Тариф "Королевский" (СИ)

«Дал бы тебе за одни только руки!»
«Да ты фетишист. Ну, а ты весь хорош. Любишь римминг? Я бы тебя вылизал так, что ты бы своё имя забыл».
Джек пару раз приложился головой о стеклянную дверь душевой кабинки. Что вообще происходит? Он дрочит в ванной комнате своего кабинета в зале Совета на мужика, которого видел-то один раз, да и то не помнит из-за контузии. И не только дрочит — Джек бы с удовольствием подставился подо всё сразу, что тот расписывает.
Когда немного попустило, Джек скопировал последние сообщения и, припрятав их подальше в личное облако, чтобы было на что дрочить, на всякий случай почистил историю.
«А папочка дяденьке голову не откусит, если узнает о таких предложениях?»
И сразу вдогонку: «Хочешь? Приезжай!»
«Откусит, но ты того стоишь. Приглашение? Приму. А ты к нам не хочешь?»
«Страна на военном положении, никто не отпустит командира разведподразделения на каникулы ради потрахаться. Так что лучше уж вы к нам))»
«Мы с твоим отцом идём комплектом. У вас есть пляжи?»
«Предостаточно. Приезжайте. Как раз только начался туристический сезон».
Джек закурил прямо там, сидя на унитазе, не одеваясь, зажав телефон в ладони. Он понимал, что трещина в его жизни всё ширилась, но не был уверен, что так уж и против всех этих изменений. Ему было интересно поговорить с отцом, увидеть Брока.
«Приедем. Барнс».
— Краткость — сестра таланта, — хмыкнул Джек, поднимаясь.
«В страну на военном положении пустят пару стрёмных чуваков с фальшивыми документами? Или нам лучше въехать нелегально? Брок».
«Кроме Совета и особо приближённых, никто не в курсе настоящего положения дел. Страна живёт и не знает ни о чём. Границы открыты для туристов, а вот подданные Его величества покинуть королевство могут, только получив его личную подпись. И со въездом помочь я могу. Назначьте дату, и я вам скажу, что, куда и как».
«Учту. Завтра мы улетаем по делам. Вернёмся — напишу. Несколько дней будем без связи, прости».
«Принято. И удачи».
Джек сжал телефон в ладони.
Если выгорит, если ничего не случится, он познакомится с отцом. Но это не главное — он наконец нормально познакомится с Броком, с человеком, пустившим по пизде все его наработки, подкосившим его уверенность в собственных действиях настолько, что Джек растерялся окончательно. Вот, правда, была одна странность — все эти перемены Джека вполне устраивали.
========== 7. ==========
«Твой сын — полная оторва», — не сказал Брок Барнсу.
«Я на него обдрочился», — об этом Брок, разумеется, тоже промолчал.
«Хорош, стервец, весь в папу», — такое тоже говорить не стоило.
— Он все-таки хочет корону, — вот это Брок озвучил. — В Гильбоа есть пляжи. Или ты хочешь в Мексику?
— Значит, будет у него корона, а у нас — собственный дикий пляж на задворках его королевства. Сколько нам надо для тихого переворота? Недели полторы? — пожал плечами Барнс, передёрнув затвор винтовки, и приник к окуляру снайперского прицела, подкручивая верньеры. — А что это тебя так заинтересовал мой сын, командир? — Барнс скосил взгляд, перекатывая леденец на палочке из одного уголка губ в другой.
— Ему, похоже, больше и поговорить откровенно не с кем, — объяснил Брок. — А парень стоящий. Я бы его погонял. А то сопьется.
— Ну-ну, — усмехнулся Барнс. — Вернёмся — с тебя номер Роджерса, и поедем знакомиться с сыном, дядюшка Брок.
Барнс прицельно выплюнул палочку от чупа-чупса в мусорное ведро, стоящее у двери их маленького номера для новобрачных, и развернул следующую конфету, теперь со вкусом кока-колы. Сам он сыну толком ничего не написал. Первой смс-кой представился, второй подтвердил, что они действительно приедут. Да и что спрашивать, узнавать? Жизнь очередного человека, который по определению должен быть ему дорог, прошла для него самого совершенно незаметно. Ребёнок, о существовании которого он и не догадывался, вырос и сформировался без какого-либо участия с его стороны, и винить Джека за какие-то пристрастия было бы неправильным.
— Напиши ему, как вернёмся, — посоветовал Брок. — А то Джек решит, что тебе на него наплевать. Или ты с современными гаджетами на «вы»? Не верю.
 
— Я писал, и я не ты, не вижу смысла сутками строчить сообщения, как влюблённая старшеклассница, и тем более навязываться. Он мальчик взрослый. — Барнс неспешно разложил на широкой двуспальной кровати свой тактический костюм, проверяя состояние ремешков и креплений.
— Он взрослый мальчик, с которым отчим всю его жизнь обращается как с дерьмом, которое к подошве прилипло. Дай ему хоть понять, что ты на его стороне, — посоветовал Брок.
Насчет влюблённой старшеклассницы было обидно. А ещё непонятно, откуда это Барнс знает о современных влюбленных старшеклассницах. Ситкомов насмотрелся, что ли?
— Я поразмыслю над этим, — после недолгих раздумий согласился Барнс, убрав костюм в шкаф. — У нас восемь часов до назначенного времени, и если мистер Рамирес не изменит своим привычкам и пожалует ужинать к Росарио Толедо, то освободимся мы даже раньше, чем планировали. — Развернув очередной леденец, на этот раз оказавшийся явно яблочным и вырвиглазно-зелёным, Барнс скривился и протянул конфету Броку. — Купим Джеку хорошей текилы.
— Чупа-чупсы — смерть зубам, — сказал Брок, но леденец взял. — Виноградный. Мы в Чили, тут вино ничего, а за текилой надо в Мексику.
— Виноград?
Барнс расправил фантик от леденца, повертел его в руках и, смяв, швырнул в мусор.
— Значит, купим писко.
Вытянувшись на постели, Барнс подхватил пульт. Сериалы ему немного поднадоели, но сбор информации о современных реалиях был ещё не завершён. Потому, пощёлкав по кнопкам, он остановил свой выбор на глуповатой комедии на местном молодёжном телеканале.
Но мысли Барнса сейчас были далеко. Он так и эдак вертел ситуацию со Стивом и не знал, как безболезненнее преподнести тому: да, он жив и даже готов как-то с ним контактировать, но на радостное «Баки» сразу даст в морду, закончив так и не начатый диалог.
Какой, к дьяволу, Баки?
Это Роджерс проспал на льдине семьдесят лет, а Барнс разгребал своими руками чужое дерьмо, хлебая его полной ложкой.
Броку так и хотелось достать телефон и проверить входящие, но он удерживал себя. Блин, точно — влюбленная старшеклассница!
Ему было немного любопытно, кто заказал Рамиреса, но так, без фанатизма. В конце концов, это не имело значения. О заказчике в Гильбоа Брок узнал случайно, от Джека. Оказывается, это королева позаботилась о сыне. Хоть кто-то в Гильбоа беспокоится о Джеке.
Барнс толкнул Брока в плечо, протянул руку ладонью вверх.
— Дай телефон, хочу понять сына, почитаю, что вы обсуждаете.
У Брока сердце ухнуло в желудок, но тут он вспомнил, что стер всю компрометирующую переписку. Он достал телефон и вручил Барнсу.
Потому и стер, что ждал такого требования.
Пробежавшись взглядом по сообщениям, Барнс поднял взгляд.
— Ты ведь осознаёшь, что я тебе голову сверну, если вдруг что? — уточнил он, сканируя Брока тяжёлым взглядом, понимая, что от переписки осталась лишь часть: слишком большие были перерывы между сообщениями, хотя Барнс прекрасно помнил чуть ли не поминутно время, когда командир не отлипал от телефона. — Хочу эмпанаду, — тут же переключился он.
— Сейчас принесу. — Брок забрал телефон. — Джек взрослый мальчик, ты сам сказал.
— Не хочу, чтобы он вляпался в нашу жизнь, командир, — беспечнее обычного ответил Барнс, снова растянувшись на постели, раскинул руки, краем глаза разглядывая массивную фигуру Брока, мысленно представляя рядом с ним Джека. Что-то в этом было.
А ведь и правда, не стой на Джеке клеймо «сын Джеймса Барнса», он бы даже не подумал одёргивать командира, наоборот, порадовался бы его интересу хоть к кому-то; но клеймо-то уже было на месте, и противный голосок где-то внутри напоминал, в каком дерьме они только не вывалялись за долгие годы совместной работы.
Но, опять-таки, Джек — взрослый мальчик.