Комендантская дочка. Книга 2 (СИ)

- Лери Вольди.
- Доброго дня, Ваше Высочество.
Он серьёзно произнёс:
- Я хотел сказать, что сожалею об обидных словах в ваш адрес.
- Ничего страшного, Ваше Высочество, любой человек делает субъективные выводы.
- Намекаете, что оставили критику при себе, в то время как я проговорился и показал свои ошибки? А вы можете быть злючкой, - усмехнулся принц. - Кстати, предлагаю на время пути отказаться от официальности. Трай большое значение придаёт вашему дару. Хотелось бы сотрудничать, а не плодить недопонимание. Договорились?
- Да, - коротко ответила я.
- Тогда я зову вас Варьяной, а вы меня Эджемоном.
- Кажется, было ещё два имени, которыми вас называли? - напомнила я. Просто чтобы поддержать этот странный разговор.
- Даже три. Джеми, Эд и Джомо, - охотно продолжил тему принц, - Джеми только для мамы. Эдом зовут почти все родственники и близкие люди. А вот с Джомо, наверное, придётся расстаться. Забавная была роль, но впредь куда нужнее быть Его Высочеством Эджемоном.
- Вам виднее, - согласилась я и не смогла не спросить, - вы поэтому присутствовали на оглашении приговора бывшему коменданту Южной?
- Да, в том числе, - отозвался принц, - уж очень хотелось понять, как из-за этого человека произошёл такой драматический поворот в моей судьбе. И, конечно, в жизни других людей тоже, - добавил, взглянув мне в лицо.
Всё он знал, но у меня вовсе не было желания обсуждать потери. Я постаралась повернуть беседу на историю императорского дворца. Оказалось, что Его Высочество умеет быть обаятельным и занимательным собеседником и даже понимает шутки. Это радовало, потому что контактировать в этой поездке нам приходилось часто.
Д’Илмас считал, что период до помолвки, особенно нахождение так близко к Орайвал-Айару - самое опасное время для жизни Его Высочества. Ибо переговоры о бракосочетании наследника непредвиденно затянулись, а в случае гибели второго принца ханская дочь могла претендовать на свадьбу со старшим сыном. А там и до трона императрицы недалеко. Кроме авархов, эта смерть могла сыграть на руку всем недовольным для провокации беспорядков именно сейчас, когда было принято столь непопулярное решение о приглашении невест из других стран.
В свите, помимо неизбежных высоких аристократов, ехали безопасники и маги всех стихий. Причём маг воды был выбран со специализацией целителя.
Все бытовые вопросы решались специальным человеком - церемониймейстером шествий. Его беспрекословно слушались все, даже семейство герцогов и прочая знать, собранная для солидности свадебного поезда. Предполагалось, что герцогиня на обратном пути начнёт готовить невесту к свадьбе, а также выступит её компаньонкой - мало ли какие у них там правила приличий в степи, а у нас вот серьёзные!
За недели пути на принца было совершено три покушения. В первый раз это была стрела, смазанная ядом. С магом-целителем вдвоём мы успели предотвратить распространение отравы, собрать и вывести с кровью обратно. Эджемон пару дней чувствовал слабость, налегал на вино и свёклу, которую терпеть не мог. Но останавливаться, чтобы выздороветь в покое, он запретил. Стрелка нашим гвардейцам удалось изловить, но подробностями они, конечно, не делились.
О втором покушении упомянул капитан безопасности д’Унер, наш непосредственный начальник, проводя ежедневную планёрку. Сказал, как о чём-то вовремя обезвреженном. Подозреваю, что Дэйс был осведомлён лучше меня. Почему-то друг совсем не выглядел удивлённым.
Меры безопасности ужесточились. Эджемон ехал среди безопасников и в непосредственной близости от меня и мага-целителя. Теперь нас с Рессом устраивали ночевать в комнате, смежной с комнатой принца. И от третьего покушения Его Высочество спас ульс.
Той ночью я сквозь сон почувствовала, как с меня сползает одеяло.
- Ресс! - строго сказала я, не открывая глаз, надеясь тоном пристыдить хулигана. Спать хотелось невыносимо.
Он тихонько заскулил, и я тут же проснулась, мгновенно охватывая обстановку взглядом. Ресс нюхал воздух у замочной скважины смежной двери, тоненьким звуком выдавая тревогу. Я схватила кинжал, отодвинула им щеколду и ногой толкнула дверь. В спальне было тихо и темно. Ресс скакнул внутрь и сразу к кровати, значит, нападающих не было. Я бросилась в комнату принца.
 
- Ваше Высочество! - окликнула я и повторила громче, - Эджемон!
Принц спал, безмятежно раскинув руки на широком ложе.
- Эджемон! Проснитесь! - я подскочила и дёрнула за рукав принцевой кружевной ночнушки.
Он не просыпался.
Я выбежала в коридор, в начале которого должны были стоять гвардейцы. Они так и спали, привалившись к стене и сонно свесив головы на грудь, а с первого этажа спешил наспех одетый Дэйс:
- Стучись сразу к капитану, я в его комнату принца перенесу!
- Откуда ты знаешь?..
- Всё потом, Янка, буди д’Унера.
Я метнулась к двери начальника и замолотила кулаками:
- Капитан! Капитан! Срочно! Откройте, пожалуйста!
Там вяло зашевелились, тоже с трудом одолевая сон:
- Что?
- Срочно! Капитан! Это Варьяна Вольди!
- Иду.
Ура! Я метнулась в свою комнату надеть форму.
С пробуждением капитана всё быстро пришло в движение. Дэйс перенёс принца, были вызваны маги. Мы с целителем признались, что не можем пресечь действие неизвестной силы, с каждой минутой ухудшающее состояние принца. Мы буквально силой заставили работать его мозг и систему кровоснабжения. Остальные маги и безопасники отправились исследовать вещи и комнату Эджемона.
Это у меня не хватало идей, а вот Дэйс сообразил быстрее всех:
- Яна, а Ресс сможет найти? Нечто неправильное?
Я посмотрела на ульса и постаралась передать своё ощущение «найти неправильное, лишнее, чему не место здесь, оно вредит». Ресс наклонил голову на бок, подумал и пошёл в сторону комнаты принца. Оглянулся на меня.
- Идите, коллега, - проговорил маг-целитель, - вроде состояние стабилизировали, сейчас жизненно важно найти активатор смерти.
- Пробуйте, лери, - кивнул д’Унер.
В комнате ульс сел в центре и задумался. Повертелся на месте, а потом, определившись, двинулся к камину.
- У, - сказал, - уу.
- Яна, стой! - резко крикнул Дэйс, а ульс толкнул мою руку, потянувшуюся, было, вглубь топки. - Молодчина, Ресс, бережёшь хозяйку.
Он вытащил из кармана тонкую плоскую деревяшку сантиметров пятнадцать длиной и начал ею осторожно прощупывать пепел, медленно и методично, однако скоро остановился и выкатил на свет непонятную штуковину.
- У тебя наволочка льняная? - неожиданно спросил друг.
Да, но я не понимаю...
- Некоторые вещи не надо брать в руки, - наставительно сказал Дэйс и поближе показал свою щепку, - лунный эбен - один из лучших нейтрализаторов артефактов. Ну и лён тоже мешает. Кстати, - он понизил голос до невнятного шёпота, - Ресс, видимо, как-то чует артефакты, помнишь, тогда он мне воротник гимнастёрки оторвал?
- Помню, - так же еле слышно ответила я. - Тогда иду за своей наволочкой?
- Иди, а то в той пародии на шёлк, которую постелили принцу, я не уверен, иначе бы на него так быстро не подействовало.
Привлечённые нашим разговором, подтянулись безопасники и маги, выяснилось, что артефактора мы с собой не брали. Еле-еле разбуженный хозяин трактира подсказал адреса двух городских артефакторов. Один из них таинственно исчез две недели назад, а второй -слабый маг воздуха и артефактор по совместительству - долго качал головой, вздыхал и, в конце концов, признался, что не может справиться. Зато он дал три адреса в соседних городах, и этой же ночью туда понеслись гвардейцы.
Трактир закрыли для посторонних. Аристократию заперли на третьем этаже и двух самых опытных безопасников к ним отправили снимать показания. Дэйса отрядили опрашивать прислугу, а меня д’Унер оставил с принцем. Его состояние не ухудшалось, поэтому магу-целителю разрешили отдыхать, чтобы у нас была возможность сменять друг друга.
 
Дедушка-артефактор ушёл, а через пару часов принёс деревянный ящичек из этого самого лунного эбена. Красивый, красный с чёрными жилками. После помещения туда артефакта принц пришёл в себя, потребовал дедушку пред очи свои, а ещё приказал вернуть гвардейцев по маг-связи и готовиться выезжать.