Сорвиголова

— На что? — В глазах Кейси отразилась задумчивость. — У тебя ведь тоже наверняка не было денег.
Дейр заколебался на мгновение, прежде чем признался:
— Я сторговал ее за свое седло.
— Дейр, ты сделал это ради меня?
— А ради кого же еще? Я уже тогда считал тебя особенной. И сейчас считаю. — Дейр посмотрел на Кейси долгим взглядом, снедаемый искушением сказать ей, как много она для него значит. Когда искушение стало слишком сильным, он наклонился и поцеловал ее в губы. — Позволь, я покажу тебе, насколько ты особенная.
На следующее утро Дейр проснулся в состоянии полного довольства собой и всем миром, так как рядом с ним по-прежнему лежала любимая женщина! Боясь, что Кейси среди ночи уйдет спать к себе, он ни на минуту не разжимал объятий. Она не только никуда не исчезла, осознал он, и его губы искривились в усмешке, но и сильно прижималась к нему, словно стремясь слиться с ним воедино.
Слишком сильно, понял Дейр секундой спустя, когда Кейси пошевелилась во сне. Его тело мгновенно отреагировало совершенно определенным образом. Слава Богу, теперь ему можно больше не беспокоиться об исходе… пока его любит настоящая женщина… пока у него есть Кейси. С другой все было бы проблематично, но только не с Кейси.
Пробудившись, Кейси вновь сонно пошевелилась, затем сразу повернулась к нему. Дейр тоже повернулся, и она оказалась лежащей на нем. Кейси потерлась щекой о его грудь, провела рукой вдоль тела и наткнулась на возбужденную плоть. Вскинув голову, она взглянула на него с приоткрытым ртом и очень осторожно разжала пальцы.
— Доброе утро, — хрипло поздоровался Дейр.
— Ты проснулся.
— Мы с ним оба проснулись.
Кейси со стоном смущения ткнулась лицом ему в грудь.
— Уж это точно.
Дейр, засмеявшись, провел рукой по ее волосам.
— Как мы себя чувствуем этим прекрасным утром?
— Отлично, — счастливо выдохнула Кейси.
— Но, уверен, тебе немножко не по себе. — Кейси промолчала, поэтому Дейр добавил: — Не беспокойся, тебе не придется снова стараться из-за меня. Со мной ничего страшного не случится.
Кейси немного приподняла голову и посмотрела на него, подумав, что он опять за свое — снова начинает ее опекать.
— Дейр, но я совсем не против…
— Я знаю, Кейси, но поверь, в этом нет необходимости. Что бы ты ни вытворяла, хоть целый день, тебе придется отступиться — я слишком стар, чтобы действовать, как молодой жеребец.
— Слишком стар, говоришь? Хм, посмотрим-посмотрим, день еще впереди. — Поцеловав Дейра, Кейси скатилась с него и поднялась с кровати.
Ничуть не смущаясь, словно для нее было привычным делом стоять голой перед мужчиной, она подняла рубашку Дейра и надела ее, застегнув из сохранившейся скромности несколько пуговиц.
Дейр, опершись на локоть, любовался, как Кейси смотрится в его рубашке. Она закрывала только ее округлые ягодицы, и, когда Кейси наклонялась, ему была видна ее красивая грудь гораздо больше, чем Кейси того бы хотелось.
— Кейси, я на девять лет старше тебя, — мрачно проговорил Дейр, внезапно осознав разницу в их возрасте и безвозвратность ушедших лет. Он мог ждать до сей поры — пока Кейси вырастет, пока окончит колледж, пока он рассчитается с грузом старых долгов, но теперь он больше не хотел ждать ни секунды. Он хотел жениться на ней сегодня же и сразу начать делать с ней детей, которых не хватало им обоим. Будь прокляты эти бесполезные ноги!
— Ты, как всегда, прав, — отозвалась Кейси, вынула из коробки свою новую куклу и отнесла ее к окну.
Подвинув в сторону куклу с Ямайки, она усадила Испанскую Невесту рядом с Робкой Виолеттой. Затем подошла к детскому креслу качалке и стала смотреть на сидящую в нем Принцессу, размышляя о том, что Дейр поведал ей ночью. Отныне она никогда не станет протестовать, когда этот бескорыстный человек будет дарить ей куклы.
— Ты будешь позволять своим детям играть с твоими куклами? — спросил Дейр, представив себе, как их рыжие дочурки пьют за столиком чай вместе с куклами.
Кейси на мгновение позволила себе помечтать о маленькой девочке с каштановыми волосами, которая бежит, смешно перебирая ножками, к своему огромному отцу с Принцессой в протянутых к нему руках.
 
Прогнав возникший образ, Кейси наклонилась, подняла Принцессу и начала поправлять ей платье.
— У меня никогда не будет детей, — ответила она.
— Что?! — Дейр рывком сел и оторопело уставился на Кейси. — Что ты, черт возьми, такое говоришь?
— Я не собираюсь заводить детей, — повторила Кейси и горячо прижала Принцессу к груди, чтобы удержать прячущиеся внутри боль и страх.
— Но ты всегда мечтала иметь детей! Почему твои мысли изменились?
— Потому, что я не смею больше мечтать о детях. Слишком велик риск.
— Риск? Какой риск? Я не понимаю.
Кейси прерывисто вздохнула и протолкнула слова сквозь сжимающееся горло.
— У мамы была аневризма, и сам знаешь, к чему это привело после моего рождения. Это наследственное, так что… есть вероятность, что со мной может случиться то же самое, если я рожу ребенка. Поэтому я решила, что лучше не рисковать.
Дейр смотрел на Кейси, не зная, что сказать, и пытаясь разобраться в ее словах. Он, конечно, знал, что случилось с ее матерью, но никогда не подозревал, что Кейси опасается, не случится ли то же самое и с ней.
— Но три года назад ты была не против выйти за меня замуж и иметь от меня детей.
— Так было, потому что ты потащил меня венчаться прежде, чем я успела как следует обо всем подумать.
— Нет.
— Да. Едва мы закончили заниматься любовью, ты тут же поволок меня к священнику. Слава Богу, на этот раз ты обращаешься со мной как со взрослой женщиной и не требуешь, чтобы мы сегодня же поженились.
Что он непременно сделал бы, если бы мог ходить, мрачно подумал Дейр. Будь все проклято!
— И, слава Богу, — продолжала Кейси, устало откидывая со лба волосы, — что мы не поженились три года назад. Я бы ни за что не хотела, чтобы на долю моих детей выпало то, что пришлось перенести мне, — она снова тяжело вздохнула, — и моей несчастной матери. Когда я думаю, как она, должно быть, страдала, как ей не хватало нормальной семейной жизни… мне хочется плакать.
Боясь, что действительно сейчас расплачется, Кейси отвернулась и вновь усадила Принцессу в кресло-качалку.
Дейр глядел на Кейси, совершенно не зная, чем ее утешить и как помочь. Она всегда была очень храброй и ничего не боялась, почему же тогда ее так пугает риск, на который в похожих обстоятельствах идут другие женщины?
До него внезапно дошло, что все это означает для него, — полный крах надежд, которыми он жил. Перед ним рушились все его мечты. Затем Дейр понял…
— Кейси, посмотри на меня! — потребовал он не терпящим возражений тоном. Кейси медленно повернулась на пятках и осталась стоять на месте, словно защищаясь, сложив руки на животе, с таким покинутым и несчастным видом, что Дейру отчаянно захотелось дотянуться до нее и во что бы то ни стало успокоить, несмотря на то что в своем положении он сам отчаянно нуждался в утешении. — Кейси, ты боишься, что может повториться история твоих родителей? Что, если с тобой что-нибудь случится, я покину тебя, брошу, как твой отец твою мать? Ты этого боишься и поэтому избегала меня все это время?
— Да! — прошептала Кейси, затем повторила, переходя на крик: — Да! Да! Да!
  
10
 
Дейр провел дрожащей рукой по лицу.
— Теперь, я, по крайней мере, имею представление, что ты обо мне думаешь.
«Нет, не имеешь», — мысленно возразила Кейси с печалью. Она сама не была уверена в себе и не знала, что теперь думать.
— Когда ты попросил меня стать твоей женой, я была так счастлива, я так обрадовалась, что мои мысли крутились исключительно вокруг нашей будущей семейной жизни и детей, — начала рассказывать Кейси, стараясь объяснить Дейру, что она чувствовала три года назад. — Затем, когда я вернулась на практику в больницу через две недели после гибели отца, меня назначили ухаживать за женщиной, с которой во время родов случилось то же самое, что и с моей матерью, — она тоже пострадала от последствий аневризмы, и я не могла отделаться от навязчивой идеи, что это я лежу там на кровати. — Кейси с трудом сглотнула. — Муж этой несчастной ни разу не пришел проведать ее. Она даже не могла взять на руки своего ребенка и… в конце концов умерла. Понимаешь?