Последний шанс для эльфа (СИ)

Я улыбнулась и снова промолчала. Не произнесу ни слова, пока не попаду в Аверону. Он должен меня туда отправить ни сегодня-завтра.
Пусть мучается. Вон как его трясет. Аж покраснел весь, видя по моей мимике, что не собираюсь с ним общаться.
— Вот, значит, как? Молчишь? Хорошо, будем действовать по-другому. Знаешь, что тебя ждет? Допрос с пристрастием, но до того — долгое томление в камере-одиночке. Литиния была абсолютно права — ты мерзкая маленькая тварь. — Он замолчал, давая мне возможность обдумать сказанное. Я не понимала, каким образом все вдруг так обернулось. Неужели опять мой дурацкий характер сыграл со мной злую шутку? Или этот человек изначально был настроен максимально меня унизить? А я просто дала повод. Но ведь если бы он был профессионалом, как ожидалось, точно бы не позволил себе подобного.
Эх Креолла, ну откуда в тебе такая тяга попадать в безвыходные ситуации? Причем почти всегда из-за своего эльфийского авантюризма. Или из вредности, как сейчас. То есть, в данном случае они вместе сработали.
— Ну что? Обдумала, что я сказал? Жду признания.
И вот опять. Я бы хотела ответить на любые вопросы, но уж точно не ему. Меня буквально воротит от его надменности и самоуверенности. Да он себя едва ли не богом возомнил. Посмотрим-посмотрим, сволочь, как ты запоешь, когда Эрманд доложит о ситуации в Разведку, а может даже самому императору.
Упрямо вздернула подбородок и поджала губы. Мой дерзкий взгляд его реально вывел из себя. Встал, и в одно мгновение оказался рядом. Оглушительная пощёчина, и я едва не свалилась со стула. Ну это уже беспредел какой-то!
Быстро подскочила, принимая боевую позицию и соображая, как бы не подпустить эту сволочь к себе. Я пока не настолько хорошо дерусь. Но Ледир оказался тем еще трусом. Похоже, испугался одного только моего взгляда, полного решимости. Понял, гад, что сам со мной может не справиться, и громко вызвал конвоира, приказав обездвижить.
Мужчина, ростом с двух меня, справился с задачей легче легкого. А я задыхалась от ужаса, ожидая, что снова будут бить. Но нет, слава Творцу, больше не позволил себе подобного. Возможно, в присутствии постороннего.
— Ты заговоришь… — прошипел он мне в ухо. — Есть много способов разговорить преступника. Уведите ее!
Еще три дня в камере, но теперь про меня забыли основательнее. Ни воды, ни еды. И это было уже не смешно, учитывая, что на улице лето, и тут невыносимо жарко и душно даже ночью, не то что днем.
К концу объявленного периода мне все-таки бросили кружку с какой-то не очень чистой водой и приказали готовиться к допросу. В камере пыток…
Глава 13
В камере пыток меня ждал Ледир, правда, не один. В дальнем углу сидел молодой человек с завязанными глазами. Нет, не заключенный, как я. Приличный такой гражданин Империи. На мое появление даже не отреагировал. Полог тишины? Почему ему закрыли глаза? Чтобы не мог рассказать о творящемся здесь беспределе? Да и кто он?
Данный вопрос перестал меня интересовать, когда своим вторым даром почувствовала близкий источник воды. Вот почему мне было так плохо! Я маг водной стихии и без нее чувствую себя безжизненной. Раньше не замечала, потому что никогда не была лишена ее полностью.
Повернувшись, уставилась на графин, полный кристально чистой жидкости, стоящий на столе в центре небольшого довольно светлого помещения. Творец. Как же захотелось схватить его и припасть, вливая в себя живительную влагу, пусть она стекает мимо, по рукам, по шее, везде! Мне жизненно необходимо ее ощутить.
Я уже потянулась к воде своим даром, как меня грубо дернули, а потом сразу толкнули вперед к стоящему по центру деревянному стулу, тут же надели наручники, заново сковывая магию. Теперь я не смогла бы призвать стихию, но это не мешало мне ее чувствовать, жаждать ее.
Развалившись в кресле, у стола сидел глава департамента и следил за моей реакцией, от него не укрылось, с какой силой меня потянуло к стоявшему на столе графину. Издевательски усмехнулся.
— Выглядишь ужасно, — констатировал он, беря чистый прозрачный бокал и наливая воды. Мучительно медленно и одновременно завораживающе красиво. Родниковая вода, я это знала внутренним чутьем, переливалась из одной посуды в другую, вызывая болезненное желание выхватить обе из его рук. — Хочешь водички?
 
Дразняще поднял бокал вверх, а меня буквально передернуло от примитивного желание рвануть вперед и заполучить его любым способом: хоть силой, хоть умоляя на коленях. Вот уж чего никак от себя не ожидала. И лишь неожиданно сильное удивление остановило от подобного безумства.
Что это? Ледир откровенно упивался моей растерянностью, словно знал, что я испытываю.
— Именно так, — подтвердил мои мысли. — Маги. Вы в некоторых моментах такие уязвимые, но даже сами об этом не всегда догадываетесь. Вами можно манипулировать, но вы не знаете об этой своей слабости, считаете дар силой. Но, как и у всего в этой жизни, у него имеется обратная сторона. Думаешь, я не понимаю, как ты мечтаешь сейчас получить этот бокал?
Он расхохотался, видя мой жадный взгляд, а я была беспомощна против его власти.
— Вы чудовище, — прошептала пересохшими губами, понимая, что не смогу долго терпеть. Мой дар, как он сказал, действительно стал моим уязвимым местом, увы.
— У меня все те же вопросы. Кто ты? Кто такой Девалион? Где его искать? Начнем с первого.
Я тяжело дышала, пытаясь сообразить, как же мне выпутаться, но мысли путались в голове от дикой жажды. Даже пустой желудок не так отвлекал. Вода манила к себе, звала, сама откликалась на мой зов…
— Креолла Эльфат, — произнесла, сдаваясь напору. — Девалион заменял господина Жермена в Академии, больше я ничего о нем не знаю. Встретила на занятиях впервые. Где его искать, не знаю. Полагаю, что в столице.
Он мне не верил. Его подозрительные темные глаза говорили об этом угрожающим блеском.
— Врешь! Ты должна знать! Вы же так откровенны с друг другом. Ну! Говори! — он схватил стакан и выпил из него половину. — Что ты вообще делала в Академии под иллюзией императорской дочки?
Я бы призналась. Во всем. Если бы он не совершил эту глупость. Когда он прикоснулся к чистейшему стакану своими мерзкими пухлыми губами, меня едва не стошнило. И надо же, дар был со мной согласен. Брезгливость превысила жажду.
— Спросите кого-то другого, я не знала Девалиона до недавнего времени, когда он сменил господина Жермена. О! Спросите у него! Это же он привел себе замену. Или у ректора. Я здесь причем?
Его глаза наливались кровью по мере того, как я неуклюже пыталась отвлечь внимание от своей персоны. А еще… я, кажется, не могу сказать, для чего я здесь. Хотела бы, но какой-то блок в сознании не даёт. Магия? А вот это неожиданно!
— Спросил! Будь спокойна. И Жермена твоего спросил, и ректора. Оба сидят в камерах. И молчат. Я еще найду способ, как вас троих разговорить. Господин Билмор, подойдите сюда.
Я, признаться, уже и забыла, что кроме нас здесь кто-то есть. Точно, мужчина с завязанными глазами.
— Господин Ледир, я вас слушаю, — произнес он довольно спокойно, явно находясь тут добровольно, а не по принуждению или приказу.
— Что вам удалось выяснить? — рявкнул мой мучитель.
Неизвестный мужчина выглядел весьма удивленным.
— Ничего, я по-прежнему жду.
Ледир рассвирепел и выругался, но тут же взял себя в руки.
— Что значит ждете? Мы уже полчаса беседуем с подозреваемой, вы должны были читать ее мысли. Вы же Дракон, господин Билмор.
Мужчина передернул плечами, скривил рот и поправил белоснежные манжеты.
— За все время, что я здесь нахожусь, не слышал ни одной мысли. Ваши, как обычно, скрыты артефактом… и у вашей подозреваемой, кажется, тоже. Простите, не обратил внимания сразу. Секунду. Он сделал пас рукой, рассекая воздух. — Все верно. Мощнейший артефакт. Куда более сильный, чем ваш.
Я стояла, следя за ним, затаив дыхание, и потихоньку начинала понимать, что происходит. Ледир решил проверить меня с помощью Телепатии, одного из видов Драконьей магии. И этот Билмор — какой-то Дракон, который сотрудничает с департаментом правопорядка. Но он не смог слышать мои мысли потому… потому что господин Эйнир перед тем, как выпустить меня из-под ареста, надел на шею тонкую золотую цепочку с сапфиритом. Пока я была Кирстенией, никого не интересовало магическое украшение и не привлекало внимания. А сейчас… меня разоблачили.