Каменный трон (СИ)

Амадеус встал из-за стола, прошелся к камину.
— Я уже столько лет ищу этот кристалл, — произнес он.
— Прошу меня простить, — тихо произнес Коллум, — Но, возможно, ваш покойный отец, правильно решил, передав камень принцу Северину. Вы не совсем понимаете той силы, что заключена в нем.
Амадеус резко развернулся. Его глаза опасно сверкнули.
— Этот кристалл дает моему брату силы, которых он не заслуживает, — сказал король, — Отец думал, что Северин займет его место, если бы он знал, что мой брат трусливо отречется от престола, он никогда не отдал бы камень ему. Ты думаешь, Северин уступил мне, потому что больше всего на свете любит свободу? Ты ошибаешься. Больше всего на свете он боится той ответственности, что влечет за собой власть. Ведь столько жизней зависит от короля.
Коллум опустил голову, словно соглашаясь с Амадеусом.
— Уходите, — резко бросил ему король.
Гном низко поклонился и поспешил покинуть кабинет. Тень скользнул за ним. Амадеус посмотрел, как закрылась за спиной Моргана дверь, и вернулся за стол. В ярости сжал бумагу, на которой минуту назад писал указ и швырнул ее в горящее пламя камина. Что ж, подумал он, когда гном сделает своё дело он, Амадеус, сдержит свое слово и действительно освободит его. Короли никогда не нарушали данных обещаний, только ведь освобождение можно истолковать по-разному.
По губам Его Величества скользнула ленивая улыбка. Он достал новый лист бумаги и заново принялся писать.
— Северин, а эта леди Кейлин оказалась действительно очень хорошенькой, — развалившись в кресле у камина, Генри потягивал чай и, щурясь от огненных всполохов, смотрел на огонь. Северин сидел за письменным столом, проверяя какие-то бумаги, иногда что-то отмечая в кожаной тетради и занося туда какие-то пометки.
— Ты меня не слышишь, — продолжил Барратт, — Я пообщался сегодня с твоей дамой и она, признаюсь, пришлась мне по душе. А еще она просто очаровательно пахнет…Ммм…
Северин оторвал взгляд от бумаг и посмотрел на друга:
— Леди Коборн не моя дама, — сказал он и добавил, — Оставь, пожалуйста свои волчьи замашки!
— Вероятно на данный момент не твоя, но я чувствую, что скоро она ею станет, — Генри забавно хихикнул и положил ноги на маленькую скамеечку стоящую рядом с креслом, — Она единственная, кто не шарахается от тебя, как от чумы, — добавил он, — А про запах, так ты это зря. Теперь, если захочу, я смогу найти ее на расстоянии в несколько километров, если она окажется поблизости. Судя по всему, она теперь часто будет заглядывать в этот дом.
Северин нахмурился и, схватив со стола деревянный штамп, запустил им в Генри. Тот ловко вскочив с кресла, успел увернуться, и штамп пролетел мимо цели, ударившись в стену, напротив.
— Ну что ты обижаешься, сам ведь знаешь, что не красавец, — сказал он и, подобрав с пола деревянный предмет, направился к столу друга и водрузил штамп на место.
— Меня настораживает закономерность, с которой леди Кейлин попадает в неприятности, — сказал принц, — Это определенно происходит не случайно. Кто-то нарочно сталкивает нас…
— Ты думаешь, Это Амадеус? — тон Генри утратил всю веселость.
— Да. Мне интересно только одно. Леди Коборн осознанно помогает ему или ее используют?
— Из чего следует, что она тебе не безразлична, — произнес Барратт, — Иначе ты бы не стал заморачиваться подобными пустяками.
 
Питер ждал, что Северин опровергнет его замечание, но к его удивлению, принц промолчал. Он с новым усердием стал что-то писать в своей тетради, избегая смотреть другу в глаза. Брови Барратта медленно поползли вверх.
— Значит, я прав! — произнес он с улыбкой.
— Я не отрицаю своего интереса, — сказал Северин, не отрываясь от бумаг, — И она действительно не шарахается от меня как от чумы. Леди Кейлин нравится мне, но не более того.
Генри присел на край письменного стола.
— Ну, это ты сейчас так говоришь, — он улыбнулся.
— Завтра у нас с Кейлин как бы свидание, — произнес Норфолк.
— Как бы?!
— Я пригласил ее в кино…
Барратт присвистнул.
— И у меня будет к тебе небольшая просьба, — Северин поставил точку в конце предложения и захлопнул тетрадь. Его взгляд обратился к другу, — Я хочу, чтобы ты завтра побыл в моем доме. Я думаю, что Амадеус уже знает, что я буду отсутствовать вечером, и непременно воспользуется случаем, чтобы послать сюда своих воришек. Мне надо, чтобы ты припугнул их, а при случае выловил. Я хочу точно знать, что это мой брат.
Генри согласно кивнул.
— Сделаю, что смогу, — и добавил, — Кстати, тот человек, который заколдовал лошадь леди Коборн… Я, конечно, могу ошибаться, но я нашел следы его магии и кажется, я знаю, кто это… Но…
— Но ты все же сомневаешься! — предположил Северин, поднимаясь из-за стола.
— Да. Ведь тот, о ком я подумал, сейчас должен находиться в одной из башен Фолка.
— Коллум? — ничуть не удивившись, спросил Норфолк, — Все возможно.
— Да, но он ненавидит Амадеуса всей душой, — сказал Генри, — И вряд ли согласится работать на него.
— Согласен, но кто знает, что мог пообещать ему мой брат, — задумчиво добавил Северин, — Если он на стороне короля, то нас ждут большие неприятности.
  
Глава 8
 
Не знаю почему, но перед предстоящим свиданием я волновалась так, как никогда в жизни. Я перебрала кучу своей одежды, перемеряла груду вещей и в итоге пришла к решению одеть свои любимые джинсы и темно-синий свитерок. Все-таки мы собирались в кино, а не в театр. И мне отчего-то не хотелось, чтобы Норфолк подумал, что я старалась специально ради него.
Я зачесала волосы в конский хвост и покрутилась перед зеркалом. В комнату без стука вошел отец. Я вспомнила, как вчера вечером они с Эдвардом суетились вокруг меня, выспрашивая подробности моей неудачной поездки на охоте. Мне показалось, что Эдвард стал немного расстроен, узнав о предстоящем свидании с принцем.
— Вы сами этого хотели, — сказала я им тогда. Отец молча согласился. Да и что он мог сказать, если сам предложил мою кандидатуру королю.
— Ты уже готова? — спросил Маркус, входя в комнату. Я увидела его в зеркальном отражении. Отец смотрел на меня, — Норфолк уже приехал, — Маркус бросил оценивающий взгляд на мою одежду и только вздохнул, не решившись намекнуть, что мне, вероятно, стоило одеться более женственно. Я почувствовала неодобрение в его взгляде, но предпочла не начинать этот разговор.
— Думаю, ему понравится, — со вздохом сказал отец.
— Пап, мы же просто идем в Кино! Не думаю, что бальное платье, в котором ты бы хотел меня видеть, будет уместно в кинотеатре.