Мистик (СИ)

Но Мистик бы с ней поспорил, хотя не стал сейчас заострять. Он был уверен в обратном — Зоя, такой светлый и чистый человек никогда не смогла бы общаться с Евой, поглощённой своим «я».
Поначалу, когда он только сошёлся с девушкой, она показалась ему очень большой оригиналкой, с ней было не скучно. Они стали вращаться среди московской молодёжи лет на десять-пятнадцать его моложе, всюду появлялись в её сверкающей машине. Но скоро Мистик понял, что никаких чувств Ева к нему не испытывает, а только его лицо рядом удачно дополняет картину.
Ему всю жизнь говорили женщины, что он невероятно привлекателен, но Мистик не верил. Потому что на собственном опыте знал — красота в человеке вовсе не главное.
Если брать Еву или кого бы то ни было другого, так и выходило.
— Что новенького у Грека? Давно я там не был, всё некогда. Надо будет заехать на недельке — поздороваться.
— Ты его не застанешь, они с Никой и Саньком улетели в Египет отдыхать, потом оттуда в Тунис, ещё куда-то, в общем, путешествовать.
— И совсем не по-байкерски! — засмеялся Чёрный.
— Им хватило в июле, — предположила Зоя. — Помните, Ника пробовала ехать на мотоцикле с Греком всю дорогу. Сказала потом, что такой экстрим уже не для неё.
— И пересела в машину с кондиционером, — закончил Чёрный. Глаза мужчины блестели, он чувствовал себя превосходно в компании лучшего друга и женщины, которая заставила его-таки жениться на себе. Впрочем, он оказался не против.
Мистик следил за друзьями с улыбкой, но Зоя в глазах мужчины улавливала какую-то тоску. Ему не хватало собственной семьи, она была уверена, что друг отнёсся бы к этому очень серьёзно. Наверное, именно поэтому он до сих пор один, а окружали его всегда женщины типа Евы, устремлённые к свободе, но не к семье.
Зоя вспомнила, как несколько лет назад Мистик стал встречаться с молодой стриптизёршей, поступившей на работу в «Прист», но эта связь ничем не закончилась — не та, видимо, была женщина. Миша же как-то обронил, что дело, наверное, в нём. Не нашлось ещё то совершенство, достойное его. Так он шутил.
В прошлом декабре ему исполнилось 36 лет, а до сих пор у мужчины не было ничего. Квартиру снимал в Солнцево, жил там с Евой, работал в «Байк-центре». Родители его, пожилые люди, предлагали продать их просторную квартиру в центре Москвы и купить две поменьше в спальных районах, но Мистик отказывался. Зачем ему это было нужно? Ни семьи, ни детей.
Мотоклуб «Железные волки», членом которого он являлся, как и Чёрный, был единственной незыблемой вещью в жизни. Все поездки, выступления, подготовки к «Байк-шоу» — он участвовал во всём, и много времени посвящал обязанностям вице-президента.
Грек его выделял, намекая, что он претендент № 1 на пост президента мотоклуба после него. Но Мистик только смеялся над этими словами, мужчина два метра роста и с огромным торсом совсем не становился старше с возрастом. Года прибавляли ему только благородную мудрость, вспыльчивость молодости слетела, как позолота, и в синих глазах осталось только знание жизни. Грек ещё не скоро покинет свой пост, это было ясно всем.
В конце концов Маша прибежала к ним за столик, села рядом с отцом и сначала оперлась о него, потом положила головку на плечо и прикрыла глаза.
— Эй, птичка-невеличка, — позвал он дочь, — ты спишь? Всё, мама, поехали домой, — обратился он к Зое. Они, как и многие супружеские пары, у которых есть дети, друг друга иногда называли «мама» и «папа».
— Миша, ты с нами? — спросила женщина. За рулём их семейной машины была она, Чёрный принципиально не садился туда, говоря, что он только мотоциклист.
— Я тоже поеду домой, подбросишь? — улыбнулся он, сегодня Мистик тоже оставил свой байк в гараже, проведя с друзьями целый день и празднуя первое 1 сентября Маши.
— Конечно.
— Люблю, когда ты за рулём.
— Это отчего так?
Они уже шли к стоянке.
— Тогда я уверен, что Чёрный не зря купил машину. Помнится мне, он всю жизнь уверял, что не сядет на этот диван на колёсах.
Зоя покачала головой, вызывающе звеня ключами. Чёрный, неся на руках спящую Машу, сжал губы и угрожающе произнёс: — Не зли меня, это может плохо кончиться.
 
Женщина тихо рассмеялась, переглянувшись с Мистиком. Её жизнь за последние семь лет изменилась только к лучшему. Слава стал мягче, терпимее, как в кошмарном сне она вспоминала начало их совместной жизни.
Мистик, зная всю историю друзей и тоже сыгравший в ней роль, только радовался за них, видя пример хорошей, крепкой семьи. Да, они тоже иногда ругались и злились друг на друга, но старались не делать больно.
Иногда Мистик думал, почему он не перестанет втайне завидовать другу, почему когда-то до самого донышка души влюбился в Зою? Не заведёт свою семью, не может теперь найти ответа на эти почему. Наверное, что-то мешало ему найти женщину, способную затмить Зою. Таких больше не было, и Чёрному сказочно повезло.
После подобных вечеров, проведённых в одной компании, на следующий день он болел душой. Бежал от этого чувства, ненавидел себя за это, но ничего не мог поделать.
Они собирались в последнее время редко. Чёрный отошёл от активного участия в делах мотоклуба, приезжал только пару раз в месяц в «Байк-центр», ездил с Зоей в поездки и путешествия. Зато много работал в «Wolf Engineering» механиком, проще говоря, делал и создавал новые мотоциклы.
Мистик видел Зою редко, но и этого хватало, чтобы для себя понять — пока в его жизни не смеет появиться другая женщина, ведь рядом с Зоей все остальные оказывались несерьёзными, поверхностными особями женского пола.
За столько лет Мистик научился скрывать своё чувство, внешне оставаясь другом и ни в коем случае не переступая границу. Этого не заслуживал Чёрный, не хотела она, а значит, Мистику оставалось жить подальше от них, не вмешиваясь и не портя друзьям жизнь.
Тепло попрощавшись с ними, он поднялся к себе на пятнадцатый этаж.
Элитный дом, элитная квартира-студия с панорамным окном была выбором Евы. Он только платил за неё, а на самом деле ненавидел. Огромное пространство было бы приятно, если бы оно хоть чем-то наполнилось. Но равнодушная мебель в стиле модерн не согревала взгляда, у мужчины не было чувства, что в этой холодной, неуютной шири есть место чему-то живому. Он включал телевизор — безмерную плоскость на западной стене, в надежде заполнить пустоту внутри какими-то звуками. А этого не происходило.
Швырнув пиджак на кровать и расстегнув белую с серебром рубашку, Мистик обернулся на звук поворачивающегося ключа. Пришла Ева с очередного кастинга или вечеринки-презентации какой-нибудь фирмы. Он уже и не интересовался, где она бывает, потому что она обычно не интересовалась им.
Взяв из шкафа халат, мужчина направился к ванной босиком.
— Привет! — услышал он абсолютно пьяный голос вперемешку с хохотом. — Ты тут что — совсем уже разделся? А к нам гости пришли! — заявила Ева, кивая на появившуюся в дверях компанию таких же — навеселе.
Мистик поднял брови, остановился перед ними, не стесняясь, в одних трусах, и тихо сказал: — Милости прошу, но я ложусь спать.
И исчез за дверью ванной комнаты.
Гости засмеялись, Ева же позеленела от злости. Несколько её подружек сказали, что он у неё очень и очень ничего, красавчик «везде». Друзья стали откупоривать шампанское, разливать его на паркете, дурачиться и хрустеть льдом для вина за щекой.
Телевизор она выключила, музыка же не спасла положения. Настроение было испорчено непоправимо, и даже новая порция спиртного не помогла.
Через полчаса он вышел, лениво оглядел небольшую компанию в десять человек и развалился в халате на диване перед телевизором, демонстративно выключив музыку и врубив свои скучные новости или бои без правил по спортивному каналу, он щёлкал туда-сюда.
Постепенно компания поняла, что тут тоска, и утекла куда-то гулять дальше. Ева с ними не поехала, оставшись выказать недовольство своему мужчине.
— Ну, и что это такое? — начала она угрожающе, загородив собой 1\3 экрана телевизора.