Особое зелье

Стоимость компенсации от узла тут же начала расти обратно, всё ближе и ближе к старой цифре. А затем, из-за непонятливости некоторых, и вовсе её превысила. Отдельным удовольствием в этот момент было наблюдать за изменением эмоций на лицах Сеолы и Умаяна.
Победное выражение сменилось задумчивым… Затем — удивлённым…
А потом сквозь удивление проступило отчаяние, граничащее с паникой.
Муся использовал все те аргументы, которыми они сбивали цену в первой половине торга, чтобы теперь её поднять.
Когда Сеола и Умаян выходили из шатра, глаза у них были круглыми, лица — вытянутыми, а жизнь — загубленной. Ведь в итоге Пустырь обязался выплатить по пятьдесят три тысячи каждому «оскорблённому». Ну и ещё сверху двадцать тысяч лично Игорю, чтобы смазать тяжёлые жернова правосудия.
— Знаете, шо я вам скажу, друзья мои? — проговорил Муся, достав из сумки флягу и сделав из неё долгий глоток. — Шо пока живут на свете жадные и глупые люди, убивать я-таки буду только порождений и чудовищ! А вооружённым грабежом пусть занимаются тупые неудачники!
— Спасибо… Я всегда мечтал увидеть, как их выставят на деньги! — Оасан не поленился отвесить Мусе поясной поклон, а тот отмахнулся и предложил:
— Просто поставьте мне где-нибудь скромный памятник с подписью: «Моисею — покарателю поцов!». Этого мне будет достаточно! Кстати!.. Игорь, я сдержал своё слово и отстоял наши столь любимые уже всем сердцем капиталы, хотя их нам ещё не принесли. И, думаю, если после получения денег мы быстренько закончим расследование, тогда нам не придётся доказывать своё право на эти деньги силой.
— Закончим, — кивнул Игорь.
Деньги, правда, пришлось ждать до следующего утра. Сумма была настолько огромной, что собрать её быстро не смогли даже на Пустыре. Тем более, как подозревал Муся, большую часть выкупа Сеоле и Умаяну пришлось платить из собственного кармана, срочно распродавая всё, что можно было.
Утром мешок с деньгами был доставлен к шатру, а затем торжественно передан Бизону, который тут же умудрился куда-то его спрятать. Впрочем, Игорь давно догадывался, что у обоих героев есть немаленькое хранилище в каком-нибудь свёрнутом пространстве. И доступ туда имеют только они.
После завтрака отряд снова выдвинулся на дело. Ну то есть на поиски того, кто хотел подкинуть какую-то улику в вещи Игоря. Конечно, было бы лучше искать его по горячим следам, но Бизон резонно заметил, что достаточно просто поймать. А дальше этот подозрительный тип сам всё расскажет.
На этот раз идти пришлось через весь узел. Миновав основные улицы и торговые площади, отряд даже приблизился к туманным стенам. «Ощущение мерзости» вело Игоря и его спутников всё дальше и дальше, к краю Пустыря.
У самой границы тумана они обнаружили очередные руины. Видимо, было всё-таки время, когда на Пустыре имелось постоянное поселение. Правда, похоже, это относилось к какому-то очень давнему периоду. Оставшиеся с тех времён здания были практически разрушены.
И найденные руины ничем из общей тенденции не выбивались. Несколько прямоугольников камней, которые выделялись на фоне естественных неровностей почвы разве что своими правильными формами и прямыми углами. В общем-то, это даже сложно было назвать постройкой.
Вот только стоило Игорю и его спутникам пройти мимо, как «ощущение мерзости» резко изменило направление. Для верности Игорь обошёл руины по кругу, но навык чётко указывал на них. Цель поисков явно находилась где-то внутри.
— Он там, — Игорь кивнул на руины.
— Не то чтобы я сомневался в твоих словах… — покачал головой Бизон. — Но спрятаться среди этих камней как-то…
— Да никак там не спрятаться тому, кто больше зайца! — поддержала мужа Растрёпа. — Игорь, тот нехороший тип точно там?
— Полной уверенности у меня нет… — признался Игорь. — Но, по ощущениям, именно там. Могу проверить ещё раз.
И он снова прошёлся вокруг руин, пытаясь нащупать направление. Не с первого раза, конечно, но всё получилось. «Ощущение мерзости» указывало на руины, но делало это как-то странно. Будто есть, помимо главного, ещё какое-то направление.
 
И только спустя несколько минут до Игоря, наконец, дошло. Разобравшись, в чём дело, он даже рассмеялся.
— Понял, куда идти? — догадался Эрин.
— Да! — Игорь кивнул. — Он и вправду в этих руинах.
— Невидимка? Бесплотный? Прикопанный труп? — деловито уточнил Бизон.
— Если бы он умер, я бы его не нашёл, — Игорь покачал головой. — Он там, в руинах. Живой. Просто где-то под землёй.
— Ну да, логично… — кивнула Растрёпа. — Если сверху всё сломалось и обрушилось, это ещё не значит, что подвал тоже не выстоял. Осталось найти вход…
Когда знаешь, что искать — обязательно найдёшь. И хотя первые полчаса внятного результата не дали, но упорство Игоря и всех остальных принесло свои плоды.
Вход нашёл Эрин, приметив его по следам. Он логично предположил, что человеку, который прячется внизу, кто-то приносит еду и воду. А значит, надо просто присмотреться, где больше натоптано. Въедливому нюхачу не помешали даже следы его спутников. Найдя место, где земля плотнее всего утрамбована, он обнаружил рядом и старую каменную плиту, вросшую в землю.
Вокруг плиты лежало несколько камней, на которых заметны были свежие сколы и царапины. А вот на самой плите таких сколов не нашлось. Правда, поднять её Эрин так и не смог. Зато Бизону это оказалось под силу.
Под плитой обнаружился спуск в подвал. Неглубокий колодец глубиной в полтора метра, а затем ступеньки, уводящие вниз. Первыми внутрь полезли всё те же Муся и Бизон, следом — Игорь, а уже за ним — Эрин, Растрёпа и Вера.
Не слишком длинная лестница кончалась деревянной дверью. Доски, из которых она была сделана, уже давно рассохлись, и сквозь щели виднелся свет пламени. А за дверью обнаружилась маленькая комната, где стояла кровать, шкаф, стол и несколько стульев.
За столом сидел уже знакомый мужчина, который что-то читал при свете свечей. Услышав, как скрипнула дверь, он даже не стал оборачиваться. Только спросил усталым голосом:
— Ну и что там этот придурок? Унялся уже или ещё расследует?
— Этот придурок близок к концу расследования! — не удержался от шутки Игорь.
Он, правда, совсем не ожидал, к чему она приведёт. При звуках его голоса мужчина выпустил книгу и в прыжке метнулся через стол, подальше от гостей. Уже за столом, вытащив из ножен на поясе белоснежный нож, он с разворота полоснул воздух у себя за спиной.
И сделал это так ловко, что бегущий за ним Муся еле успел увернуться. Тем не менее, дальнейшее сопротивление было подавлено. Причём в буквальном смысле слова. Поймав руку с ножом, Бизон всем весом навалился на бедолагу, отчего тот шлёпнулся на пол и теперь мог только сдавленно хрипеть.
А Муся тоже времени даром не терял: ловко связал пленнику сначала ноги, а потом — руки. Нож из Снега Упорядоченного подобрал Игорь. Ну а Эрин принялся обыскивать комнату. Пленник пытался артачиться, кричал, получил в зубы от Муси, ещё разок… Однако не успокоился.
— Надо ему рот кляпом заткнуть, а дальше нести в шатёр! — предложил Бизон. — Там я с ним уже нормально пообщаюсь.
— Я ничего не скажу! Ничего не знаю! — орал пленник.
— Всё ты знаешь, — успокоил его Бизон. — И всё расскажешь! Потому что если честно, парень, то я бы сам себе всё рассказал!.. А значит, и ты мне всё расскажешь. Правда, возможно, ты не сразу поймёшь, что это лучший для тебя выход… Но рано или поздно поймёшь! Обещаю!
Услышав эти слова, пленник сразу осёкся, замолчал и как-то даже загрустил. Но кляп ему в рот всё равно вставили. Связанный пленник и так привлёк бы немало внимания. А уж если он ещё и орать будет…
  
Глава 21
 
Конец расследования
 
— Ну и как тебя зовут, инвалид? — спросил Бизон, когда пленник уже был привязан к лежаку, а Оасан разложил рядом медицинский набор.
К слову, Растрёпа снова увела Веру из шатра. А вот Игорь уже традиционно решил остаться и посмотреть, чем дело закончится.