а я хочу успеть вышить наволочку до рождения малышки.
“Рхона?” — мои глаза продолжают наблюдать за женщинами, тем временем, ошеломлённный мозг анализирует новую информацию, мысли скачут, я не в силах поверить,  что вижу перед собой ту самую ведьму, дневник которой я читала. Может быть, это просто совпадение? Происки подсознания, которое выдало мне этот необычный сон, не справившись с большим количеством новых впечатлений, свалившихся на меня в последние дни. Снова прислушиваюсь к разговору.
— Ави, у тебя получается очень красиво, не выдумывай. А мне срочно требуется смазать раны миссис Хэйд мазью, в которую ты забыла добавить ферзалию, — ласково журит девушку Рхона.
— Да, — понуро опускает голову Ави. — Может быть снова используем воду из озера? Она же способна излечить любые болезни.
— Ты же знаешь, что для того, чтобы вода сработала, требуется очень много сил, — тяжело вздыхает Рхона. — А у меня их почти не осталось, после того, как я подпитала Карлоса.
Глаза Авалины загораются злостью, она вскакивает с кресла, отбрасывая вышивку прочь:
— Зачем ты продолжаешь выхаживать его, Рхона? Он же был против ведьм! Против нас! А стоило ему попасть под проклятие, сразу прибежал с просьбой вылечить его.
— Ави, ты еще слишком молода, многого не понимаешь…
— Нет, Рхона. Это ты слишком сердобольная, готова прийти на помощь даже карателям, — яростно выговаривает девушка, отворачиваясь. — Из-за таких, как Карлос, моя малышка осталась без отца.
— Вилмот просто оказался не в то время, не в том месте, Ави, — качает головой Рхона, подходит к котлу и кидает в него какой-то цветок, из-за чего отвар меняет цвет на ярко-желтый.
Глаза Ави наполняются слезами, губы дрожат, понимаю, что она едва сдерживается, чтобы не разрыдаться, разговор об отце ребёнка дается ей с большим трудом.
— А мы, Рхона? Как нам выжить? Мы спрятались вдали от всех, в этой непролазной чаще, заняв почти разрушенный дом давно умершего лесника, но и здесь каратели могут нас найти, ведь страждущие находят. Я не хочу для моей девочки жизнь в вечном изгнании, — тихо говорит девушка и качает головой. — Не хочу.
— Тише, Ави, — подскакивает к ней Рхона и обнимает, успокаивающе поглаживая по спине. — Всё образуется, вот увидишь. Скоро им надоест выискивать светлых ведьм, они поймут, что мы — не зло.
— Я помогу тебе с миссис Хэйд, — тихонько всхлипывает Ави. — Поделюсь энергией.
— Спасибо, Ави, не нужно. Ты беременна, твоя энергия больше нужна твоей дочери, — тепло улыбается Рхона, аккуратно стирая слёзы с щёк девушки.
— Нет, — упрямо заявляет Ави. — Ты права, из-за меня миссис Хэйд осталась без мази, давай поможем ей. Моей энергии хватит на всё.
В следующий момент оказываюсь в другой комнате, она гораздо больше той, в который я слушала разговор Ави и Рхоны. Здесь теплее, в закопчённом камине горит огонь, вдоль стены стоит несколько кроватей, скрытых балдахинами, напротив, в самом углу комнаты, стол, уставленный разного рода емкостями, заполненными какими-то отварами, мазями, порошками. Похоже, что это какой-то лазарет, но по-домашнему уютный, именно здесь ведьмы принимают страждущих, размещают их и лечат. Здесь слышны тихие разговоры, стоны и шепот, молящий о выздоровлении, воздух тяжёлый, будто наполненный болью и отчаянием. Рхона и Ави стоят над одной из кроватей, подхожу ближе, чтобы увидеть, что они делают.