Нужная работа

— Значит, Темьян лечился у Фемаха, — задумчиво сказал Марвин. — Чертовски любопытно. Выходит, у него есть одна из фемаховских карт, да? Которая и не позволяет цирюльнику забыть о тебе с твоими россказнями.
— Не «у него», а в нем, — уточнил сзади Граф. — По рассказам пациентов, карта прикладывается к телу, после чего рассасывается… э-э-э… как бы уходит под кожу, что ли. Сам не видел, не довелось, но очевидцам верю.
— Какая-то жутковатая народная медицина. — Марвин вспомнил вынутую из пасти нуса-диверсанта картонку с шестеркой легионеров. — Больше напоминает колдовской обряд, чем исцеление. — Он повернулся, глянул на Графа поверх спинки сиденья. — Тогда получается, что все те, кого Фемах лечил во дворце, тоже не страдают мгновенной забывчивостью? И пусть они не помнят тебя прежнего, зато не забудут нынешнего.
— Ерунда, — равнодушно отмахнулся Граф. — Я очень сомневаюсь, что мы повстречаемся с верховным президентом или с его приближенными. А если встретимся, кому какое дело до двух рядовых агентов и задержанного бомжа? Хотя вообще-то нам действительно надо быть поаккуратнее, — неожиданно передумал он. — В дворцовом управлении есть дотошные ребята, и если с памятью у них в порядке, то может случиться непредвиденное. Ладно, не будем паниковать заранее. — Граф опустил стекло, подставил лицо ветру. — Как говорится, бог не выдаст, дракон не съест.
Поездка к дворцу получилась долгой. Для безопасности Граф выбирал дальние объездные пути, и машина безостановочно плутала по грязным улочкам, зачастую неасфальтированным, с приземистыми домами вдоль дороги. У многих из них не хватало стекол в окнах, отчего здания выглядели угрюмыми и заброшенными: вполне возможно, что там действительно никто не жил. Тем более что в центре пустовали сотни квартир, оставшихся после ссылки их владельцев в минусовник. Плати символическую плату и переезжай! Грех не воспользоваться.
Марвину порой казалось, что они путешествуют не по столице, а по вымершему провинциальному городку, где когда-то случилась жуткая катастрофа. И где все жители были массово эвакуированы без права возвращения. Отчего-то Марвин был уверен, что если они остановятся возле любого дома и зайдут в любую квартиру, то наверняка обнаружат в ней и мебель, и брошенные второпях носильные вещи, и засохшую еду в тарелках. Но проверять не хотелось.
Далий вел самоходку со скучающим видом, ему давным-давно осточертели кривые улочки с их неказистыми домишками. Напарнику хотелось скорости, чтоб педаль в пол и чтоб ураганный ветер в лобовое стекло — вот это была бы поездка! Не то что сейчас, тоска зеленая…
Граф глянул в водительское зеркальце над головой Далия, ухмыльнулся, увидев его скорбное лицо, и нарочито заботливо сказал:
— Учти, когда мы выберемся на центральные улицы, ты должен четко соблюдать правила дорожного движения. То есть выдерживать скоростной режим, подчиняться светофору и ехать только по указательным знакам. Иначе арестуют, у нас с нарушителями строго.
Далия этот инструктаж добил окончательно.
— Ну вообще!.. — Он со злостью стукнул по рулевому колесу. — Этого нельзя, того нельзя! Вчера типа все можно было, на любой свет и под любой знак, а теперь ни-ни. Что за дела?
— Вчера ты был на полицейском модуле, — довольный результатом, напомнил Граф. — А на нем как угодно, где угодно и куда угодно. Может, вернемся и выудим из озера?
Далий понял, что над ним издеваются, пробормотал: «Загермард», — и с мрачным видом уставился на ухабистую дорогу. «Надо бы парня отвлечь, — с беспокойством подумал Марвин. — Еще врежется в кого-нибудь. У него, страдающего, получится».
— Долго до дворца? — Марвин оглянулся на Графа.
— Где-то с полчаса, — прикинув, отозвался тот. — Мы подъедем к нему с хозяйственной стороны, куда заезжают только машины доставки, мусоровозы и ремонтные службы. Там меньше охраны, к тому же один из входов оборудован автоматической системой пропуска. То, что нужно.
— Отлично. — Марвин кивнул и повернулся к Далию. — Слушай, горестный ты наш, утром звонил шеф и передавал тебе пламенный привет.
 
— Чего вдруг? — буркнул напарник, однако по интонации было понятно, что он заинтересовался.
— Там у них странное случилось. — Марвин ослабил галстук, в машине становилось жарковато. — Гибарян тайком разломал стену возле кабинета шефа, ту, что из кирпичей. А за ней оказалась транспортная кабина древней конструкции. Причем с большой кнопкой внутри… Между прочим, стенная кладка тоже любопытная, с вмурованными амулетами, черт его знает зачем. Пока не выяснили. Похоже, что Гибарян воспользовался находкой и пропал, объявился только через сутки, вроде бы живой-здоровый. Когда он исчез, шеф предположил, что устройство служит для отправки работника в его бывший мир. Или для окончательного самоубийства. Но раз Гибарян вернулся, значит, кабина сделана для чего-то другого, для иных целей.
— Опаньки, он все же нашел ее! — восхитился Далий. Марвин понял, что напарник действительно в курсе, как и предупреждал негор. — Но я-то здесь при чем? Где пламенный привет, я спрашиваю?
— Сейчас будет, — пообещал Марвин. — Дальше связь стала паршивой, я разобрал только, что ты знаешь о тайной затее Гибаряна. А после шеф велел передать тебе привет и сообщить, что он повышает твой статус до пятого уровня. Премирует как особо ценного работника.
— Врешь, — убежденно сказал Далий. — Ха, сразу пятый! Не может быть.
— Ну вру, — легко согласился Марвин. — Надо же было тебя как-то развлечь. А вот про Гибаряна — чистая правда. Давай рассказывай, в чем дело. В смысле насчет древней кабины.
Далий преобразился, куда подевалось его унылое настроение! Расправил плечи, выпятил подбородок и многозначительно нахмурился — давая понять, что он не выдаст секрет аналитика просто так. Что сначала придется хорошенько его поупрашивать, поумолять, а то и поклониться в пояс разок-другой, что сделать в машине практически невозможно. Но кому надо, тот сумеет!
— Как хочешь. — Марвин с равнодушным видом отвернулся к окошку. — Мне в общем-то не особо интересно. Просто хотелось потрепаться для разнообразия, все равно делать нечего. — По расчетам Марвина, Далий должен был вытерпеть не больше минуты. Да и это был слишком долгий срок. С запасом, на всякий случай.
Напарник разочарованно вздохнул, шмыгнул, вытер нос пятерней и без лишних предисловий начал:
— Это до тебя еще было. Значит, пошли мы как-то с Гибаряном в зал бриллиантового дождя, посидели там хорошенько, Гибаряна и переклинило. Ты же знаешь, каким он становится, когда переберет.
Марвин кивнул, еще бы не знать.
— Ну и выдал он вдруг одну идейку, совершенно не по теме… Я вообще поражаюсь ходу его мыслей. — Далий удивленно развел руками, самоходку повело в сторону, и напарник вновь ухватился за рулевое колесо. — Говорит одно, думает другое, а решает совершенно третье, никак к разговору не относящееся.
— Творческая личность, — согласился Марвин. — Аналитик, что с него взять.
— Именно. — Далий свернул в очередной нежилой переулок и для разнообразия посигналил, вспугнув сидевших на заборах ворон. — Короче, идея была такая: если, скажем, обычные заболевания можно лечить вариантом «смерть — восстановление в приемной кабине», то как лечить психические? Если бы это было возможно, тогда бы никого не держали в спецкамерах на нулевом уровне. Верно, да? — Далий глянул на Марвина.
— Вероятно, — уклончиво ответил тот. Насчет спецкамер у Марвина было осторожное мнение, тем более что он в них никогда не заглядывал и вообще знал об их существовании только со слов негора. А ключи на связку можно повесить любые, для большей убедительности. И для устрашения нерадивых работников.
— В комплексе для всего есть свои варианты — хоть для отдыха, хоть для жилья, хоть для обеда-ужина. Да вообще для чего хочешь… Черт! — Напарник крутанул руль, объезжая глубокую выбоину. — А для лечения психов ничего нету. Хотя, казалось бы, подумаешь проблема, отправил сумасшедшего в свободную камеру, и привет. Пусть сидит там и не мешает нормальной работе комплекса. Не вредит со своей психической чокнутостью. Все логично, все чин чинарем. Но тут у Гибаряна одна смешная теория возникла, ты только с сиденья не падай. — Далий подмигнул Марвину в зеркальце. — По его словам, спецкамеры созданы вовсе не для психов. Представляешь, какой прикол!