Плохой (ЛП)

Проходя по дому, я думаю о том, как красиво выглядела бы Камилла, опершись на мою руку на всех этих скучных политических собраниях. Все мужчины позавидовали бы мне, и поэтому я беру её сегодня вечером, чтобы прощупать почву. Антон на самом деле не имеет никакого значения. Какой бы шум она ни подняла, он всё равно будет извиваться у меня под пальцами, как личинка. Я останавливаюсь возле её комнаты, поправляю запонки, прежде чем распахнуть двери. И, как я и предполагал, она не готова. С чего бы ей готовиться? Вместо этого она растянулась поперёк кровати с книгой в руке, всё ещё одетая в свою одежду для убийств.
О, разве ты не выглядишь такой прекрасной в своей окровавленной одежде?
Дверь за мной захлопывается, но она не замечает моего присутствия. Как будто её ничто не волнует в этом мире, она переворачивает страницу и откидывает свои тёмные волосы в сторону. Вот тогда я замечаю брызги крови у неё на шее, я делаю вдох, подавляя мысль о том, как я мог бы трахнуть её.
Я хлопаю в ладоши, и она подпрыгивает на кровати.
— Ты не одета, — говорю я.
— Уже поздно. — Она вздыхает. — Зачем мне нужно одеваться?
— Тебе было сказано одеться.
— Ты чертовски восхитителен сегодня вечером. Куда, скажи на милость, я направляюсь? — она закатывает глаза, прежде чем сесть.
— Сказал. Одевайся.
— Мы собираемся в поход по лесу? Идём на вечеринку? Что бы ты хотел, чтобы я надела, Русский?
Мои губы приподнимаются, когда я направляюсь к шкафу. Я хватаю платье с вешалки и бросаю ей.
— Это подойдёт.
— Ты даже не собираешься намекнуть мне, куда мы направляемся? — её пристальный взгляд скользит по моему лицу, и она улыбается.
Я щёлкаю пальцами.
— Надень это платье.
— О, ясно. Тебе приходится нянчиться со мной, потому что мужчины, которых ты нанимаешь, слишком дерьмовые, чтобы это делать.
Я смотрю на свои часы, прежде чем взять её за запястье и подтащить к краю кровати.
— Я приказал им не делать этого. А теперь надень это чёртово платье. — Я стону, отпуская её.
— Ну, элементарное чувство самосохранения должно перевесить твои приказы.
— У меня нет времени на твою болтовню. Одевайся, пока я не сделал это за тебя.
В её глазах пляшут дикие искорки, и она опускается на колени на кровати, оказываясь лицом ко мне.
«С такой забавной вещью можно играть», — думаю я, сжимая в кулаках вырез её грязного платья и дёргая. Тонкий материал рвётся посередине, и она теряет равновесие. Её глаза вспыхивают. Её ладонь взлетает к моей груди, когда она пытается удержаться. К моему большому удивлению, она совершенно голая под этим платьем. Её тёмные соски напрягаются, грудь вздымается одним неровным движением, и я изо всех сил пытаюсь сдержать животный порыв, грызущий меня изнутри. Умоляющий меня повалить её на спину и раздвинуть её ноги.
— Одевайся, — я приближаю свой нос в нескольких дюймах от её, — одевайся.
— О, Ронан. — Её пальцы скользят от воротника моей рубашки к обнажённому горлу, и я сжимаю челюсти, когда меня обдаёт жаром. — Такой идеальный образец самоконтроля, — говорит она, прикусывая губу. — Позор.
В таком состоянии она почти невыносима.
— Может быть, ты предпочитаешь, чтобы тебя вытащили голой на холод?
Она придвигается ближе на коленях. Её груди задевают мою рубашку, когда она наклоняется, и я борюсь со стоном.
— Любой мог бы подумать, что я не нравлюсь тебе голой, — выдыхает она мне в губы. Похоть бурлит у меня под кожей. Мой член набухает. Мои пальцы дёргаются по бокам, испытывая острое желание провести по её обнажённой киске. И хотя она, возможно, находится на тонкой грани обольщения, я тоже могу так сделать.
Я провожу своими губами по её губам, затем провожу ими по её щеке, направляясь к уху.
— Я не люблю, когда с женщинами легко, — шепчу я. Улыбаясь, я делаю шаг назад, хватаю платье с пола и бросаю его ей.
— А мне нравятся мужчины, которые берут то, что хотят. Как я уже сказала, позор.
Я предпочёл проигнорировать её, предоставив ей последнее слово просто лишь для того, чтобы ускорить процесс. Она влезает в платье, натягивая его на свои изгибы, прежде чем подойти к зеркалу. Платье с глубоким вырезом на спине открывает большую замысловатую татуировку. Тёмные ангелы и демоны, сцена жуткого насилия. Её душа темна, и это так противоречит её прекрасной внешности. Манящее и летальное, такое смертоносное сочетание. Она смотрит на своё отражение и собирает волосы в пучок.
 
Ах! Брызги крови.
Я иду в ванную и намачиваю мочалку, ещё раз проверяя время, прежде чем вернуться в комнату. Камилла отворачивается от зеркала, свирепо глядя на меня, когда я подхожу к ней. Я перебрасываю её волосы за плечо.
— Как бы красиво это ни было… — говорю я, вытирая засохшую кровь с её шеи. — Боюсь, это неподходящее облачение для такого случая.
***
Неоновые огни клуба «Аид» отражаются от окна, когда машина огибает здание, паркуясь между «Роллс-ройсом» и «Мерседесом». Игорь вылезает из машины и направляется к чёрному ходу. Горка снега падает с карниза, когда он открывает дверь и исчезает внутри. Несколько моих людей уже ждут внутри клуба. Некоторые из них надёжно расположены на крышах окружающих зданий, но такой человек, как я, никогда не бывает чрезмерно осторожен.
Вздохнув, я бросаю взгляд на отчёт об акциях, появившийся на моём телефоне.
Вы уверены, что хотите продать 2 000 000 акций Valiant Oil?
Я нажимаю «Да», прежде чем закрыть браузер и сунуть телефон обратно в карман костюма. Эта внезапная продажа должна дать фондовому рынку небольшой толчок, а затем, когда все остальные компании запаникуют и начнут продавать, я налечу, как стервятник, и захвачу их всех. В конце концов, чем большим количеством компаний я владею, чем большее количество людей я контролирую, тем больше у меня денег, чтобы подкупить нужных людей.
Водитель выпрыгивает из машины, и я бросаю взгляд в окно на Игоря, который теперь скрывается в открытом дверном проёме. Моя дверь открывается, и я выхожу в холодную ночь. Камилла вылезает следом за мной, её глаза бегают по сторонам.
О, бесстрашная Камилла, похоже, напугана.
— Ты выглядишь встревоженной, — говорю я, поправляя пиджак, когда мы подходим к зданию.
— Ни хрена подобного. — Её дыхание превращается в облачко тумана в холодном воздухе, и она быстро обхватывает себя руками, дрожа. — Я окружена русскими, участвую в каком-то развлечении, которое вы организовали, и у меня нет оружия.
— Оружия, — смеюсь я. — С какой стати тебе понадобилось оружие? Ты со мной.
Она быстро оглядывает меня, когда мы останавливаемся перед дверным проёмом.
— Мне очень жаль, Русский. Я и не знала, что ты пуленепробиваемый. Тогда я обязательно останусь позади тебя. — Игорь отходит в сторону, и мы входим в тускло освещённый коридор. — По крайней мере, скажи мне, что у тебя есть пистолет, — шепчет она.
— Нет. — Я чувствую, как она напрягается рядом со мной.
— Отлично, — ворчит она. — Просто чертовски здорово.
— Мне не нужен пистолет.
— Если прямо сейчас ты скажешь, что ты бог, я сделаю тебе больно.
Мы продолжаем идти по коридору, и с каждым шагом она ощетинивается рядом со мной. О, как её нервная энергия вызывает во мне прилив адреналина. В мире, в котором она выросла, насилие было способом получения власти, но это уже не тот мир. Я поправляю пиджак, когда мы подходим к последней двери в коридоре.
— Молчи, пока я не скажу обратного, — говорю я, кладя руку на дверную ручку, и она закатывает глаза.
Мне так не терпится увидеть, как она отреагирует…
  
Глава 11
 
КАМИЛЛА
«Wild Thoughts» — DJ Khaled ft Rihanna (трек)
Дверь открывается, и меня вводят в маленькую, тускло освещённую комнату. За одиноким столиком сидит мужчина в костюме, его лицо скрыто в тени. Дверь со щелчком закрывается, и он вздрагивает от этого звука. Ронан пересекает комнату и выдвигает стул, жестом предлагая мне сесть, прежде чем сам садится рядом со мной. Мужчина озабоченно проводит рукой по своим седеющим волосам, затем поправляет красный шёлковый галстук. Он выглядит как любой представительный мужчина, и всё же почему-то, сидя напротив Ронана, он кажется таким маленьким и невзрачным.