Горький вкус Солнца (СИ)

— Заставишь посуду мыть?
— И не только. Если он хочет остаться — должен будет принять мои условия. Я ему дом, а он мне помогает в моем. И не свиничает.
— Хорошая идея, — я склонилась и, приподняв, подол, поправила завязки туфли. — А животные? Котов, псов держите? Конечно, помимо дворовых зверей.
— В доме кроме меня и мелкого никого нет. Домашние коты мне ни к чему, мышей отлично ловят маркалы.
— Дикие коты! Они похожи на рысей?
— Немного. Скорее на обычных кошек, только очень пушистых и с большими носами.
— А белки? Они живут в специальных дуплах? Кстати, Розовые березы прекрасны. Наверное, они хороши для гнезд и прочих звериных жилищ. Рощи, нет заросли берез!
— Ты откуда про них знаешь?
Я подняла глаза: Марк стоял, скрестив руки, и пристально на меня глядел.
— Дэр рассказывал, и я во сне туда иногда летаю.
— Это священные рощи.
— Нельзя?
Марк фыркнул.
— Почему же. Просто место не всякую душу пропустит.
— Это хорошо? — тихо спросила я, убирая пряди за уши. Сегодня не было ни кос, ни хвостов.
Марк вздохнул, и принялся настойчиво изучать меня с головы до пят. Была бы на моем месте дама воспитанная и избалованная вниманием — возмутилась бы, отругала неучтивого кавалера, сказав, что так смотрят только на полотна модных живописцев. Но мне нравилось чувствовать его взор, было приятно быть объектом пристального внимания, разве что смущалась я больше обычного.
— Да, — наконец сказал он. — Хорошо.
Я прикусила губы.
— Хочешь, поиграем в одну интересную игру?
Снова меня понесло как пьяницу после десятой рюмки. Марк поднял брови.
— Ладно, давай.
Согласился! Я не верила своему счастью.
— Конь пойдет следом, если ты не будешь его звать?
— Конечно.
— Тогда закрой глаза, пожалуйста.
Он нахмурился, но выполнил просьбу. Я решительно коснулась его руки, но Марк не вздрогнул. Боже, как приятно было ощутить его тепло, но ещё приятней почувствовать ответное пожатие!
— Ты должен расслабиться и не открывать глаз. Я буду тебя вести. Если скажу пригнуться — ты пригибаешься, скажу перешагнуть — перешагнешь. Хорошо?
— Понял. Задача простая.
Я удивилась. Довериться едва знакомому человеку, куда бы он тебя ни вел, выполнять приказы в точности — это было отнюдь не легко. По крайней мере, для меня.
У нас с братьями был любимый для этой игры маршрут — через лес, развалины старого грозового дома и на самый верх холма к обрыву. Когда были маленькими, мы называли это место краем света.
Я потянула Марка, и он легко зашагал по траве, а следом двинулся конь.
— Красивый конь. В Западном королевстве масть называют «восковой». Как его зовут? — спросила я.
— Роджер.
Я рассмеялась.
— Хорошее имя. Подними ногу и сделай широкий шаг.
Он послушно шагнул через бревнышко, но зацепился носком, и я обхватила качнувшееся тело второй рукой.
— Габриэль, если ты меня угробишь, никакого единства кланов не будет, — напомнил мужчина.
— Не бойся. Я водила и Дэра, и Бэйта. Мы ещё не дошли ни до чего сколько-нибудь интересного. Это всего лишь упавшее деревце.
— Предполагаю, маршрут будет сложным.
— Да, но я не дам тебе упасть.
И мы пошли дальше, успешно миновали рощу и заросли шиповника, а потом оказались возле здания. Я завела Марка внутрь, и конь пошел кругом. Умное животное!
— Весь интерес в том, чтобы потом мы вернулись обратно той же дорогой, и ты увидел, где шел.
— Всё так страшно?
— Сдвинься чуть влево… Ой, нет, так слишком! — я вцепилась в него — мы стояли перед дырой в полу. — Осторожно назад. Медленно. Теперь направо и вперед. Пойдем другой дорогой.
— Жутковато, — усмехнулся Марк.
— По тебе непонятно, — сказала я.
— Неужели Дэр хотя бы раз куда-то рухнул?
— Ни разу, — довольно сказала я. — Но меня они дважды уронили. Впереди лестница. Раз ступень, два, три…
Мы поднялись на крышу и, пройдя по рухнувшим стропилам, спустились вниз. Было волнительно каждый раз, когда я кого-то здесь вела, но в том и состояла игра — ощутить ответственность за дорогого человека и чувствовать его тело как свое.
 
— Мы в Грозовом доме? — спросил Марк.
— Это древние развалины прежнего нашего жилища. Много веков назад страшный шторм уничтожил его, и дом построили заново — в другом месте. Вообще-то считается, что сюда нельзя лазать, но мы в детстве часто это делали и до сих пор живы.
— Энергия необычная. Ты говоришь развалины, но я чувствую живые токи.
— Здесь теперь живет зелень и мхи, а ещё у нас над головами дымки теней витают.
— Хм. Понятно. И всё-таки это не совсем то, что я подразумеваю… Габриэль!
Я не уследила, и он споткнулся о порог, врезавшись в меня сзади.
— Прости, я задумалась.
— Тебе не больно?
Я обернулась и отметила, что Марк не открыл глаза.
— Нет. Мы почти выбрались. Теперь прижмись спиной и медленно двигайся вдоль.
Я на всякий случай положила ладонь ему на грудь, сосредоточенно ведя следом, и Марк скользящим шагом миновал опасное место.
А потом мы прошагали мимо садовых зарослей и долго топали вверх, к обрыву. Я остановила Солнечного на самом краю и тихонько погладила по руке.
— Можешь открывать глаза.
Марк медленно поднял веки и улыбнулся. Впереди маячили горы, по низу долины стелился густой туман, кутавший синие ели. Стоило нам обоим сделать пару шагов — и погибли бы, разбились в лепешку. Я улыбнулась и шагнула чуть в сторону от него, чтобы не навязывать свою близость, но мужчина мгновенно перехватил мою руку и притянул поближе к себе.
— Не надо. В случае чего хочу успеть тебя поймать.
— Я не собираюсь прыгать, — сказала я, наслаждаясь жаром его пальцев. — Сейчас мне меньше всего хочется умирать.
Марк тихо вздохнул.
— Здесь красиво. У нас есть похожее место, только там не холмы, а скалы.
— Ты замечал, что когда вот так стоишь, чувствуешь себя птицей? Обычно Дэр подводил меня к самому краю, так, что носки свисали, и держал сзади за плечи… Ох и страшно было! Я как будто падала туда! Ощущение безумное.
Марк развернул меня и мягко подтолкнул к краю.
— Доверяешь мне?
Я задохнулась, осторожно шагнув к границе земли и неба.
— Да…
Он встал позади и обхватил меня руками. Не знаю, чего было больше — ужаса высоты или наслаждения чувствовать любимого. Он обнимал меня. По-настоящему. Не ласкал, не гладил, но держал как держат людей, которые хотя бы что-то значат…
— Страшно?
— Да, — хмыкнула я. — Очень. Но когда братья держали — было страшней.
— Опасная забава, — сказал Марк и неспешно попятился назад, отпустив меня, только когда мы отошли на достаточное расстояние. В последний миг мне показалось, что далеко внизу через рощу идет женщина в зеленом платье, но я не придала этому значения. Мало ли, кто из деревенских погулять пошел? Они тоже отмечали праздник Гроз.
— Вернемся? — предложила я.
Марк кивнул, и мы повернули назад. С высоты были видны темные башни прежнего поместья.
— Вот здесь мы пробирались, — показала я, когда мы встали перед парадным входом.
Увидев провалы меж этажами и торчащие балки, Марк хмыкнул.
— Если бы знал, что топаю через дыры, вел бы себя иначе.
— Как?
— Более напряженно. — Он поглядел на меня. — А ты? Позволишь вести себя?
— Да, — сразу сказала я и закрыла глаза. Но в следующее мгновение распахнула их — Марк, смеясь, подхватил меня на руки. Я поглядела ему в лицо и от удивления открыла рот. Это был другой человек — веселый, умеющий дурачиться, нежный… Он пошел прямо к балкам, и я обхватила его за шею. Впервые я на руках у мужчины, и это приятно до мурашек. — Когда идешь своими ногами, не так страшно… А сейчас я как будто парю.
— Можно вопрос? — Я кивнула, прижимаясь щекой к его груди. — Ты всерьез думаешь, что мы можем стать супругами?
— Да. Если ты захочешь.
— Хм. — Он поудобнее устроил меня на руках и легко перепрыгнул разлом в каменной плите. — Ну а если разочаруешься?