Любовь на острове (ЛП)

Я ошеломленно смотрю на него, веки тяжелеют.
— Да, — хриплю я.
— Хорошо. Пора заняться твоими волосами, — говорит он, кладя руки мне на плечи и разворачивая к себе.
Он набирает шампунь в руку и начинает намыливать мои волосы.
Вам когданибудь мыли голову после оргазма?
Боже милостивый, я на седьмом небе от счастья.
Затем, пока впитывается кондиционер, я делаю то же самое с ним. Это похоже на сексуальный спа-день.
Наконец, когда мы помылись и высохли, идем к кровати. Она большая, с мягкими покрывалами, и в тот момент, когда Тай толкает меня на кровать, я представляю, как удобно тут будет спать.
Но вид его обнаженного тела, когда он забирается на матрас, отодвигает мысль о сне на задний план.
Я влюблена в этого мужчину.
И он влюблен в меня.
Каждая клеточка моего тела чувствует себя такой живой.
Он ставит локти по обе стороны от меня, держа мое лицо в своих руках. Я раздвигаю ноги, его тяжелый член упирается мне в живот.
— Я люблю тебя, — говорит он хриплым голосом, и смотрит так глубоко в глаза, что я чувствую его внутри себя, как будто он знает каждый дюйм моей души. — И мне очень жаль, что я так тебе все рассказал.
— Пожалуйста, Тай, не извиняйся, — я ободряюще улыбаюсь ему. — Мне было очень приятно это слышать.
— Я хотел… — он замолкает и облизывает губы. — Я хотел сказать тебе раньше, но так боялся, что ты не чувствуешь того же.
Хотел быть уверенным. Думал, что смогу держать это в себе, пока не узнаю о твоих чувствах. А потом я понял, что в каком-то смысле это не имеет значения. Я люблю тебя, это значит, что я не сломлен. Это значит, что я снова живу. Я готов жить с тобой.
О нет. Еще больше слез наворачивается на глаза.
Я сглатываю, окутанная его искренностью. Он проводит большим пальцем по моим губам.
— Знаешь песню «Soundgarden — Rusty Cage»?
Я киваю, не понимаю, к чему он ведет.
— Вот с ней я жил все эти годы. У меня в груди была ржавая клетка, и я так к ней привык, что даже не удосужился посмотреть, может ли она открыться. Но ты сама ее открыла, Дейзи. Ты не только
открыла, но и вырвала прямо из моей груди, — он судорожно сглатывает. — Теперь я чувствую себя свободным человеком. Я всем обязан тебе. Ты замечательная, прекрасная и незабываемая.
Я шмыгаю носом, протягиваю руку и вытираю слезу.
— Перестань заставлять меня плакать, Тай.
Он целует меня в шею, проводит рукой вниз к своему члену и помещает его между моих ног.
— Только кончать.
Мне даже не нужно отвечать.
Он входит в меня, выбивая воздух из моих легких, а затем медленно, осторожно, в каком-то ленивом ритме толкается.
Я впиваюсь ногтями в его спину, прижимая как можно ближе к себе, не желая мириться ни с каким расстоянием. Он отвечает тем же, прижимаясь своими бедрами к моим, его член входит в меня короткими толчками, удерживая нас как можно ближе друг к другу.
Оргазм застает нас обоих врасплох. Он тихо вскрикивает, его брови сосредоточенно хмурятся, затем расслабляются. Я снова в невесомости, выкрикиваю его имя, крепко обнимаю.
Его движения замедляются. Пот капает с его лба на меня.
Он перекатывается на кровать, берет меня за плечи и притягивает к себе. Я кладу голову ему на грудь, мы оба переводим дыхание, наши руки сплетены.
На мгновение мне кажется, что я заснула, а когда открываю глаза, то с испугом осознаю, где нахожусь. Не на острове. В номере отеля, на Фиджи, в безопасности его объятий.
— Дейзи, — шепчет он.
— А?
— Это звучит очень эгоистично, но мне бы не хотелось, чтобы ты возвращалась домой, — говорит он мне. — Не хочу даже переживать о
том, когда я вновь тебя увижу.
Мое сердце сжимается от его слов.
— Не волнуйся. Я не буду долго, мне просто нужно поговорить с арендатором и собрать свои вещи, — я делаю паузу. — Я тоже не хочу уезжать.
— Я тут подумал, — шепчет он мне, его пальцы играют с моими волосами. — Может быть, я вернусь с тобой в СанФранциско?
Я моргаю, поднимаю голову и кладу подбородок ему на грудь, пристально глядя.
— Ты серьезно?
— Я всегда серьезен.
 
— Даже когда шутишь надо мной? — шучу я.
Он хмурится.
— О, я очень серьезен, когда шучу над тобой.
Я щипаю его за сосок, и он взижит.
— А кто будет управлять твоим бизнесом?
— Мой менеджер справится. Он руководил все это время, пока меня не было, а сейчас все равно конец сезона.
Мне трудно в это поверить.
— Ты действительно хочешь?
Он кивает.
— Даже не хочу домой. Я начал понимать, что дом там же, где ты, — он улыбается, в уголках его глаз появляются морщинки. — Завтра я позвоню в авиакомпанию, поменяю рейс.
— О-о-о, давай закажем билет на «Скайкоуч»! — взволнованно говорю я. Та парочка еще будет нам завидовать.
— Все, что захочешь, — говорит он. — Главное, что вместе.
Я кладу голову ему на грудь, слушая, как ровно бьется его сердце, и улыбаюсь.
Будущее все еще кажется немного туманным, но, по крайней мере, я знаю, что не стоит его бояться. Я готова пойти навстречу предстоящим испытаниям, какими бы трудными они ни были, я буду улыбаться, когда хорошо, и плакать, когда плохо.
И знаю, что не буду одинока.
Мы встретим будущее вместе, что бы оно ни уготовило нам.
Восход за восходом.
Эпилог
Тай
Три года спустя
— Ты готов?
Дейзи сидит напротив меня, вся такая стройная, в гидрокостюме.
В маске для подводного плавания она выглядит как сексуальная лягушка. Вообще-то, сексуальная лягушка Дейзи — одна из моих любимых. Она в своей стихии, надела акваланг и собирается нырнуть в океан.
— Я готов, — говорю я ей, засовывая трубку в рот.
Я уже давно к этому готов. Три года, если быть точным.
Уже смеркается, и солнце садится. Я предложил Дейзи совершить ночное погружение, поскольку никогда раньше не делал ничего подобного, по крайней мере здесь, в морском заповеднике Ли.
Именно здесь Оклендский университет имеет свой морской кампус с видом на Козий остров (Уилсон бы оценил). Дейзи учится на втором курсе факультета морских наук в университете и преуспевает в своем деле.
Сегодня вечер пятницы. Обычно мы вдвоем лежим, свернувшись калачиком, на диване в пляжном домике, который арендуем в БримБей, а наши собаки дремлют у ног. Это примерно на полпути между Расселом и Ли, где находится кампус. Поскольку программа, в
которую она попала, находилась к северу от Окленда, мы решили, что проще всего будет арендовать место между моей работой и ее универом.
Когда она доучится, мы переедем ко мне в Рассел. Или, может быть, в другое место. Несмотря на то, что мне пришлось продать несколько лодок, чтобы оплатить обучение Дейзи, лодочный бизнес процветает. После того, как наше кораблекрушение попало в новости, наша компания немного пропиарилась. Я думал, что это событие испортит всё, но видимо, любая реклама — все равно реклама.
Дейзи говорит, что это потому, что я часто выступаю по телевизору, говорю об этом, и что у меня внешность кинозвезды, блабла-бла. Даже какое-то парусное реалити-шоу пригласило нас. Дейзи вполне комфортно чувствует себя в центре внимания, а я нет.
Посмотрим, что будет.
В любом случае, мы решили, что наше будущее будет максимально изменчивым, мы почти ничего не планируем, плывем по течению. Любые препятствия или неудачи встают на нашем пути, и мы знаем, что преодолеем их вместе. Думаю, можно сказать, что это одно из самых приятных последствий кораблекрушения. На самом деле, после всего, что было сказано и сделано, из этого вышло только хорошее.
Потеря яхты причинила мне боль. Я не буду лгать. Я любил эту яхту, много лет заботился о ней. Но она не сдавалась без боя и в конце концов защищала нас, когда это было необходимо. С ней у меня осталось много воспоминаний.
Многие из этих воспоминаний связаны с Дейзи.
Я помню, как она пыталась приготовить яйца в одно особенно бурное утро, волны били в лодку, когда она их переворачивала, и они падали прямо ей на голову.