Первый поход (СИ)

— Да, господин, — продолжал валяться на палубе Куй. — Я лишь сообщу о переменах капитану великого мэнсона.
— Первостепенно сообщи, — кивнул генерал Ли. Подождал немного, нетерпеливо глядя на скукоженного матроса, и, наконец, прикрикнул. — Немедля!
Белого Куя как ветром сдуло.
— А мы, О, идем к краю. Смотреть. Стой по спине, гляди в… палубу, и говори тихо. Ясно.
— Да, мой господин!
Что ж тут непонятного: стой сзади и не отсвечивай. Он же слуга для «крошечных» поручений. Так все и должны думать. Вот только…
— Дозволь сказать, сиятельный! Твоя свита… Она до сей поры стоит на кормовом возвышении и не получала иных приказаний. Это не… необычно.
— Верно.
Генерал повернулся и уставился на пяток разодетых низкоранговых чиновников и слуг, что обихаживали прославленного военачальника. Смотрел и явно никого не узнавал.
— Подскажи, как зовут старшего из них.
— Ким Нгуен, мой господин…
— Эй, Ким! — зычно крикнул командующий, вызвав переполох почти по всему кораблю.
— Сиятельный… — скривившись, зашептал Гванук. — Только на нашем мэнсоне больше десятка Кимов. Вы всех хотите позвать? Попробуйте полное имя.
— Ким Нгуен! У меня!
— Ко мне…
— Ко мне! — голос генерала стал раздраженным, Гванук с ужасом понял, это раздражение относится к нему — и стих.
Маленький округлый Нгуен колесиком подкатился к своему хозяину и изогнулся в угодливой позе.
— Надо взять всех… этих, — Ли Чжонму обтекаемо обвел рукой свиту. — И следовать… в покои.
Повисла пауза. Наконец, генерал выдавил из себя:
— Уборка.
— Уборка? — изумился Нгуен.
— Уборка! — уже рявкнул раздраженный сверх меры командующий, и перепуганное «колесико» тут же умчалось исполнять.
— Фуф, наконец-то… — выдохнул старый генерал и пошел к борту.
Всё море, чуть ли не до горизонта было покрыто судами великого флота Чосон. Первые начали выходить из Кодже еще с рассветом; сейчас все двести с чем-то кораблей уже покачивались на волнах. Ветер был плох, но берег удалился не меньше, чем на три десятка ли. Кто-то ушел еще дальше в открытое море, а кто-то продолжал сливаться с серыми скалами острова Кодже. Неспокойная волна и морское течение, который в этих краях настойчиво катится с юга на север, прямо в чосонский берег — раскидали корабли и влево, и вправо. От того их казалось еще больше.
Гванук невольно залюбовался величием флота. И тут же вздрогнул — настолько неожиданный звук издал его новый господин. Старый генерал свистнул. Свистнул! Протяжно и как-то разочарованно.
— Тараканьи бега — непонятно и горестно сказал он в никуда. — И это тот великий флот, О, что ты нахваление?
Слуга не решился подтвердить — уж больно тосклив был голос командующего. По счастью, тот и не ждал ответа.
— Разочарование. Где строение? Где упорядоченность? И что за суда⁈ Посмотрение: вон те крепки! Борта высоки! Многовесельность!
— Да-да! — обрадовался Гванук. — Это паноксоны… Гроза пиратов!
— Их пять! — чуть не выкрикнул генерал. — Ничтожное пять…
— О нет, их больше… Должно быть больше! Просто не видно…
— Вот что видно, — Ли Чжонму обвел рукой море. — Малышки судёнышки. Вон те, вроде нашего, но менее. Сильно менее. Раз в пару! А вон! Вон зрение давай! Такие в море пускать нельзя! Запрет! Счет людей в ней? Сколько? Десять? Пятнадцать? Сотня лодочек — это не великий флот… И как их… качает на низшей волне. У них дно… плоское?
«А какое еще может быть дно?» — набычился Гванук. Его сильно расстроили злые слова генерала… Как будто, он видел корабли получше! Ну, разве что в Великой Мин… По счастью, в спор с безумным генералом вступать не пришлось — справа послышались шаги.
— Это Ри Чинъён — капитан нашего мэнсона, — успел шепнуть О и отошел на почтительное расстояние.
Лысый круглолицый капитан с тяжелыми мешками под глазами неспешно подошел и так же медленно поклонился. Он, конечно, чтил командующего… Но любой капитан на своем корабле чувствует главным себя.
— Мне сообщили, что командующий Ли пожелал забрать себе в свиту корабельного служку? — генерал кивнул. — Рад оказать сиятельному столь малую услугу…
 
— И я рад, что ты, Ри Чинъён рядом меня, — серьезно кивнул командующий. — Нуждаюсь в совете опытного… мореходства.
— Всё, что в моих силах, — капитан приложил руки к груди.
— Время, когда мы прибудем к Цусиме. Когда?
— Если ветер не станет хуже, то, надеюсь, к завтрашнему вечеру, сиятельный Ли. Но в море трудно что-то наперед знать…
Они оба многозначительно покивали.
— Корабли, — генерал неопределенно пошевелил рукой в воздухе. — Они такие… разноразмерные.
— Воистину глубокое замечание!
Слуга напрягся: старый генерал говорил слишком очевидные вещи. Но кажется просоленный морем Ри не заметил подвоха. Просто мореход, почти не скрывая, глумился над сухопутным воякой.
— Когда мыслишь число, — продолжал Ли Чжонму. — Двести кораблей…
— Двести двадцать семь, — ненавязчиво поправил капитан.
— Тем более! — неизвестно чему обрадовался старик. — Кажется, какая мощность. А присмотришься — лодочки.
— Как верно! — продолжал издеваться желчный Ри.
— Капитан, ты не сведущий в том, чем наполнен флот?
— В общих чертах, — скромно потупился моряк. — Больших мэнсонов около тридцати… Конечно, не таких больших, как мой. Средних и малых — еще полсотни. Хороши паноксоны и геомсоны. Много весел, паруса, хороший ход. Паноксоны покрупнее, геомсоны защищены шипами и ножами. Первых, кажется, пятнадцать. А вторых точно знаю — одиннадцать. Есть три «черепахи»…
— Черепахи?
— Моряки их так прозвали. У этих кораблей часть палубы укрыта укрепленной крышей. Редкие суда. Кажется, они впервые идут на войну. А остальное… лодочки, как изволил заметить сиятельный.
— Мы идем… избыточно разобщенно, как ты можешь думать?
— Избыточно, командующий, — вздохнул капитан и, кажется, искренне. — А что поделать?
— Нужно построение и порядок. Разбить суда на группы. В каждой группе… старшинство. Флагман. Он и защита, и… руководство. Все идут за ним, все знают свое место. А флагман знает направление и цель. Флагман следит, чтобы порядок держался. Шлет… указания. А еще нужна группа… лучших судов. Ударный кулак…
Ри Чинъён свел руки на груди и нахмурился. Слова старого генерала явно были для него странны. Но он уже не глумился. Совсем.
— Ри, ты имеешь руководство всем флотом или только этим судном?
— Только этим, — теперь капитан наоборот выпучил глаза.
— А кто же главенствует флотом?
— Ты, сиятельный!
Опасно! Даже безумный генерал уже понял, что ляпнул лишнего.
— Каждый командующий трех армий руководит своими кораблями, где их воины, — Чиньён медленно разжевывал Ли Чжонму самое очевидное. — И всеми корабли подчиняются тебе, сиятельный.
— Да, разумеется, — смутился старый генерал. — Мне. Кому же еще… Мысль… посетила. Тут, по морю. Неразумно это. Я — генерал пехоты, конницы. Корабли далеки от меня. Надо, чтобы в море главенство держал морской генерал. Чтобы корабли слушались единое начало. И не разбредались… Какова мысль, капитан? Ты дай оценку?
Чинъён растерялся.
— Я… даже не знаю…
— Ты бы хотел быть генералом флота? Смог бы? — Ли Чжонму впился глазами в опешившего моряка.
«Надо же как всё изменилось, — дивился в сторонке Гванук. — Генерал, будто, рыбак: водил, водил удилищем — и вдруг подсёк!».
— Можно думать и не спешить, капитан, — улыбнулся Ли. — А пока я… испытываю намерение провести совет с командирами.
— Что? — снова изумился капитан. — Сейчас⁈ Мы же только отплыли сегодня!
— Большая жалость, — пожал плечами старик. — Но выросли вопросы. Надобность обсуждения велика. Для победы.
— Да как я их созову-то⁈ — Ри Чинъён был на грани взрыва.
— А как всегда зовете?
— Дуем в трубы, кричим — до кого можно докричаться.
— Вот и сейчас так.
— Да все же разбрелись на многие ли!
— Надо. Решить. Вопрос, — чеканя каждое слово, ответил генерал. — Старайся, капитан. Приказ: весла вынуть из моря. Паруса свернуть. Всех призвать. Заодно: стадо это… сгребем в кучку.