Комендантская дочка. Книга 2 (СИ)
- Они оголодали, да, мам? Как мы в ту зиму, когда Риавар ушёл в юнги? - теперь не выдержала я.
- Я бы тоже ушёл в юнги, но меня папа в кавалерию обещал взять, - сообщил Юстрос. Мама только вздохнула, глядя на младшего. И продолжила:
- Сложно сказать, что именно послужило причиной гибели целого посёлка. Скорее всего, какое-то заболевание, но и недостаток еды, отсутствие тепла сыграли свою решающую роль. Когда к ним добрались встревоженные королевские гонцы, они обнаружили, что посёлок разгромлен. Разломана и сожжена мебель в домах из-за отсутствия дров. А ещё оказалось, что некоторые трупы объедены человеческими челюстями, многие с ножевыми ранениями. Возникло подозрение, что из-за болезни у людей помутился разум. Часть лошадей была съедена, в том числе собаками и волками. Некоторых жителей находили на расстоянии от посёлка, люди как будто пытались выбраться, но замёрзли, не осилив пути. Помнишь нашу дверь? - внезапно спросила она у меня.
- Да, узорчатая такая, - память тут же послушно подсунула мне образ двери.
- Верно. Надо мной вся деревушка смеялась да пальцем у виска крутила, когда я эту дверь заказала в городе. Ты не представляешь, сколько на неё было различных оберегов подвешено! А всё потому, что я помнила эту страшную историю.
- А как же праздник? - напомнил Юст.
- Праздник появился гораздо позднее. Дело, конечно, не удалось замять, потому что рудник был государственный. Дошли доклады до короля. Стране повезло, что в ту пору управлял монарх, который не просто распорядился наказать виноватых да согнать новых людей на рудник, а велел ввести новую традицию. Каждый год, после сбора урожая староста каждой улицы должен был зайти в каждый дом и проверить, готовы ли люди к зиме. Любой житель имел право подать заявление об излишках у него какого-либо запаса и желании обменять на другой. Или купить. Или организовать выезд в другие поселения. В общем, решались те вопросы, которые семья в одиночку не может осилить.
- И, конечно, люди стали встречать старост хлебом-солью, - предположила я.
- Да, примерно так, - улыбнулась мама. - В Полии старостам высказывают и предложения по благоустройству улицы или города. Эти сведения записывают и передают градоправителям, что может решить - староста делает сам. А накрываем стол, угощаем -так мы показываем, что к зиме готовы. Получается цепочка: жители сообщают старосте, что готовы к зиме, старосты рапортуют районным главам, они, в свою очередь, -градоначальнику. Градоначальник после каждого праздника отчитывается прямо в имперскую канцелярию, насколько город готов к зиме.
Так что сейчас к нам приближалась делегация во главе со старостой нашей улицы. Мужчина разулыбался, а сопровождавшая его ребячья свита ещё издалека закричала хором ритуальную фразу:
- Зима скоро!
- А мы готовы! - дружно ответили мама с отцом, я только слегка замешкалась, слишком всё было непривычно.
Стол, устланный белоснежной скатертью, облепила детвора, налетевшая на угощение, и устроившая такой галдёж, что я удивлялась, как только немолодой мужчина представительного вида умудряется ещё и услышать, что говорит отец. Насколько я могла расслышать, речь шла о строительстве небольших беседок на остановках, чтобы ожидающие конку могли укрыться от дождя или снега.
- О! Вот это вкусно!
- Я тебе ещё в прошлом году говорил!
- А тебе с орехами нравится? - это Юст спросил у приятеля, и тут же похвастался, - орехи я мельчил!
Его собеседник взглянул на меня:
- А это ещё кто?
- Сестра. Знаешь она какая! Из Южной Крепости приехала, и у неё ульс есть! - ничуть не заботясь о том, что его слышит пол-улицы, сообщил братишка.
- А покажите! - выкрикнул кто-то смелый, и разом запищали все дети, - покажите, покажите, покажите нам ульса!
Я растерялась.
- Веди, - развела руками мама, взглядом обещая Юстросу припомнить эту подставу.
- Вы уверены, лери? - напряжённо спросил староста.
- Это, конечно, не домашняя кошечка, но погладить себя он позволит, - уверенно пообещала она.
- Ресс! - крикнула я в сторону раскрытых ворот, и мой золотистый ульс, словно только дожидался этого момента, рванул ко мне.
Детишки в первый момент юркнули за спины мужчин, побледневший староста развёл руки пошире, стараясь защитить сорванцов. Но те уже увидели, что Юстрос остался на месте, а ульс сидит довольно рядом и трётся о плечо братишки, выпрашивая ласку. Не прошло и минуты, как вокруг Ресса собралась маленькая толпа.
- Придётся и тебе, Варьяна, влиться в сопровождение, куда они теперь пойдут без ульса! -посмеивался отец.
- В самом деле, лери, пойдёмте с нами, - попросил староста.
- Иди, доченька, заодно и с соседями познакомишься, и побольше радужных арок пройдёшь, чтобы следующий год у тебя куда удачливей предыдущего был! - поставила точку мама.
И мы пошли. Такой большой весёлой разноцветной толпой. Я сначала старалась держаться в конце, чтобы не пугать соседей, но вместе со мной отставали и дети, желающие идти рядом с ульсом. В итоге староста велел мне идти рядом, и мы возглавляли колонну.
К слову, напуганных было не так много. Хозяюшки охали, ахали, и сами норовили запустить руки в золотистую шерсть, а сколько всяких вкусностей было предложено Рессу! Но я не разрешала ему брать еду из чужих рук, лери переключались на меня, и, мне кажется, никогда в жизни я не пробовала столько вкусного! Когда мы дошли до конца нашей улицы, а вернее, места её пересечения с главной улицей Бартона, мне уже казалось, что теперь можно не есть несколько дней.
- Яночка, сегодня ведь праздник? - начал вступление Юстрос.
- Праздник, - подтвердила я.
- Между прочим, сегодня на главной площади большая ярмарка, ты ведь её никогда не видела, - сообщил братишка.
Уже было понятно, куда он клонит.
- Юст, у нас всё равно с собой денег нет. Да и Ресс без поводка. Давай вернёмся, возьмём кошелёк, оставим ульса дома, а потом пойдём на ярмарку?
- Да мы уже почти здесь! Как можно так вернуться, даже не посмотрев? - поразился Юст.
- К тому же деньги я взял, а Ресс умный, он не будет к чужим подходить, верно, Ресик? Яночка, ну соглашайся, ярмарка только до обеда, пока мы туда-сюда ходим, она уже закончится!
На меня уставились две просящие физиономии.
- Ладно. Мы только с краешка прогуляемся, - сдалась я, потому что мне и самой ужасно хотелось посмотреть.
Этим утром входы на площадь с разных улиц вели через радужные арки, конечно, не такие простенькие, какую соорудили мы с отцом, а основательные широкие стойки из резного дерева. Высокие дуги были украшены атласными лентами, ярко отблескивающими на солнце вшитым бисером.
- Смотри, - указал пальцем Юст на резные узоры, - это знаки удачи, их всегда рядом с символами Ярта-Проказника изображают.
Долго стоять на месте было невозможно, подходили люди, и нам поневоле пришлось идти в общем движении. Близко к нам старались всё же не подходить из-за Ресса, но и ульс чувствовал себя не на месте, жался ко мне.
В разных концах площади установили помосты, там шли выступления театральных трупп, слышались песни, громкие голоса и взрывы смеха.
Отовсюду пахло пирогами, мясо повара жарили прямо на площади и здесь же продавали, собирая очереди. Мы были настолько сыты, что равнодушно шли мимо. В какой-то момент я поняла, что у братишки имеется вполне определённая цель, потому что, хоть он и оглядывался на выставленные товары, однако упорно тянул дальше.
- Юст, куда ты меня ведёшь?
- Знаешь, Яночка, - просительно заглядывая мне в глаза, начал этот маленький хитрец, -говорили, что на праздник император выписал транийский звероцирк. Представляешь, сегодня можно и выступление бесплатно посмотреть, и к зверям подойти.
- Мало тебе Ресса с Шипулей, - усмехнулась я, - а вдруг нас с ульсом не пустят?
Братишка виновато посмотрел на меня, видимо, предполагалось, что тогда мы его подождём. Ага, на ярмарку его своди, там подожди, а потом, вероятно, перед родителями прикрой. Интересно, это всегда так с младшими братьями, или именно мне повезло с юным интриганом?