Сестры. Мечты сбываются

– Да уж, такое придумать трудно!
– Пошли с Галочкой познакомлю! – предложила Дина.
Юля тут же согласилась, и все отправились знакомиться. Галочка ехать в милицию опасалась, да в общем, и не знала, как туда добираться. Юля вызвалась их довезти до станции, а Дина смотрела так жалобно, что Света в конце концов кивнула, и все, кроме печального Миши, залезли в машину. Отпускать Динку одну Свете уже не хотелось. Кроме того, не далее, как вчера, поблизости оказался черный джип. Никогда они не оставят их в покое, эти бандиты.
Место было им слишком хорошо знакомым. Это была узловая станция. Площадь, куда автобус доставил тело Колюни, синее здание линейной милиции. Здесь они ели в ресторане, а в это время Зина бежала, и руки у нее болтались, как веревки. Только не хватало Семена и художника Арсения.
Пока Миша с Галочкой ходили в милицию, Света с Диной сидели в машине. Дина вертелась во все стороны.
– Вон, вон он, цыган! Который на скрипке заставлял играть! – она показала Свете пацана с сигаретой за ухом. – А вон его сестры!
– Скрипка в багажнике, – сказала Света. – Можешь вернуть.
– Еще посмотрим на его поведение.
Дина продолжала наблюдать за цыганским семейством, а Света вспоминала тир. Как она стреляла и выиграла. Как улыбался ей стрелок, что обещал...
В милиции тем временем Галочка с Любой пытались объяснить капитану Истратову, что им нужна помощь. От каждого слова тот морщился и тупел прямо на глазах. Лейтенант Лошак усмехался в усы, в беседу не встревал, но слушал внимательно.
– Не пойму я вас, барышня, – Истратов откинулся на спинку стула. – Говорите ясно, что произошло. От Павла Дредо жалоб никаких не поступало. Информация, что его взяли в заложники, никем не подтверждается. Ну, может, повздорили они с Бондарчуком... Криминала я тут пока не вижу. Доказательства есть какие-нибудь? Ну и чего я буду разъезжать, бензин тратить? Это ваши личные дела, чье там имущество, кто что взрывать собирается... какая страховка... нас не касается. Это в суд. Правонарушений нету? Нету. Никого не убили, не ограбили? Так о чем тут толковать?
– Вам надо, чтобы убили? Тогда только с места тронетесь? – возмутилась Юля.
– А вы тут лошадей тренируете? – заметил, искоса глянув на нее, Истратов. – Так их и тренируйте, ладно?
Капитан уже устал и от собственной пространной речи, и от их бестолковости:
– Нет у меня оснований врываться на частную территорию, нету! То, что вы тут излагали, это лепет детский. Или домыслы. Бумага не выдержит, чего вы тут нагородили.
Лошак снова усмехнулся. Делегация растерянно переглянулась, постояла в задумчивости и, ввиду исчерпанности аргументов, расстроенной стайкой покинула помещение, не попрощавшись.
– Уфф! – Истратов сдвинул фуражку на затылок и отер пот. – Что я тебе говорил? Бондарчук-то не дремал.
– Правы вы, Александр Палыч, дело это частное, нас не касается.
– Пауки в банке, – согласился Истратов и пошел ставить чайник. – Пусть сами с добром своим разбираются.
Пока капитан заваривал чай, Лошак раздумывал, как позвонить Бондарчуку и проинформировать о событиях. Капитан тем временем вышел покурить на улицу и огляделся по сторонам. Рыженькая с делегацией все не могли успокоиться, что-то обсуждали или ждали кого, не усаживаясь в машину. На противоположной стороне площади цыганский отпрыск, как бишь его зовут-то, не мог вспомнить капитан, держа под мышкой скрипку, разговаривал с двумя девочками. Одна из них была наряжена, как кукла.
– Эй, ромалэ, как тебя там, подь-ка сюда!
Света с Диной тоже было сделали шаг, но Света притормозила. Пацан оглянулся на них с опаской: «Вас что, милиция ищет?»
– Да! – вдруг гордо заявила Дина.
– Стойте тут! – пацан шустро двинул к капитану. Они быстро переговорили.
– Чего он тут раскомандовался... – неуверенно завела Дина, но огромный капитан уже подзывал их пальцем. Они покорно двинулись к нему, не ожидая ничего хорошего. Цыганский мальчик, минуя Дину, ловко стянул у нее с волос ленту и растворился в толпе приезжих.
 
– Отдай, дурак! – возмутилась Дина.
– Молчи, – одернула Света. – Говорила, не надо было сюда ехать. Теперь у нас проблемы.
Воспользовавшись тем, что капитан отлучился, лейтенант набрал Бондарчука. Телефон долго не отвечал, потом трубка откликнулась, но голос был чужой.
– Павел Васильевич? – Лошак, наконец, опознал собеседника. – Из линейного отдела беспокоят, лейтенант Лошак. Проверочка. Поступила информация, что у вас какие-то проблемы.
– Не-а, – отозвалась трубка. – Это у дураков проблемы...
– Тогда простите за...
– У тебя скоро будут, – перебил Паша, – потому что ты не с тем дружишь...
Увидев входящего капитана, Лошак быстро дал отбой, подивившись про себя, как быстро Паша справился с Бондарчуком и что, в сущности, прав оказался он, а не капитан, переоценивший охранника.
Юля с Мишей и Галочкой остались стоять в полной растерянности. Помощи от милиции они не добились, а девочек капитан увел, бросив на ходу, что сейчас протокол будут заполнять. Чтоб не ждали, в общем. Правильно, бандиты ему не нужны, а девчонок он сцапал, этот доблестный капитан, подумала Юля, но мысли ее были прерваны.
– Сдаваться надо, – заявила Люба. – Ехать сдаваться Бондарчуку. Пощады просить.
Галочка понуро кивнула. Юля, поудивлявшись их пораженческим настроениям, предложила довезти, решив, что за девочками она вернется позже. Забрали в Брусянах Мишу и направились к замку, где их ждал сюрприз. Ворота им открыл сам Паша Вертолет, уже хорошо вкрученный, и широким жестом пригласил внутрь.
– Ну что, жена? – спросил с усмешкой. – Уже похоронила? Ощутила горе вдовства?
Вместо ответа Галочка повисла у него на шее. Миша тоже сиял от счастья.
Они сели пировать. Бондарчук сидел взаперти и не понимал, как вышло, что он потерял бдительность и заснул, а Паша просто перегрыз веревку, а потом ею же и принялся душить охранника, пока тот не захрипел и не взмолился о пощаде. Теперь Паша излагал публике план перевоспитания охранника. Галочка морщилась и советовала выгнать его к чертовой матери, но Паша ее радикальных взглядов не разделял. «Люди земли» никогда не могут смириться с тем, что они мусор, и хотят сыграть роль повыше, дело-то житейское. Бондарчук получил урок, и любопытно, какие выводы он сделает.
– Никаких, – заявила Галочка. – В другой раз лучше подготовится.
– Так и я тоже, – отвечал Паша, – я всегда буду на полкорпуса впереди.
– Так и жизнь пройдет в борьбе с Бондарчуком.
– Ну так предложи другое, – возразил Паша. – А Бондарчук, чем не времяпрепровождение? На врага он не тянет, конечно, но и Бог с ними, с врагами, что-то я их вовсе разлюбил. А развлечься и с Бондарчуком можно. Хоть и человек земли, а все Божья тварь.
– Все б играл, – ласково упрекнула Галочка.
После Пашиного освобождения она приободрилась и ожила, точно его присутствие дало ей силы для жизни.
– А Люба-то где? На кухне что ли? – спросил Паша. – А певунья куда подевалась, которую чемпион оставил. А, Миш?
– Милиция забрал, – ответствовал таджик.
– А, ну да! Она ж важная персона! У нее батя бандит! Два лимона ребенок стоит, целое состояние. Вот Бондарчук-то не знает, он бы ее продал. Как вишневый сад! Господи, ну и времена, детьми торгуем, как предметами...
Девочки пересекли площадь, медленно приближаясь к капитану. Свету начали мучить нехорошие предчувствия. Алика с мамой, скорее всего, арестовали, а их хотят сдать в детприемник.
 
Капитан Истратов завел девочек внутрь. Они зашли в комнату и сели перед толстым коротышкой на неудобные скрипучие стулья. Сидевший достал листок бумаги и приготовился его заполнять, изображая тяжелые усилия. Огромный стоял у них за спиной и дул чай, громко фыркая. В обезьяннике, как всегда, сидела Оля. Страшный голос откуда-то сбоку завыл: