Каменный трон (СИ)

Коборн кивнул, соглашаясь с моими доводами, но неодобрение так и осталось в его глазах, словно говоривших, что я все равно могла бы одеться более нарядно.
— Перестань, — ответила я и вышла из комнаты. Сбежав по лестнице, замерла на последней ступеньке. Норфолк стоял ко мне спиной, беседуя о чем-то с Рупертом. Услышав мои шаги, он обернулся. Темный взгляд пробежал по моему телу, я улыбнулась. К моему удивлению, принц надел черные джинсы, но длинный крупной вязки свитер был синим, под стать моему. Северин шагнул ко мне, пригнулся, целуя мою руку.
— Я рад, что вы оделись соответствующе, — произнес он тихо.
За моей спиной раздался кашель. Это спустился мой отец.
— Я надеюсь, вы вдвоем приятно проведете вечер, — сказал Маркус.
— Я тоже, — принц не отрывал от меня своего взгляда, — И обещаю доставить вашу дочь домой в целости и невредимости до двенадцати.
Мужчины раскланялись.
— Пока пап, — сказала я у дверей и помахала отцу рукой.
Мы вышли из дома. Вокруг сгущались вечерние сумерки. Серое небо отливало багряным. Скоро начнется дождь, почему-то подумалось мне. Я запахнула короткое пальто и села на переднее сидение машины принца. Он захлопнул за мной дверцу и сел рядом на место водителя.
— У вас хорошая машина, — сказала я, оглядывая салон.
— Рад, что она вам понравилась, — он вставил ключ в замок зажигания, и вдруг неожиданно повернулся ко мне, — Может, перейдем на ты? — предложил он и добавил, — Хотя бы на сегодняшний день. Все-таки там, куда мы сейчас направляемся, такие условности уже не в моде.
— Я согласна, — ответила я.
Автомобиль двинулся с места и покатил в сторону ворот, шурша гравием.
Вечер прошел относительно спокойно. Выехав из туманного моста, мы покатили по шоссе и вскоре ворвались в город, с его мигающими огнями витрин и огромных рекламных плакатов. Затем подъехали к кинотеатру. Оставив на парковке автомобиль, купили билеты и еще успели до начала сеанса прогуляться по мостовой у реки. К моему удивлению, время, проведенное в обществе Норфолка, пролетело незаметно. Мы посмотрели отличную комедию, я от души посмеялась и была немного расстроена, когда после чашечки кофе посмотрела на часы и поняла, что время уже подходит к полуночи, а мне еще надо было заехать домой за Мартой. Уже сидя в машине и мчась по трассе в сторону пригорода, где располагался мой дом, я поблагодарила Северина за прекрасно проведенный вечер, при этом признаваясь самой себе, что говорю чистую правду. А он сидел за рулем и, глядя на освещенную светом фар несущуюся нам навстречу дорогу, только тихо улыбался чему-то понятному лишь ему одному.
— Вот мой дом, — я указала рукой на маленький домик, появившийся из-за поворота. Северин припарковался, и я выбралась из салона.
— Не думал, что у тебя есть здесь дом, — произнес Норфолк, хлопнув дверцей. Он подошел ко мне и, облокотившись на машину, посмотрел оценивающим взглядом на дом.
— Мой маленький кусочек рая, — сказала я вдохновленно, — Обычно я сбегаю сюда, когда устаю от проблем, — я покосилась на принца, — Хочешь зайти?
— Не откажусь, — ответил он.
Я прошла по дорожке к крыльцу, привычно нашарила рукой под дверным ковриком ключ и, выпрямившись с удивлением огляделась. По идее, Марта уже должна была быть здесь. Она всегда появлялась, едва стоило мне ступить на порог. Я пожала плечами и, толкнув дверь, вошла внутрь. Включив свет, оглянулась на следующего за мной принца.
 
— Я не ждала гостей, поэтому извини за беспорядок, — произнесла я, — Кофе будешь? — спросила и, не дожидаясь ответа, прошла на кухню.
— Не откажусь, — донеслось вслед из коридора.
Я набрала в чайник воду и, включив его, вышла из кухни, направившись по лестнице наверх.
— Тебе помочь? — спросил Северин, поднимаясь следом.
— Нет. Я только найду корзинку Марты и спущусь, — крикнула я, открыв двери в мастерскую, где сложенными рядами на столе, диване и даже на полу лежали краски, рулоны бумаги, кисти и подрамники с еще не загрунтованным холстом. В моей мастерской всегда царил бардак. У меня никогда не получалось разложить все по полкам, как надлежало нормальному человеку. В моем творческом беспорядке вещи пропадали и находились столь неожиданно, что подчас это было для меня сюрпризом, а сейчас я пыталась отыскать в груде сваленных вещей маленькую корзинку для перевозки животных, приобретенную мной по случаю появления Марты. Хотя, честно говоря, не думала, что она когда-нибудь мне пригодится.
— Я не знал, что ты рисуешь, — Северин появился за моей спиной так неожиданно, что я подпрыгнула в испуге.
— Я думала, ты остался внизу.
Норфолк прошелся по комнате, старательно переступая через разбросанные на полу кисти.
— Обычно у меня не такой беспорядок, — попыталась оправдаться я, но он не обратил внимание на мои слова. Присев перед отставленными у стены полотнами с моими, как я их шутки ради называла, шедеврами, он стал перебирать их, разглядывая с явным интересом.
— Ой, не делай такое лицо, — сказала я, — Я прекрасно понимаю, что это мазня, но я всегда рисую только для себя…и не претендую на мировое признание.
— Так вот как ты отдыхаешь от проблем, — проговорил Северин.
— Я давно уже не рисовала, — сказала я и направилась к шкафу, одиноко стоящему у стены. Открыв дверцы, тут же увидела то, что искала.
— Пойдем вниз, — я извлекла корзину и закрыла шкаф, — Чайник, наверное, давно закипел.
Норфолк встал, держа в руках маленький холст. Пока он не смотрел на меня, я бросила изучающий взгляд на его лицо. Странно, подумалось мне, он совсем не так страшен, как показался мне при нашей первой встрече. Наверно, я уже привыкла к тому, как он выглядит и ведет себя. Затем мой взгляд переместился на картину в его руках.
— О, эта — моя любимая, — сказала я, глядя на изображение молодой девушки, бредущей по берегу океана. Ее лицо было не четким, залитое ярким солнечным светом. Но я то знала, кто изображен на картине.
— Хочешь, я подарю ее тебе, — неожиданно для себя самой произнесла я. Северин вскинул голову, наши взгляды встретились.
— Та картина в галерее, — сказал он, — Это ведь ты нарисовала свой портрет, что висит там?
Я отвела глаза.
— У тебя талант.
— Когда-то я хотела писать картины, — проговорила я и вышла из комнаты.
— Тогда почему не пишешь? Что-то изменилось? — он вышел следом и прикрыл дверь. Я заметила, что картину он сжимает в руках.
— Да, — сказала я, — Многое изменилось. В первую очередь — я сама.
Спустившись по лестнице, я почувствовала, как в прихожей гуляет сквозняк. Входная дверь была приоткрыта. Под ноги мне бросилась Марта. Я с усмешкой подхватила кошку на руки.