Учебка. Курсант Агапи (СИ)
— Курсант, что случилось? Доложить! — сдерживая командирский ор, за моей спиной вырос Огокс.
— Лэр! Докладываю, лэр! Курсант пытается проникнуть в медблок без видимой причины, лэр!
— «Видимая причина» — это когда она свою оторванную руку предъявит? Практикант лечит горло. У тебя назначена процедура? — последний вопрос был ко мне.
Китайские болванчики, должно быть, обзавидывались тому, как энергично я кивала. А у курсанта отвисла челюсть:
— Практикант? — и отдал честь нам с главным сержантом.
Когда мы отошли от поста, я постаралась изобразить вопрос: скосила глаза в сторону дежурного, вытаращила глаза и рот приоткрыла, погладив себя по шеврону.
— Почему он так удивился? — понял меня Огокс. — Не бывает первокурсников практикантов. В учебке практика разрешается только после третьего курса. Да и то, если преподаватели дадут рекомендации, а сержанты-воспитатели одобрят. Такой знак есть не у каждого синего. Тебе есть чем гордиться.
Вот теперь я поняла, как высоко отметили моё скромное участие в утренней вылазке. Забежала чуть вперёд, заступила дорогу и протянула сержанту правую ладонь. Он недоумённо смотрел на меня — не приняты в Межгалактическом Союзе рукопожатия.
— Пожми ей руку, сержант. В мире Агапи — это знак благодарности, уважения, приветствия и доверия, — посоветовал невесть откуда взявшийся Инк.
Ой, пальцы-то зачем ломать! Сержант от души сжал мою ладонь, опять хлопнул по плечу, кивнул и пошёл по своим делам.
— Мышь, которая никуда не лезет, зачем ты здесь?
Я попыталась сослаться на горло.
— Врать не умеешь. Целитель дал тебе на восстановление четыре дня. Прошел только один.
«Иду навестить Виктора», — призналась я.
— Я тоже.
В просторной палате яркий дневной свет был приглушен матовым стеклом. Три кровати разделены звуконепроницаемыми ширмами. Посетителей, кроме нас, нет. Только в углу у стола с баночками и ампулами спиной к нам сидела стройная девушка с косой, которая почти доставала до пола. Бедненькая, как же она с ней управляется?
— Ну, вот твой возлюбленный. Как видишь, ему уже лучше.
Виктор уже не пугал цветом кожи впалых щёк и чёрными тенями вокруг глаз. Дыхание было ровным и спокойным. Парень спал. Надеюсь, когда он проснётся, то будет полон сил и здоровья. Но вот Инку сейчас не поздоровится:
«Почему ты озвучиваешь ложные догадки? Это похоже на сплетни!»
«Все факты говорят, что ты влюблена в него, — перешёл на ментал страж. — И на Земле вы всё время рядом были, и здесь. То на руках он тебя таскает, то по углам шепчетесь. А твое волнение, когда он не вернулся из подвалов…»
«Инк, я думала ты умнее! Почему хорошее человеческое отношение ты понимаешь только как страсть или любовь?»
Перед глазами к потолку поплыла струйка чёрного дыма, которую я выпустила, подогретая эмоциями. Вот! Опять довели. Но, испугавшись своей реакции, я взяла себя в руки и успокоилась. Погладив Виктора по руке, объяснила:
«Я отношусь к нему как к брату… младшему, — увидев недоумевающий взгляд архимага, продолжила: — А к тебе как к старшему. Брату».
— Не хочу я быть братом, — вдруг открыл глаза Виктор. — Я…
— Соглашайся на брата. Иначе она тебя усыновит, — перебил его Инк.
«Агапи… — продолжил "братец" ментально, — я принёс твои артефакты…»
Принёс он, как же. Его притащили и вместе с ними и передали целителям, а те почему-то не сняли украшения с бесчувственного тела.
— Виктор, а где Робон дер Витор?
Парень хотел вскочить и доложить по всей форме, но Инк удержал его.
— Лэр. Я виноват, лэр. Когда всё началось, я держал Талеса и Дема. Меня самого тянуло со страшной силой, но кулон, который дала мне Агапи, жёг кожу, приводя в чувство, и я смог противостоять дурману. Робон шёл первым и не захотел остановиться. Я звал его, но он даже не обернулся.
«Вить, а что началось?» — спросила я.
— Мы спокойно спускались вглубь подвала, когда твой листик начал дрожать. Сначала едва заметно, потом сильнее и сильнее. В свете фонарей мы заметили туман… или дым. Он тихо выползал из темноты и наполнял проход ароматом. Я остановился и схватил парней, не давая идти дальше. Этот туман кружил голову, и казалось, что нас кто-то зовет идти вниз. Помнишь, — обратился он ко мне, — мультик такой есть о моряках, которых морские сирены звали? Было очень похоже.
— Как же тебе удалось не поддаться зову? — спросил Инк.
Виктор отодвинул край одеяла, прикрывающего грудь, и мы увидели красное пятно ожога, по форме напоминающего лист. Целители уже обработали его — кожа блестела от мази, а волдыри начали подсыхать.
— Талес и Дем были как одержимые. Отбивались и хотели идти вслед за Робоном, но я тащил их наверх, понимая, что если отпущу, то пацаны погибнут. Чем выше мы поднимались, тем спокойнее они становились, но стали вялыми, и мне местами приходилось их нести. Кажется, этот туман выпил все мои силы, но я всё равно держал их, лэр. Спасибо, что вы пришли за нами, лэр.
Инк еще о чём-то расспрашивал Виктора, а я вспоминала сон, в котором тоже был дурманящий аромат. Сон или предсказание?
«Витя, ты там насекомых не видел?»
Парень отрицательно качнул головой:
— Не до тараканов мне было… сестричка.
На прощание были сказаны стандартные ободряющие фразы-пожелания скорейшего выздоровления, обещания навещать почаще, и мы двинулись к выходу.
— Уже уходите? — глубоким баритоном спросила обладательница косы, оказавшаяся молодым мужчиной-целителем изящного телосложения. Василькового цвета глаза на золотисто-смуглой коже лица смотрелись кукольно. Еще и коса…
«Смогу ли я когда-нибудь привыкнуть к расовому разнообразию Вселенной?» — размышляла я, когда мы не торопясь шли к выходу.
— Сможешь. Я ведь тоже из провинциального мира Вселенной. У нас на планете один большой материк, на котором живут магические человекообразные существа. Мы не совсем люди. Наш организм, дополнительно к кровеносной и нервной, имеет магическую систему. У нас нет рас, но есть кланы и касты, которые живут по тысячелетним укладам и традициям.
«Инк, как ты попал в тайную стражу?»
— Это долгая истории. Расскажу, но не сегодня. Прибыли боевые группы, пойду с командирами совещаться. Вот только до столовой тебя провожу.
«Я и сама могу!» — взбрыкнула я.
— Туристка! Ты мои распоряжения утром слышала? Выполняй! — раздражённо прикрикнул на меня страж.
«Инк, а почему ты отвечаешь мне вслух, если я к тебе обращаюсь ментально?» — резко сменила я тему разговора, чтобы не ссориться.
— От псипередачи голова болит, — буркнул инспектор и втолкнул меня в столовую.
Глава 4
В обеденном зале царила вольница. Кажется, на встречу с боевыми группами отправились все сержанты и преподаватели. Курсанты, пользуясь отсутствием надзора, обсуждали последние новости. Моё посвящение в практиканты новостью уже не было.
— А я говорю, что трахается она с инспектором! — доказывал сидящий ко мне спиной курсант в синей форме. — Вот и подарили ей шеврон.
Вздохнула — везде одно и то же. Если нет собственных способностей или лениво добиваться цели, проще оправдаться, принизив других. Кто-то, заметив меня, толкнул оратора, но четверокурсник разошёлся:
— У нас не все боевики на практику прошли, а эта соплячка только порог Корпуса переступила и тут же в группу попала. Может, через пол-оборота её преподавать поставят? Девочки, вы поняли, как карьеру делать надо? — повернулся он к аудитории и увидел меня.
Склонив голову к плечу, я внимательно разглядывала горлопана. Сначала он стушевался, но потом хамство перевесило, и парень решил гнуть свою линию:
— Молчишь? Сказать нечего! Надо задать вопрос ректору, как такое возможно.
Подошла Реста:
«Тебе помочь?»
«Спасибо, подружка, но с этим уродом я даже через переводчика разговаривать не буду. Пойдём поедим».
Как только присела на свой стул, передо мной опустился поднос. На сей раз не капризничая и даже с удовольствием ела непонятно из чего сделанное пюре и запивала соком неведомого мне фрукта. Или овоща? Сколько я еще не знаю! Это только кажется, что с момента моего «попадания» прошло много времени. Событий много, а по дням…