Карьера

— Каким образом?
— Когда ты пришел, я говорил по телефону с мистером Баллентайном. Он уже слышал о сцене в фуршетном зале. Знаешь, что сказал шеф? «Я, конечно, уважаю Неда за то, что он слегка подпортил ублюдку вечер. Но твой друг всё равно поступил очень глупо».
Я пожал плечами:
— Виновен по всем статьям. Извини.
— Извинения приняты. Кстати, можешь выложить вещи из сумки. Никто не собирается тебя увольнять.
— Спасибо, Джерри.
— Но положение не изменилось. «Джи-Би-Эс» — крупнейшая международная компания в компьютерном бизнесе. Для нас Тед Петерсон — свой человек в крупной фирме. Пусть он и сукин сын, но зато — свой. Мы не хотели бы его терять. Так что мистер Баллентайн предлагает следующее: ты приглашаешь Теда на ужин и за едой восстанавливаешь отношения…
— Да никогда в жизни!
— Нед, если мистер Би что-нибудь предлагает — считай его предложение приказом.
— Но твой шеф хотя бы понимает, что произошло между мной и Петерсоном?
— Разумеется. И конечно же, он — на твоей стороне. Но повторюсь: таков уж бизнес, и как любит говорить мистер Би, в бизнесе часто приходится спать с отродьем. В общем, босс решил, что твой характер укрепит встреча с Петерсоном тет-а-тет, за обедом, чтобы достичь с ним какого-никакого компромисса.
— Мне не особенно нравится такая идея.
— Нед, сэ ля ви, мать ее.
— А если откажусь?
— Боюсь, тогда тебе и в самом деле придется собирать багаж.
Иного ответа я и не ожидал. Как раз таких слов и боялся. Вскинул руки высоко над головой в интернациональном жесте капитуляции:
— Хорошо, согласен на встречу.
— Ай, молодца!
— Но что если Тед не захочет со мной встречаться? Тем более после всех гадостей, что я наговорил о нем при всех?
— Он не откажется от встречи.
— Откуда ты знаешь?
— Потому что Петерсону нужна работа эксперта. Очень сильно. Ему без этой работы — жизнь не мила.
Зазвонил телефон. Джерри взял трубку. Быстро, вполшопота, переговорил со звонившим и отсоединился.
— Свидание вечером. Сильно разозлилась: я обещал встретить ее в «Одеоне» полчаса тому назад.
— Можешь обвинить во всем меня.
— Обвиню, даже не сомневайся. Свободен завтра вечером?
— Кажется, да.
— Тогда я постараюсь организовать ужин с Петерсоном на завтра. Возможно, рядом со Стэмфордским офисом. Лучше как можно быстрее разобраться с возникшей ситуацией. Кстати, как там Бостон?
— Вот как раз об этом я и хотел поговорить. Человек из «Фидерал энд Стейт», с которым я разговаривал…
— Здорово, что удалось добиться встречи! Их контора — серьезный лидер в бизнесе инвестиционных фондов…
— Да, но тот, с кем я разговаривал, он… В общем, у моего собеседника возникли кое-какие вопросы насчет «Эскалибура».
— Послушай, сейчас у меня нет времени, честно.
— Может завтра, за завтраком?
— Я завтракаю в «Филли». А потом отправляюсь в Вильмингтон и Балтимор, на две встречи подряд. Раньше десяти вечера не вернусь. А знаешь что? Я встречу тебя примерно в десять тридцать, где-нибудь посидим, выпьем, а ты мне расскажешь про Бостон и о том, как удалось наладить отношения с Петерсоном. Я загружу Пегги, пусть договорится с секретаршей Петерсона о времени ужина, и она позвонит тебе, как только будет точно известно, где и когда состоится трапеза.
Разумеется, на следующее утро, в одиннадцать утра, в моем офисе зазвонил телефон. Звонила секретарша Джерри, Пегги. Девушка сообщила: ужин с мистером Петерсоном состоится в семь вечера, в Коннектикуте, на террасе «Хъятт Редженси Отеля», расположенного на Пост-Роуд, в Оулд-Гринвиче.
— Мистер Петерсон приедет в «Хъятт» сразу же по возвращении из офиса, — сообщила Пегги, — но если вы успеете на электричку Метро-Норт, отходящую прямо с центрального вокзала в восемнадцать ноль четыре минуты, то приедете в Оулд-Гринвич к восемнадцати сорока восьми. А оттуда на такси до ресторана не более десяти минут езды. Так что вы встретитесь как раз вовремя.
Так бы всё и произошло, не опоздай моя электричка почти на полчаса.
Звоню с мобильника в ресторан, чтобы предупредить о задержке. Я и без того напуган перспективой встречи с Петерсоном, а сейчас чувствую, как уровень беспокойства просто зашкаливает.
 
Петерсон уселся за столиком в углу. Выглядит ужасно. Бледная, как тесто, кожа, под глазами — следы усталости, глубокие черные провалы, ногти на руках изгрызены. Вид человека, не высыпавшегося несколько дней, жившего в постоянном, до сих пор не развеянном страхе.
И еще он пил. Запойно. Садясь за столик, я заметил, как официант поставил перед Петерсоном новую порцию виски со льдом. Тед успел провонять «Джонни Уокером».
— Спасибо, что поторопился, — съязвил он.
— А разве тебе не передали сообщение? Поезд…
— Да, сказали. Выпьешь? Я без тебя успел принять три стакана.
— Бокал «перрье», пожалуйста, — попросил я официантку.
— Ты что, мормон?
— Просто не пью, Тед.
— Ну, тогда буду в одиночку, — произнес он и сделал большой глоток скотча.
— Можешь поверить, мне наша встреча тоже не доставляет особой радости, — признался я.
— Да уж, Нед, ты устроил настоящее долбаное шоу прошлым вечером в «Паркер Меридиэн». Спасибо тебе.
— Заслужил.
— Значит, всерьез решил меня достать, да?
— Да ладно тебе! А кто позвонил тому слюнтяю в «Хоум Компьютер Монсли», кто угрожал лишить их заказов от «Джи-Би-Эс», если не уволят Айвана? А кто выкинул такой же гнусный фортель с Филом Гудвином, чтобы мне не досталась работа?!
— А кто вынудил меня заказать рекламный разворот в «Компу-Уорлде»?!
— Ты отменил установленное соглашение, забыл?
— А ты пытался надавить на меня… чем очень разозлил.
— А, я понял. Ты из тех уродов, что верят, будто бизнес — война. Ели тебя кто-то разозлил, значит, имеешь полное право разрушить его карьеру?!
— Я живу по очень простому принципу: ты кинул меня — я кину тебя. Кажется, это правило еще называют «законом джунглей».
— Не джунглей, а подлецов, вроде тебя…
Подали напитки, и пришлось замолчать на полуслове. Пока официантка ставила перед Тедом новый стакан скотча, тот осушил предыдущий.
— Ужин будете заказывать? — поинтересовалась девушка.
— Я не голоден, — отказался Тед.
— И я.
Как только женщина оказалась вне пределов слышимости, Тед прошипел:
— Хочешь маленький секрет? Мне совершенно насрать, что ты обо мне думаешь. И на твоем месте я бы не пытался ставить в игре со мной на моральную карту. Тем более, что я знаю о твоих делишках.
— Нет у меня никаких делишек.
— Ну, конечно, можешь говорить, что хочешь. Но я-то знаю…
— Что знаешь?
— Знаю, какую игру ты затеял.
— Какую еще игру, черт подери?
— Дружище, не прикидывайся передо мной простачком. Думаешь, я не понимаю подтекста нашей встречи? Знаешь, можешь передать своему шефу, Джерри: я схватываю всё на лету. Осознал и уяснил.
Я ошарашенно уставился на Петерсона:
— Что-то не улавливаю…
— Правда? — Тед издал ядовитый смешок. — Парень, а ты, оказывается, вовсе не такой уж и простофиля, как я думал! Хотя чего еще ожидать от истинного последователя Джека Баллентайна?
Укол страха. Тед улыбнулся, заметив мое состояние. А заодно щелкнул пальцами и показал официантке на опустошенный стакан.
— Даже не понимаю, о чем ты, — признался я.
— Это тебя Джерри так запрограммировал?
— Никто меня не программировал…
— Ах да, извини. Забыл, что ты — не муннит, а всего лишь новообращенный из Церкви Великого Вдохновителя.
— Я не работаю на Джека Баллентайна.
— Еще как работаешь. Я ведь тоже работаю на него…
— Теперь я совершенно запутался, — произнес я.
— Еще бы. Ты же «ничего не знаешь». Совсем ничего.
— Послушай, я действительно…
— Тогда что ты делаешь здесь этим вечером?
— Джери хотел, чтобы я с тобой поговорил.
— Ну вот! Что и требовалось доказать.
— …Потому что надеется: мы сможем выяснить отношения.