Его Величество бомж (СИ)

- Костян, с возвращением! – Лёха по-мужски солидно жмёт безвольную вялую руку, - ну, ты как? Кайф словил?
Похоже, Костяну слово «кайф» ни о чём не говорит. Он хмурится, пытается сесть и тут же хватается за голову и валится на бок. Ну, ясно,
- Кружится? – спрашиваю, он кивает, показывая указательным пальцем вертолёт.
- Давай-ка, поехали отсюда! – надо нафиг забирать, пока совсем не уморили добрые люди! Думают, раз бессловесный, и никому не нужен, так можно издеваться, как угодно, - ноги сами долечим!
- А, я?! – Лёхе явно моя идея не по душе.
- А, ты – молодец! Спас его! А в другой раз рядом можешь не оказаться, сам же понимаешь?
- Понимаю, - вздыхает рыжик.
- Не грусти, завтра у меня дежурство, увидимся! – утешаю.
- А, можно мне Костяна проведать, когда выпишут? – надо же, как парень прикипел!
- Можно! Будешь самым дорогим гостем! Я сейчас пойду всё улажу и вызову такси, посиди пока с ним, если заплохеет, звони мне, этих куриц не зови! С них ещё станется…
***
- Танюш, уверена?! – в глазах Ирины Геннадьевны неподдельная тревога, - ты даже не знаешь, что у него на уме!
- Не знаю, - вздыхаю, - но и здесь не могу оставить. Я уже отказ написала.
- Как написала, так и заберёшь, кто ты ему, чтобы ручаться?
- Он бомж, так что всё равно, кто. Ещё день-два, ну неделя, и так бы выписали.
- Давай, до завтра? Твоя смена, никто его не тронет, заодно очухается от седации, - и я понимаю, что старшая права, надо горячку отложить хотя бы на сутки…
- Здесь что ли ночевать?
- Так боишься оставить?
- А Вы бы не испугались? После такого? – нашим прениям приходит конец, откуда не ждали…
- О, Танюха, привет! А чего не в свою смену? – Миха нарисовался с очередным пациентом, - тебе же завтра заступать?
- Да вот, так получилось, - не объяснять же, что тут у нас получилось.
- Следующий вызов в твою Тмутаракань, перевозка инвалида назначена, сейчас сгрузимся и рванём, хочешь с ветерком прокатиться? – вот всё и решилось!
- Как же ты вовремя, Миха! А ещё пассажира возьмёте? Лежачего?
- За три минуты уложишься, возьмём, плацкарт свободен, - смеётся.
- Уложусь! - это я уже на бегу…
- Лёха! Кидай вещи, у нас тут оказия вышла, с ветерком доставят!
Лёха ничего не понимая, тем не менее, одной рукой сбрасывает нехитрый Костин скарб в пакет и мимо, а я, подкатив каталку, помогаю моему недееспособному на данный момент герою перебраться в неё. Хорошо, что он уже немного пришёл в себя, участвует, как может.
Потом, собираю, всё, что накидал сосед мимо пакетов, Костику на колени и… Лёха напоследок пожимает огромную руку друга, и мы катим к лифту.
На удачу, свободен. Три этажа вниз, там уже Миха весь на измене,
- Копуша! Где застряла?! Нам же на вызов, всё-таки, хоть и перевозка всего лишь, но цигель, цигель!
- Вот мы! – выкатываю своего пассажира.
- Ни хрена!.. – коллега впечатлён, - колоритный персонаж! Твой что ли?
- Мой! – ещё отдышаться не могу от гонки с каталкой!
- А, я и не знал, что у тебя такой гном!
- Хватит! Лучше помоги нам! – сам же торопился только что!
- А, что с ним? – интересный вопрос, судя по сонливо-отрешённому виду, всё ещё под прессом.
- Хреново немного, но уже лучше. И остатки отморожения. Домой решила забрать, долечимся сами.
- Уверена?! – Миха пребывает в сомнениях, Ирина Геннадьевна тоже.
- Уверена! – рубить концы так сразу, - кто-то очень спешил?!
- Погнали! – Михина бригада слаженно перегружает расслабленное Костино тело на складные носилки и завозит в машину, я прыгаю рядом, Ирина Геннадьевна напоследок машет.
И мы помчались! В посёлок, в мой дом, в новую неизведанную жизнь!..
***
Мой таинственный гость, пожалуй, ничего толком и не понял. Куда его погрузили, куда везут? Просто доверился судьбе, а вернее, единственному человеку, которому смог, тем более, что сопротивляться чему-либо в его состоянии, практически нереально.
Словом, решение за него приняла я, а он просто плывёт по течению. Что наделала? Не знаю! Но, когда обдумываю альтернативу, понимаю, что её просто не было. Вернее, была, конечно! Оказаться ему через несколько дней, возможно, через полмесяца, в лучшем случае, но всё равно, среди зимы на улице. Среди сугробов и холода, людского равнодушия, а может, и жестокости.
  
Простила бы себе? Так бы в моей памяти синие глаза и глядели обречённо ни куда-нибудь, а прямо в душу! Не отпустить мне его, не выкинуть вот так легко из своей жизни! Он уже поселился там, как-то незаметно! У него уже появилось место жительства, и ни где-нибудь с домом и улицей, его адрес – моё сердце, моя душа! И, значит, Костя больше не бомж!..
Скорая и, правда, доставила с ветерком, за своими мыслями, не заметила, как вкатили в посёлок.
- Куда? – Миха сидит возле водителя на пассажирском сидении, и готов поработать штурманом.
- Налево первая улица от магазина, - подаю голос из салона, - шестой дом, да там увидите от пепелища, через один моя лачуга.
Водитель – молодец, всё знает, не плутая сразу свернул, куда сказала, и притормозил у самых ворот.
Уже смеркается, соседская псарня исходит на говно, заслышав посторонний шум за воротами. Миха с напарником открывают двери машины и, откинув мосток, ловко выкатывают носилки, подняв их на нужную высоту. Классные парни! Докатили до самого крыльца, подождали, пока отопру и даже втащили моего героя в дом.
- Давайте на диван, а дальше мы уж разберёмся!
- Получай, хозяйка, груз!
Бегу их провожать,
- Ребята, сколько?
- Вот, глупая! Поцелуй бы спросили, так у тебя есть, кого целовать! – смеются, - ну, бывай!
И заторопились, заспешили. Ещё минута, и лишь снег заклубился под колёсами скорой, умчались архангелы…
***
В доме у меня холодно, но красиво. И пусть мебели больше девяти лет, ничего из того, что переехало с нами из прошлой успешной жизни, в негодность не пришло, так что мне за убранство не стыдно. Да и перед кем? Перед вчерашним бродягой? Его ничем не смутишь.
Раздеваюсь, а Костика наоборот в одеяло кутаю, подушек под спину побольше, так чтобы мог сидеть и не валиться. Он всё ещё в полутрансе. Сколько же эти стервы реально в него закачали? Какая пара ампул? Тут явно больше!
Даю ему попить, он жадно глотает, выпивает целую кружку и, откинувшись на подушки, устало прикрывает глаза.
Принимаюсь за своё обычное дело: топлю печку. Мне надо, чтобы он завтра без меня не замёрз, и чтобы пришёл за ночь в чувство, а иначе, как один останется? Я ж на целые сутки уйду!
Потом делаю перевязку, мазь у меня с собой, бинты тоже. Кожа ещё тонкая, нежная, как у младенца, но почти всё зажило, теперь, главное не сильно тревожить. Вот и сланцы пригодились…
***
А ночью спать не пришлось!..
Начался отходняк! Рвота всю ночь напролёт! Первый раз я даже не поняла, что случилось! Костя вроде немного разгулялся, посидел, похлопал глазками, ещё водички попил, но от еды отказался наотрез.
- К утру, будешь молодцом! – подбодрила ещё его и отправилась спать. Мне вставать ранищу, а потом целые сутки работать.
Так что оставила его на диване, предоставив самому себе, и пошла в спальню. И даже успела крепко заснуть, не мудрено, денёк-то ещё тот выдался.
Вдруг грохнула дверь, я аж подскочила спросонья: что, где, когда? Потом вспомнила, что теперь не одна живу, побежала на шум.
Догнала на улице, во дворе, за крыльцом! Вернее, не догнала, а наткнулась, потому что он никуда не бежал, а стоял на четвереньках, пока его выворачивало чуть ли не наизнанку! Потом утёрся снегом, и мы поползли в дом.
И так почти до утра. Раз, от раза пугая меня всё больше!
Но потом, умаявшись и обессилев окончательно, бедняга забылся сном. Я плюнула на все приличия и просто свалилась здесь же на диване, благо он огромен, так как бегать из спальни каждый час уже не осталось никаких сил!..
  
Глава 16.
 
А в шесть меня бесит будильник! Деваться некуда, пора вставать. Ощущение такое, будто всю ночь били палками! Надо было, всё-таки, послушать Ирину Геннадьевну и оставить Костю в больнице ещё на сутки, под наблюдением был бы! А теперь что?