Сбежавшая невеста для Грозного (СИ)

- Ты зло! Тупая селебрети с купленным дипломом! Знаешь, сколько девчонок в погоне за нарисованной тобой красивой картинкой гибнут в нашем мире? А? ты хоть раз задумывалась, на что они идут. Чтобы влезть в те шмотки. Что ты показываешь?
- О чем ты? - она пытается вырвать свою руку, но я только крепче сжимаю пальцы.
- Я о таких, как была моя Тося, - реву словно раненный зверь. - А такие как ты убили ее!
Глава 16. Аглая
Убили!!! Убили!!! Убили!!! - звенит в висках.
Что он такое говорит.
Сжимаюсь на сидении, притягиваю к груди колени и обхватываю их руками.
Под тонкой кофтой по коже бегут мурашки.
Что он такое говорит? Как кого-то могли убить мои рилсы? Это невозможно!
Нет! Так не бывает!
Качаю головой, волосы рассыпаются по плечам и стегают меня по щекам.
Нет, нет, нет!
В груди болезненно сжимается сердце. Так не бывает.
Внутренности выворачивает наизнанку от попытки осознать все, что сказал этот Грозный.
Я думала, он просто молчаливый и исполнительный. А он...
Всхлипываю и стараюсь обнять себя крепче. Меня знобит. Тело дрожит и корчится под кондиционированным воздухом из дефлекторов.
Он ненавидит меня! Ненавидит! Но за что? Я ни в чем не виновата. Я не убивала ЕГО ТОСЮ. Нет!
Я никому не желаю зла в своих поста. Не призываю покупать такие же вещи. Наоборот ищу новые магазины и помимо лакшри постов делаю закупки в эконом магазинах. Показываю, что за небольшие деньги можно одеваться стильно. Всегда говорю. Что «модно» не всегда значит «хорошо» или «стильно».
Я не понимаю. Просто не понимаю.
Рвано дышу, хватая воздух глотками. Не сразу понимаю, что слезы катятся по щекам.
А Грозный сидит рядом и с вызовом смотрит на меня. В его глазах горит презрение. Острое, тяжелое. Его не так просто вынести.
Я не могу.
Отвожу взгляд и опускаю голову ниже.
- Если ты так меня ненавидишь... - всхлипываю тихонько, - зачем согласился ехать за мной? Сейчас я оторвана от соцсетей и скорее всего никогда не вернусь к ним. Минус еще одна «тупая блогерша». Для тебя это плюс.
- Я не выбирал это задание, - бросает он резко.
Но понятнее от этого не становится.
Горло сжимает болезненный спазм. И новая волна жалости к себе и обиды накатывает на меня.
- Я никого не убивала и никогда бы...
- Ну конечно, - обрывает он меня, - все такие. А ты не такая. Ага!
- Но я правда...
- Довольно! - он резко бьет по рулю и машина издает протяжный резкий сигнал.
Отчего шарахается в сторону тачка перед нами.
А Грозный жмет на газ до упора, мотор рычит как дикий зверь. А стрелка спидометра начинает заваливаться.
- Не надо... - шепчу испуганно.
Мне почему-то кажется, что этот мужчина решил убить нас. Сейчас он разгонится и влетит в ту тачку, что испуганно мечется по полосе перед нами. То старается прижаться к обочине, то виляет влево.
- Заткнись, - рычит мужчина.
Включает поворотник и вылетает на встречку. Закрываю лицо руками и молюсь. Молюсь, что бы моя сметрь была быстрой и по возможности менее болезненной.
Вспоминаю свою маму. Уже немолодую, строгую, но безмерно меня любящую. Отца, который всю мою сознательную жизнь занимал высокий пост и не имел ни выходных, ни отпуска. Был всегда на совещаниях, на заседаниях и в рабочих поездках. Но при этом когда приходил домой на несколько часов отдохнуть, всегда находил на меня время.
Сейчас, думая о них, я понимаю, что любить меня меньше они просто не могли. Я их единственный, поздний ребенок...
- Приехали! - раздаётся подобно грому над моим ухом.
Вздрагиваю и едва могу сдержать рвущийся из груди крик.
Поднимаю голову и мутным взором смотрю на круглосуточный магазинчик со старенькой металлической дверью и зарешеченными окнами.
- А? - встряхиваю головой и перевожу растерянный взгляд на своего конвоира.
Мужчина уже успел отстегнуться и, кажется, успокоится. Его серые глаза опасно прищурены. Прямой нос хищно заострился, а губы...
Неосознанно облизываю свои собственные губы, кончиком языка слизываю солёные капли.
 
.. а губы сжались в тонкую упрямую линию.
- Идешь? - спрашивает он сухо.
Словно и не было его недавнего эмоционального всплеска. Словно не он несколько минут назад кричал, какая я дрянь. Словно не его пальцы до боли впились в мое предплечье и уверенным тренированным движением не выкрутили мою руку.
- Иду, - отвечаю тихо и отстегиваю ремень.
Стоит мне потянуться к ручке открывания двери. Как Грозный сам распахивает ее снаружи.
Мои брови ползут вверх. Вот это сервис, - горько усмехаюсь я про себя.
- Спасибо, - киваю ему растерянно и делаю шаг к магазину.
Слышу за собой тяжелые мужские шаги.
Сердце разгоняется в груди, бьется чаще и тревожнее.
- Ты же не пойдешь со мной? - бросаю через плечо испуганно.
- Пойду, - он в два шага догоняет меня и перехватывает за локоть. - И без фокусов. Иначе...
Он дергает меня на себя. От неожиданности не могу удержать равновесия и падаю прямо ему в объятия.
Выставляю вперед руки и упираюсь ладошками в широкую мужскую грудь, обтянутую черной трикотажной футболкой.
Под моими ладошками напрягаются его стальные мышцы. Каждым пальчиком ощущаю, как они каменеют и бугрятся.
Прямо под правой ладошкой размеренно бьется мужское сердце. О господи, оно огромное. Мою ладонь приподнимает от каждого толчка! Я никогда не ощущала ничего подобного.
Мурашки вновь проносятся по телу, приподнимая волоски.
- Советую тебе, - он наклоняется ко мне все ближе. Его лицо замирает всего в нескольких сантиметрах от моего лица. Его близкий взгляд обжигает. Его дыхание касается моих губ, - не дурить. Я все равно поймаю тебя. И тогда тебе точно не понравиться то, что я с тобой сделаю. Обещаю.
Его хриплый уверенных голос проникает в меня, заставляет задрожать от тембра и двусмысленности одновременно.
Сердце разгоняется в груди до ста.
«Я тебя все равно поймаю!» - неожиданно мне нравится, как он перекатывает на языке каждый звук, рычит и тянет слоги.
Черт! Встряхиваю головой и задеваю щекой его небритую колючую щеку.
От прикосновения колючей щетины меня подбрасывает. Кожа на лице взрывается миллионом импульсов. Все они разбегаются по телу, заставляя его в очередной раз дрожать. Только на этот раз не от страха.
Дрожь переходит в странное томление в груди, которое становится все ярче и горячее.
Пока, наконец, огненной волной не разносится по всему телу и не затихает где-то в районе трусиков.
Глава 17. Аглая
Резко отталкиваю от себя мужчину и отвожу взгляд.
- Я все поняла, - отвечаю слишком резко, рвано и невнятно.
Да что со мной такое?
Каждой клеточкой ощущаю на себе его внимательный изучающий взгляд. Но разбираться с этим дальше не собираюсь.
Пусть думает, что хочет. Мне нет до этого никакого дела.
Разворачиваюсь в сторону магазина.
Мужчина не отстает ни на шаг.
Стоит подойти ближе, как из чахлых кустиков прямо нам наперерез бросается котенок.
Не новорожденный, но еще довольно молодой и игривый.
Он с разбегу прыгает на мою штанину и намертво цепляется за нее острыми коготками.
От неожиданности вскрикиваю.
- Это просто кошка, - по напряжённым нервам проходится мужской пренебрежительный тон.
Грозный наклоняется и тянет свою огромную ручищу к серому комочку на моей штанине.
Его жест слишком резкий и уверенный напоминает мне об инциденте в машине. Перед все еще мутным взглядом уже встает картина, как этот чёрствый солдафон просто отшвырнет от меня котенка обратно в заросли и пойдет дальше. И это в лучшем случае.
А в худшем....
Не знаю, зачем моя фантазия мне все это рисует, но я почти слышу, как ломаются косточки в неокрепшей кошачьей шее...