У судьбы свои причуды (СИ)

План, где поселиться на полгода был продуман заранее. Мне давно хотелось увидеть море. Главный город на побережье ˗ Мюрай, морские ворота страны, через которые везут все морские грузы, город купцов и контрабандистов. Он слишком шумный и опасный для одинокой девушки.
Ближе в границе с Икхайей есть город Актин. Берег здесь мельче и скалистее, из˗за этого большие корабли сюда не заходят. Зато здесь мягче климат, теплее море, поэтому Актин давно превратился в модный город˗курорт. Аристократы пережидают здесь летнюю жару и зимние морозы, дышат целебным морским воздухом, гуляют по набережной, устраивают званые вечера и домашние концерты. Здесь я не привлеку внимания и могу не переживать за безопасность, за порядком в Актине следят строго.
Немного не доезжая до города, я сделала остановку, чтобы в очередной раз сменить образ. Здесь мне жить четыре˗пять месяцев, и лучше это делать в более привычном женском облике, но и баронессу Ратив не должны узнать.
Карманное зеркальце отразило мой настоящий облик. Первым делом сделала волосы светлее. Я очень люблю свои локоны цвета темного шоколада, редкого лакомства, которое можно купить только в столице, но сейчас мне требуется что˗то менее заметное. Ничто так не меняет женщину, как цвет волос. Большинство мужчин, описывая женщину, скажет только светлые или темные у нее волосы, ну и размер груди. Женщины назовут побольше примет, но цвет волос все равно пойдет первым пунктом.
Теперь лицо. В свои двадцать из˗за наличия магии я выгляжу лет на шестнадцать-семнадцать, делаю лицо немного старше, чуть круглее, задорный курносый носик, добавляю на него россыпь веснушек и вот уже я, совсем не я, вроде и похожа, но совсем другой человек. Можно ехать дальше, не опасаясь встретить знакомых. Вот только глаза остались прежние, серо-зеленые, менять их цвет, почему˗то не получается, верно говорила Мердаг: «Глаза отражают суть человека».
В Актин я влюбилась с первого взгляда на домики из белого камня, с первого вдоха, наполненного запахом хвои и водорослей, с солоноватого вкуса на губах, оставленного порывом ветра, и это я еще не видела само море.
На поиски квартиры ушло четыре дня. После завтрака я отправлялась гулять по городу, первым делом ноги несли меня на набережную, к морю. Мне кажется, я могла бы часами смотреть, как волны накатывают на берег, обрушиваются на камни, разлетаясь брызгами, и с тихим шуршанием уползают обратно, чтобы через мгновение обрушиться на берег вновь.
Море каждый день было разным, то свинцово˗серым, сливающимся на горизонте с тучами, то вдруг начинало играть бирюзой под лучом выглянувшего солнца, но наливалось синевой. Но долго стоять на берегу не позволял ветер. Зима, более мягкая в этих краях, тем не менее, давала о себе знать холодными ветрами, часто приносящими с собой шторма. Тогда море вспухало, волны начинали перехлестывать через парапет, стремясь добраться до жалких людишек, посмевших построить здесь свои дома. Но ветер стихал, и море, еще поволновавшись, снова становилось спокойным и ленивым.
Налюбовавшись и продрогнув, я уходила вглубь города, высматривая объявления о сдаче домов. Мне приглянулся домик на тихой улочке недалеко от центра. Двухэтажный дом с лужайкой у входа, в нем четыре квартирки, каждая состоит из двух комнат: спальни и небольшой гостиной, хозяйка живет в отдельном крыле, цена вполне приемлемая. Не понравилась только хозяйка, чопорная пожилая дама с колючим взглядом. Пока я осматривала квартиру, она не уставала твердить, что не допустит разврата в своем доме. Я уже собиралась развернуться и уйти, как она внезапно сменила гнев на милость и, нацепив приторную улыбку, начала расхваливать жилье. В результате я решила рискнуть и сняла квартирку, оплатив для начала один месяц.
Вещи перевезла в тот же день. Серого устроила в конюшни на окраине города. Там ему обеспечат уход, а я смогу брать его, когда захочу съездить на прогулку. В этот же день познакомилась со своей единственной соседкой, точнее она сама постучалась в мою дверь:
 
˗ Привет, я Лана, твоя соседка. Ты только приехала в Актин? А я тут уже почти год живу, помощницей модистки работаю, все знаю, могу и тебе показать. Городок ничего так. Я раньше в совсем маленьком жила, там совсем скука была, а тут ничего так. Летом, конечно, повеселее будет, но и зимой есть, чем заняться… ˗ тарахтела девушка на пороге, ошеломив меня своим натиском.
Соседке на вид было года двадцать три – двадцать четыре, круглолицая, с кудрявыми темными волосами, собранными в небрежный пучок, она ни минуты не могла спокойно усидеть на месте. При более близком знакомстве Лана оказалась приятной девушкой, несколько навязчивой и бесцеремонной, но это компенсировалось легким веселым нравом, на нее трудно было сердиться всерьез.
Лана мне объяснила, что у хозяйки пунктик, она мечтает сдавать квартиры исключительно пожилым холостякам, считая их идеальными арендаторами. Одиноких молодых мужчин она боится, всех молодых женщин подозревает в разврате, а семейные пары считает слишком утомительными, или просто завидует. Но так как зима не лучший сезон для курорта, приходиться поступаться принципами и сдавать комнаты «кому ни попадя».
На этот раз всем любопытным я рассказывала, что в начале осени тяжело болела, и доктор посоветовал отправить меня к морю. Семья моя не слишком богатая, но и не бедная, деньги на поездку нашли. Вот и гуляю, дышу целебным морским воздухом, а что одна приехала, так жениха жду, он у меня моряк, вот придет из рейса и ко мне приедет. Излишне легкомысленной Лане, пришлось разъяснить, что жених у меня, хотя и младший сын младшего сына, но все же аристократ, поэтому я собираюсь его дожидаться, а не бегать с ней по городу в поисках кавалеров.
Еще пришлось обновить гардероб. Пара платьев "Мары", что я захватила с собой при отъезде, сгодились на первое время, но для постоянной носки заказала новые, подороже и поэлегантнее.
Жизнь постепенно входила в размеренную колею. Днем я ходила гулять. Чаще всего шла на набережную, если надоедало смотреть на волны, то можно было понаблюдать за другими гуляющими. Я нашла скамейку, с которой удобно разглядывать прохожих и их наряды, оставаясь практически незаметной. После полудня город заполнялся пожилыми матронами в сопровождении скучающих мужей и скромно одетых компаньонок. Дам с дочерями практически не было, в столице самый разгар сезона балов, все незамужние девы там.
Лана показала мне маленькую таверну, где подавали вкуснейшие пирожные, там можно было перекусить, выпить горячего чая и согреться.
Когда пешие прогулки надоедали, я брала Серого и каталась по окрестным лугам, выезжая к обрывистому берегу моря, главное, чтобы не было дождя.
В дождливую погоду читала книги, купленные в единственной книжной лавке. Выбор там был небогатый, но и я не исторические трактаты выбирала.
По вечерам ко мне частенько заходила Лана, поболтать и выпить чаю с печеньем. Она вываливала на меня ворох свежих сплетен, кто новенький приехал в город, кто уехал, кто из отдыхающих устраивает званый вечер. Работники модных мастерских всегда в гуще светской жизни. Иногда, когда у нее был выходной, мы шли гулять вместе. Сидя на моей любимой скамейке, Лана знакомила меня с проходящими. Выглядело это примерно так:
˗ А видишь вон ту даму в сиреневом платье? Нет, не ту, что в коричневом пальто, и не в черной шали, а у которой в руках сумочка с атласными цветами. Так вот, это платье мы ей шили на той неделе, она та˗а˗акое рассказала!..
После новогодия народу в городе прибавилось. Стали съезжаться дамы помоложе, за ними подтянулись кавалеры, наблюдения и сплетни стали интереснее и насыщеннее. Ходили слухи, что скоро приедет знаменитая певица и, кроме выступлений в салонах, даст концерт в ратуше, куда сможет купить билет любой желающий. Я заказала себе выходное платье, не на концерт, так еще куда схожу.
Как˗то в конце недели Лана зашла ко мне ближе к вечеру и позвала гулять:
˗ Хватит сидеть в четырех стенах! Пойдем, развеемся, а то скоро плесенью начнешь покрываться, как наша хозяйка.