Мастера острых сюжетов
- Казарма какая-то! - заметил Майкл.
Адель испуганно отодвинулась в сторону и промолчала.
Шарабан въехал в широко раскрытые ворота и остановился на аллее, не подъезжая к дому.
Майкл сошел и увидел Небворта, уже распоряжавшегося расстановкой камер и прожекторов. Под деревьями стояла передвижная динамо-машина и три громадных дуговых лампы, назначение которых было дополнять солнечный свет.
- Ага, вы здесь? - бросил Джек. - Теперь прошу вас, мистер Бриксен, станьте куда-нибудь в сторону и не мешайте. Тут у меня по горло работы. Один Бог знает, как я справлюсь!
- Вы не можете использовать меня как... как у вас это называется?.. Как фигуранта? - тихо спросил Майкл.
Джек нахмурился и посмотрел на него подозрительно.
- Зачем вам это?
- У меня есть причины, и я обещаю вам, что буду старательно делать все, что вы прикажете. Правду говоря, я хочу остаться здесь до вечера, мистер Небворт, и мне нужен какой-нибудь предлог.
Джек Небворт пожевал губами, почесал выбритый подбородок и неохотно сказал:
- Ладно! Стойте здесь под рукой, я куда-нибудь вас приткну. Хотя, должен вам сказать, у меня и без того слишком много дела, чтобы возиться с любителями. Подвернетесь под руку, ваше счастье. Не подвернетесь - не моя вина!
К Небворту подошел высокий молодой человек с поэтически откинутыми назад кудрями. Он только что поговорил с Аделью и, удивленно подняв подкрашенные брови, смотрел на Майкла.
- Откуда этот тип, мистер Небворт? - спросил он намеренно громко, засовывая руки в карманы.
- Какой тип? - удивился режиссер. - Мистер Бриксен? Он участвует в фигурации.
- Фигурант? - усмехнулся молодой человек поэтической внешности. Удивительно, как пролезают всюду эти фигуранты. Эта девочка Лимингтон сказала мне такое, что, ей-богу, я ушам не поверил!
- Вот как! - сердито усмехнулся Небворт. - Слушайте, мистер Конноли, я восхищен вашей работой далеко не в такой степени, чтобы позволить вам критиковать мои распоряжения. Я здесь хозяин, а не вы! Я ставлю фильм, а ваше дело вертеться перед камерой. Нужно, чтобы каждый помнил свое место.
- Никогда в жизни я не имел партнершей в фильме простую фигурантку!
- А вот теперь будете иметь, - проворчал Небворт, возясь с камерой.
- Мендоза, что бы о ней ни говорили, артистка... - продолжал возмущенный первый любовник.
Небворт не выдержал.
- Убирайтесь ко всем чертям, слышите? Когда мне понадобится мнение красивых молодых людей, я пошлю за вами. Тем временем сообщаю вам, что вы здесь лишний, другими словами, не занимайте места.
Красавец Конноли пожал плечами с таким выражением, что не только фильм теперь погиб, но что он, Конноли, снимает с себя за это всякую ответственность.
На крыльце стоял сэр Грегори Пени и смотрел на суетившихся людей. Это был коренастый человек, загоревший под солнцем Борнео до того, что кожа его приняла прочный медно-красный цвет. На лице темнели бесчисленные морщины, глаза смотрели из узких припухших щелок. Круглый, женский, подбородок свидетельствовал о вероломном и неустойчивом характере.
Майкл внимательно осмотрел его, проходя мимо. Вынув из зубов сигару, хозяин замка быстрым движением поправил усы и крикнул:
- Добрый день, Небворт!
Голос его был резок и жесток. Можно было подумать, что его никогда не смягчали ни смех, ни ласка.
- Добрый день, сэр Грегори, - ответил Небворт, подходя к крыльцу. Простите, что я приехал с опозданием.
- Пустяки, - успокоил его Пенн. - Правда, я думал, что вы приедете раньше, и напрасно ждал. Привезли мою девочку?
- Вашу девочку? - переспросил его Небворт с откровенным удивлением. Вы хотите сказать - Мендозу? Нет, она не приехала.
- Я говорю не о Мендозе, а о другой, такой черненькой! Не сердитесь, я пошутил.
"Кто может быть эта девочка?" - подумал в недоумении Джек, ничего не слышавший о двух драматических встречах хорошенькой фигурантки с баронетом на прошлых съемках. Загадка, впрочем, скоро разъяснилась, так как баронет сошел с крыльца и направился к Адели Лимингтон, стоявшей под деревом и перечитывавшей сценарий.
- Добрый день, славная барышня, - произнес он, слегка приподымая шляпу.
- Добрый день, сэр Грегори, - ответила Адель холодно.
- Вы не держите своих обещаний, - сказал он с упреком и укоризненно покачал головой. - Ах, женщины, женщины!
- Я не помню, чтобы давала обещания, - спокойно возразила девушка. - Вы просили меня пообедать с вами, но я вам тогда же сказала, что это невозможно.
- А я посылал за вами автомобиль. Ну, не сердитесь, не сердитесь...
Майкл видел, как сэр Грегори коснулся руки девушки якобы отеческим жестом, заставившим Адель содрогнуться от отвращения.
Она вырвала руку и, повернувшись к баронету спиной, побежала к Небворту уточнить смысл простой и вполне понятной фразы в сценарии.
Старый Джек не был глуп. Он взял из рук девушки сценарий, терпеливо объяснил все, что не нуждалось в объяснениях, и, взглянув поверх страницы на девушку, твердо решил про себя, что делает съемку в Грифф-Тауэрсе в последний раз.
Джек Небворт был строгого поведения... Его взгляд на женщину был прямо противоположен взглядам сэра Грегори Пенна.
Глава 6.
МЕЧИ И БАГ
Компания, участвовавшая в съемке, передвинулась в сторону, оставив Майкла наедине с баронетом. С минуту сэр Грегори Пени смотрел вслед уходившей девушке, и глаза его замаслились. Вспомнив вдруг о присутствии Майкла, он, спохватившись, обернулся и холодно спросил:
- Кто вы такой?
- Я фигурант, - объяснил Майкл.
- Фигурант? Это вроде статиста или маленького актера? Красите брови, пудрите лицо и тому подобное? Какая ужасная жизнь для мужчины!
- Бывает хуже, - возразил Майкл, сдерживая отвращение к собеседнику.
- Вы знаете эту барышню... как ее, Лимингтон? - спросил вдруг баронет.
- Я знаю ее очень хорошо, - соврал сыщик.
- Ах, конечно, вы знаете ее, - оживился хозяин Грифф-Тауэрса. - Очень славная девочка. Совершенно не похожа на обыкновенную артисточку. Вы можете привести ее сегодня обедать? Она пойдет с вами, как вы думаете?
Странный блеск в глазах сэра Грегори свидетельствовал, что этот человек, несомненно, был нездоров. Майкл с интересом изучал тучную, неуклюжую фигуру. Это было примитивное животное, снабженное мозгами. Кроме мозгов, он, вероятно, обладал еще чем-то, так как иначе вряд ли получил бы правительственное назначение в колонии.
- Вы не снимаетесь? Если вы свободны, пойдемте, я вам покажу мою коллекцию мечей, - предложил баронет.
Майкл понял, что хозяин замка желает завязать с ним дружбу, чтобы приблизиться к Адели.
- Нет, я не снимаюсь, - ответил он.
Приглашение доставило ему искреннее удовольствие. Еще по дороге в замок он решил, что не покинет Грифф-Тауэрса, не осмотрев коллекции.
- Да, да... удивительно симпатичная девочка! - бормотал баронет, ведя Майкла к крыльцу. - Совершенно непохожа на обыкновенных артисток. Молоденькая, наивная, невинное дитя! Ах, эти ваши ученые женщины приводят меня в ужас. Терпеть не могу! Женщина должна быть как... как цветок весной. Дайте мне скромный подснежник или фиалку, и я отдам вам за них целый розовый куст. Ха-ха-ха!
Майкл слушал, воздерживаясь от замечаний. Голос толстяка звучал так отвратительно, что он крепко сжимал кулаки в карманах, подавляя в себе желание отхлестать его медно-красные пухлые щеки.
Баронет, шутя и посмеиваясь, ввел гостя в широкую прихожую и отворил дверь в громадный кабинет. Майкл увидел знаменитые мечи.
Их были сотни - кинжалы, стилеты, сабли, ятаганы, обоюдоострые мечи рыцарей-крестоносцев.
- Ну, как вам нравится? - спросил сэр Грегори с гордостью коллекционера. - Все это редчайшие вещи, мой мальчик, и нигде в мире вы не найдете копии. Но это все пустяки! Вот смотрите...
Он подвел Майкла к стене, уставленной полками с книгами, и снял с бронзовой подставки два больших меча.