Блиц (ЛП)

Я указала на соседний дом.
— Сюрприз.
— Нет. Ты же там не живешь.
— Эм, живу?
Он покачал головой.
— Я видел, как в прошлом месяце сюда въехала пожилая пара.
— Это, должно быть были родители Стиви. Они купили этот дом для нее в качестве инвестиции. Она была в Европе, ей пришлось расторгнуть договор аренды на дом, который она снимала раньше, поэтому ее родители взяли на себя большую часть переезда.
Другая моя соседка, Лиз, гостила у своих родителей в Огайо и вернулась только вчера вечером. Мы с ней снимали меблированные комнаты. Все, что я привезла с собой из Калифорнии, поместилось в мою машину. Тренер Куинн договорилась для меня об аренде третьей спальни в доме Стиви.
Большинство других девушек жили жилом комплексе, ближе к кампусу. В этом комплексе была одна комната для пары девушек. Но она была свободна потому, что другую девушку исключили из команды и она уехала из УШС.
Тренер Куинн лишила ее стипендии.
И дала ее мне.
В тот момент я не была уверена, что будет большей пыткой. Жить рядом с Тореном, притворяясь, что он никто. Или общаться с девчонками, которые были взбешены тем, что я заняла место их подруги в команде.
— По соседству. — Торен возвел глаза к потолку, как будто должен был догадаться. Как будто он ломал голову, пытаясь понять, где я могу жить, и ни разу не подумал, что это может быть так близко. — Она живет по соседству.
— Да, она живет по соседству. Не волнуйся. Две недели наши пути не пересекались, и я сомневаюсь, что мы будем часто видеться. — Я в последний раз осмотрела подъездную дорожку к дому и улицу, затем вышла на солнечный свет. — Прощай, Торен.
Он поднял руку, чтобы помахать.
— Прощай, Дженнсин.
Вечеринка
Торен
— Тебе не нужно убирать, — сказал я Дженнсин.
— Вдвоем получится быстрее. — Она последовала за мной в дом, нагруженная бутылочками с приправами.
Мне казалось неправильным позволять женщине, с которой я только что познакомился, помогать мне убираться после вечеринки, но, если это означало, что она останется со мной еще ненадолго, я потрачу на это все время, какое только мог.
Кроме того, она, казалось, была настроена помочь. Мы зашли внутрь на несколько минут, и когда она поняла, что основная часть беспорядка была снаружи, первой вышла наружу.
Во дворе было чисто, а все оставшиеся банки были выброшены в мусорное ведро. Также выброшены были и остатки барбекю. Пока она разносила кетчуп, горчицу и приправы, я собрал бумажные тарелки, пластиковые приборы и небольшую стопку салфеток.
— Хочешь пива? — спросил я, надеясь, что она согласится и останется выпить.
Подождите. У меня осталось пиво?
— Я не очень люблю пиво, — сказала она, расставляя бутылки на кухонном столе.
— Нет? Какой твой любимый напиток?
— Вообще-то, я не очень люблю пить. Но я люблю красное вино. Холодную текилу. Иногда крепкий сидр. — Она открыла холодильник и дважды моргнула. — Боже мой.
— Что? — Я обошел стол с того места, где оставил тарелки, и подошел к холодильнику, чтобы встать рядом с Дженнсин, ожидая найти там что-нибудь постороннее.
Может быть, футбольный мяч рядом с галлоном молока. Связку ключей рядом с солеными огурцами. Недоеденный бургер Дэйна, который он пообещал съесть позже, но забыл. Вот только, он выглядел точно так же, как и когда сегодня я доставал картофельный салат для вечеринки. Почти пустой, но полки были чистыми и без каких-либо посторонних предметов.
Дженнсин склонила голову набок, изучая дверцу холодильника.
— Твои соусы распределены по цвету, от светлого к темному.
Ну, черт возьми.
— Пожалуйста, скажи мне, что это было сделано намеренно, — сказала она.
— Это было сделано намеренно. — Я усмехнулся, нисколько не стыдясь, и начал расставлять бутылки с соусами для барбекю. — Знаешь, никто в мире, кто заглядывал в мой холодильник, никогда этого не замечал.
До не Дженнсин.
Если бы я не был заинтригован ею раньше, этого бы хватило. И либо она оценит, что я люблю порядок в холодильнике. Либо бросится к двери.
  
— Держу пари, что твой шкаф выглядит так же. — Она протянула мне бутылку горчицы, чтобы я убрал ее.
— Может быть.
Так оно и было. Мои рубашки были развешаны, начиная с белых слева и заканчивая черными справа.
Если ей повезет — и, если повезет мне, — она сможет сама осмотреть шкаф в моей спальне.
— Мне нравится организованный холодильник. Это помогает мне следить за тем, у чего истек срок годности и чего мне не хватает.
Она прислонилась к стойке, расслабляясь, словно собиралась остаться здесь на некоторое время.
— Мне это нравится.
— Если тебе это нравится, ты должна увидеть холодильник в гараже.
На ее красивых губах заиграла улыбка.
— Показывай дорогу.
Глава 4
Дженнсин
Через открытое окно моей спальни доносилось жужжание газонокосилки.
Не смотри. Не. Смо. Три.
Мне потребовалось приложить все усилия, чтобы остаться сидеть на кровати с книгой на коленях.
Вид за стеклом был захватывающим. Я знала, даже не глядя, что там не будет ничего, кроме голубого неба, летнего солнца и прекрасного городка Мишн, раскинувшегося между горными предгорьями и вечнозелеными лесами.
С тех пор как я переехала в этот дом, я часами стояла у окна, глядя вдаль. Я никогда не жила в таком красивом месте. В последний раз из окна моей квартиры в Калифорнии открывался вид на бежевую обшивку дома моего соседа.
И все же, каким бы расслабляющим ни было созерцание сурового пейзажа Монтаны, оно того не стоило. Только не тогда, когда он был снаружи.
Я закрыла глаза, когда жужжание газонокосилки становилось все громче и громче, подзывая меня к стеклу, чтобы взглянуть. В воздухе витал аромат свежескошенной травы, который едва не заставил меня встать с матраса.
Не. Смотри. Я открыла книгу в мягкой обложке, заставляя себя сосредоточиться на словах.
Я читала, когда начали косить, и встала из любопытства посмотреть, кто там снаружи. Один взгляд на Торена — и я заставила себя оторваться от окна.
Это было восемнадцать минут назад. С тех пор я читала одну и ту же страницу.
Сколько времени ему нужно, чтобы подстричь свой долбаный газон?
— Уф. — Я закрыла книгу в мягкой обложке и отбросила ее в сторону, зарываясь в подушки, чтобы подавить стон.
Станет легче, ведь правда? По прошествии большего времени, недель или месяцев, меня перестанут волновать звуки, доносящиеся из его дома. Мне будет все равно, увижу ли я его грузовик или, если наши пути пересекутся, когда мы будем забирать почту.
Прошлым вечером, после нашего разговора о том, что мы собираемся притвориться, будто-вечеринки-никогда-не-было, и я ушла из его дома, он приготовил ужин на гриле. Ароматы дыма и бургеров проникли в мою комнату. Каждый вдох был пыткой.
Но покос был, пожалуй, еще хуже.
— Почему? — Я ударила кулаком по подушке рядом с головой, затем повернулась и плюхнулась на спину.
Почему Торен? Почему я не могла выбросить его из головы? Почему у него не было другой работы?
Очевидно, переезд в Монтану не улучшил моего отношения к мужчинам.
— Я такая идиотка.
И казалось будто его газонокосилка жужжала: «Даааааа».
Я села и повернулась к окну. Прежде чем смогла себя остановить, я вскочила с кровати и зашагала по плюшевому ковру в своей комнате.
Слабая. Я была такой, такой слабой.
В тот момент, когда я увидела его, мое сердце упало, и я прислонилась к стене.
— Черт возьми.
Когда я заметила его раньше, на нем были черные сетчатые шорты и синяя футболка без рукавов, плотно облегающая его грудь. Его бейсболка «Диких котов» была надета задом наперед.