Помнишь, ты сказал, что я никто?.. (СИ)

Все так же касаясь меня пальцами, он делал со мной нечто непонятное — дьявольское. То, от чего внизу живота все пробивало разрядами тока. Причем, настолько сильными, что я, не в силах вынести эту муку, до боли кусала губы и ерзала. Не понимала саму себя и собственное тело.
Отдаленно я ощущала, что тело парня сильнее напряглось. Казалось, что уже до предела накалилось и воздух полыхнул невыносимым жаром, искрясь молниями.
— Черт возьми, убери руку, — я сжала подрагивающую ладонь в кулак и со всей силы ударила парня в плечо. — Я не хочу, чтобы ты прикасался ко мне там, — я старалась не думать о том, что щеки горели и неистово надеялась, что это не выдавало моего смущения.
— Хочешь, — очень хрипло. Дамиан наклонился и прикусил мочку моего уха. — Ты еще сильнее течешь. Реагируешь на меня.
Парень рыкнул и губами коснулся моей шеи, сразу прикусывая ее зубами, но уже вскоре приглушая боль безумным поцелуем, от которого я задрожала всем телом и перед глазами все поплыло. Казалось, что весь мир полыхнул, а я оказалась в невесомости и, в тот же момент крепко сжимаемая руками парня.
Он немного отстранился, а я мысленно ударила саму себя, ужаснувшись тому, что так неистово сильно хотела вплести пальцы в волосы Дамиана и притянуть парня обратно, чтобы его губы вновь коснулись моей шеи, ведь то, что он делал было неописуемо, но, если бы я и могла бы все это с чем-то сравнить, то я бы сказала, что его поцелуи были похожи на наркотик. Сама я их никогда не принимала и была категорично против всех этих запрещенных веществ, несмотря на то, что ни одна студенческая вечеринка не обходилась, как минимум, без травки. Но, почему-то мне казалось, что наркотики вызвали такой же эффект, как и поцелуи Дамиана.
Из-за них сознание дурманилось и я становилась сама не своя. Даже желая сопротивляться, толком не могла этого делать и, более того, хотела еще больше и больше.
— Ты слишком высокого мнения о себе, — я зашипела, надеясь, что мой голос показался не жалобным и умоляющим.
Да что же со мной такое? Хотелось накричать на себя и дать сильную пощечину, в надежде, что это поможет отрезвить мысли. Взять сознание и тело под контроль, ведь в это мгновение мне казалось, что Дамиан полностью подчинил меня себе. Лишал силы воли и делал податливой. Послушной.
Вот только, этого нельзя допускать.
Тело уже сейчас неумолимо нашептывало, чтобы я расслабилась, ведь все это было пусть и непривычно, а так же губительно остро, но, в тот же момент, чертовски приятно. Вот только, если позволю Дамиану зайти дальше, перестану уважать себя. Да и это понесет за собой столько проблем.
— Моя реакция это только рефлекс, — прошептала, сквозь плотно стиснутые зубы и опять с силой впилась ногтями в плечи парня. — Просто я вспоминаю, как меня так же касался Рубен. Его руки… — я громко простонала и с силой дернулась, так как в этот момент Дамиан, оскалившись, сильнее пальцами надавил на мое лоно и, большим пальцем раздвигая складки, половиной фаланги вошел внутрь меня.
— Замолчи, Мила, — он прорычал. В серых глазах ярость. — Не говори о нем.
— Не могу, — жалобно прошептала, от того, что внизу живота все полыхнуло. Я ощущала себя, как на острие ножа, что лишь усиливало все ощущения. Казалось, что я сейчас играла с очень опасным огнем, но останавливаться не собиралась, иначе это означало бы, что я окончательно сдалась Дамиану: — Я люблю Рубена и не могу не думать и не говорить о нем. Я хочу, чтобы ты это понимал.
Оскал парня стал сильнее, а глаза какими-то безумными. Мне даже показалось, что я перегнула палку, хоть и, вроде, не сказала ничего такого. Просто хотела, чтобы Дамиан считал, что не было смысла продолжать все это, так как у меня в голове все равно другой мужчина. Разве будет приятно парню иметь девушку, зная, что она в этот момент думает о другом? Я предполагала, что нет и на это собиралась давить. Еще и пыталась хоть как-то оправдать реакцию своего тела.
— Ты трогаешь меня, а я могу думать только про Рубена. У нас так же пару раз было в душе…
 
— Закрой рот, шлюха, — слова резкие. Очень жесткие. Его массивная ладонь вплелась в мои мокрые волосы и сжала их такой силой, что я, не выдержав, болезненно зашипела, а он наклонился и своими одуревшими глазами посмотрел в мои.
— Я не шлюха. У меня был только один мужчина и я его любою.
Дамиан сильнее сжал мои волосы и в уголках глаз начало покалывать от выступивших слез. Странно, но лицо парня не выражало ни одной эмоции. Оно будто бы стало каменным и лишь глаза полыхали чем-то жутким.
— Так, может, мне показать тебе его в таком виде, после которого ты вообще не захочешь вспоминать про этого старика?
Почему-то от этих слов сознание сдавило и мысли стянуло струнами паники.
— О чем ты?.. — спросила еле слышно, но парень не ответил.
Он резко отпустил меня, а я, только сейчас поняв, что ноги стали ватными, с трудом устояла. Для этого мне даже пришлось рукой схватиться за полочку.
— Дамиан, — позвала парня, увидев, что он обернул полотенце вокруг бедер и пошел к выходу. — Стой. Что ты имел ввиду?
Я пошла за парнем, но он уже не обращал на меня внимания. С одной стороны нечто внутри меня ликовало, ведь я могла считать себя победителем — моя тактика сработала и парень оставил меня в покое. С другой стороны мне почему-то стало страшно. Не в моих привычках бояться лишь каких-то фраз, но нечто подсказывало, что за словами Дамиана скрывалось нечто куда худшее, чем я могла себе представить.
— Подожди, — я обошла парня и встала перед ним. При этом, руками прикрывала лифчик и дрожала. Мне было холодно. — О чем ты говорил? Ты же ничего не сделаешь Рубену?
— Волнуешься о своем старике, шлюха? — в голосе ледяная сталь и взгляд пренебрежительный. — Уйди.
— Нет, — ответила упрямо, продолжая стоять перед парнем и не давая ему пройти. — За Рубена я не боюсь. Он не тот мужчина, за которого нужно волноваться, но все это зашло слишком далеко. Давай нормально поговорим и, может, к чему-нибудь придем.
Несмотря на то, что Дамиан сейчас был без очков и линз, его серые глаза стали напоминать шторм, которым он меня истязал. Парень взял меня за талию и, не обращая внимания на то, что я вскрикнула, он переставил меня в бок, будто я была каким-то предметом мебели.
Он пошел дальше к двери, а я, стиснула зубы и, ускорив шаг, опять встала перед ним.
— Пожалуйста, я прошу только одного — чтобы мы наконец-то нормально поговорили.
Я сделала один медленный шаг к парню и взяла его за руку. Немного сильнее сжала его ладонь в своей и прошептала:
— Пожалуйста, давай поговорим.
Я желала одного — убежать через неделю. Можно сказать, что исчезнуть, но, если будет какой-то шум или проблемы, все может встать под угрозу. Поэтому я и пыталась сгладить все углы. Даже если придется переступить через себя.
Я немного сильнее сжала ладонь Дамиана, но несколько секунд все равно царила острая тишина. Прикусив губу, я еле заметно большим пальцем провела по запястью парня и наконец-то добилась от него хоть какой-то реакции. Дамиан приподнял бровь явно не понимая, почему я внезапно стала такой мягкой.
Неожиданно он подхватил меня на руки и перекинул через свое плечо. Все это произошло настолько быстро, что мне захотелось пискнуть от неожиданности, но я кое-как сдержала себя, хоть и охнула, когда парень сел в кресло и усадил меня к себе на колени так, что теперь я была к нему лицом.
— Я не думаю, что это удачная поза для разговора, — я нахмурилась и попыталась привстать, но парень удержал меня за талию.
 
— Нет, Мила, мы будем разговаривать только так.
— Ты всех девушек усаживаешь к себе на колени, когда те хотят просто поговорить с тобой?
— Для меня ты особенная шлюха.
Фраза полоснула по сознанию и обожгла его. Ладонь дернулась и я, замахнувшись, попыталась влепить Дамиану пощечину, но он перехватил мое запястье.
— Остальные шлюхи открывают рот только полностью голые и стоя на коленях, — все еще сжимая мое запястье, парень дернул меня на себя и спросил: — Тебя такой вариант больше устраивает?