Комендантская дочка. Книга 2 (СИ)

- Вы могли бы возразить, - жалобно сказала девушка.
Мудрейший сошёл с тропинки и поднялся в беседку. У Элии шевельнулась надежда, что ей можно рассчитывать хотя бы на сочувствие.
- Знаешь, почему женщины крайне редко становятся шаманами, хотя по своей сути каждая имеет к этому способности? Кто-то - ярко выраженные, как у тебя, кто-то - глубоко затаённые, но они все гораздо легче мужчин идут на контакт и имеют более развитую интуицию с рождения.
- Нет. А почему? - поинтересовалась она, оживая.
Пусть поучает её, пусть говорит, что хочет, лишь бы подсказал ей выход из ловушки, в которую она себя загнала.
- Они не умеют принимать ответственность за свои действия. Женщин специально воспитывают таким образом, что в юности они не могут научиться принимать решения и отстаивать своё мнение. Они растут отражением отцовских требований и материнских стремлений, не имея права на своё личное. В более взрослом возрасте, как Альгира-хатун, например, они в принципе неспособны поставить под сомнение общепринятое мнение и противостоять бытовому укладу, хотя прекрасно научились принимать решения и распоряжаться. Поэтому, увидев твою беседу с ветром, я не удержался, дал знак, что забираю тебя.
- И меня вам отдали просто так?
Карие глаза шамана прищурились:
- У нас много обычаев, но не так много законов, в каждой провинции свои порядки. Но есть правила, которые соблюдаются по всему Орайвал-Айару, и одно из них гласит, что никто не смеет препятствовать шаману, если он желает взять ученика.
- Какое неудобное правило, - оценила Элия.
- Очень неудобное, - согласился Суан, - но не абсолютное. Шаман не имеет права забирать из семьи кого-либо из супругов и, конечно, наложниц, ибо они считаются собственностью. Обычно мы берём в ученики подростков до двенадцати лет, уже видно, что из них может получиться, но ещё можно придать правильное направление.
- А я? - ей даже стало немного досадно.
Мудрейший неожиданно улыбнулся:
- А ты стала моим самым неожиданным экспериментом.
- Вот как. Экспериментом... - пробормотала Элия.
Шаман и не подумал оправдываться, смотрел на неё, ожидая вопроса. Ей ужасно не хотелось оправдывать это ожидание. Разве она ребёнок, чтобы её насквозь видеть? Но, немного помолчав, она всё же спросила:
- И что же, эксперимент не удался?
- Он ещё только начался, Элия. И мне очень интересно наблюдать, как разворачиваются события. Напоминаю тебе, что теперь ты не имеешь права носить балахон ученика, однако по-прежнему можешь приходить медитировать.
Шаман вышел из беседки, не обращая внимания на вскинувшуюся Элию:
- Погодите, мудрейший, получается, что всё так плохо, потому что я не брала ответственность за свои действия? Снова я во всём не права?
Он лишь на секунду остановился, чтобы сказать:
- Элия. Прав каждый, - и ушёл не оглядываясь.
А в беседку влетела Альгира и ухватила за косу, больно рванув на себя:
- Вот ты где, мерзавка! Никчёмная полийка! Я так и подумала, едва тебя вчера увидела! Ещё позволяешь себе трепать моё имя перед мудрейшим!
- Но это не я...
- Оправдываться надумала, я своими ушами слышала! Из-за тебя сегодня повелитель устроил мне разнос. Ты ещё пожалеешь, бестолковая! Быстро в гарем.
Альгира дополнила свой приказ жёстким тычком. Краем глаза Элия увидела у беседки перешёптывающихся наложниц. Оказывается, у её беседы с шаманом было полно слушателей.
  
Глава 36. Праздник подготовки к зиме
 
Варьяна
Я вскочила ещё затемно, изрядно озадачив Ресса. Сегодня праздник!
С погодой повезло. Денёк выдался ясным, солнце нагревало воздух, обещая к обеду приятную прохладу. Ночами было уже довольно холодно, а после сильных дождей стало ясно, что год повернул к осени.
Жительницы Бартона спрятали летние туфли и переобулись в башмачки, а то и сапожки. Курсантам выдали кителя формы имперской пехоты и утеплённые ботинки, однако мои родители дружно воспротивились тому, чтобы я в таком виде ездила по городу. Мама с тётушкой моментально сориентировались и накупили изящной обувки и плащей с модными в этом сезоне кружевными вставками. Пришлось с однокурсницами договориться и занять одну из комнат в общежитии специально для того, чтобы переодеваться перед занятиями и после. Увлечение дырчатой одеждой в светском обществе продолжалось, и мне иногда было забавно придумывать, как же выкрутятся портные с зимними пальто.
 
Раннее утро застало нашу семью за распахнутыми воротами. Ресс с Шипулей были накормлены заранее и отправлены в сад, чтобы никого не напугать в такой торжественный день. Юстрос очень сопротивлялся этому решению, просил, чтобы хотя бы Ресса с ним отпустили, но мама ему не позволила.
Соседи, с которыми я, конечно, не успела познакомиться, так же, как и мы, суетились, проводили последние приготовления празднику.
Из домов выносили на улицу столы. Хозяйки расстилали скатерти, выставляя угощение. Мужчины устанавливали лавки, сооружали праздничные арки из двух столбов и прикрученного к ним коромысла. Дуга обматывалась атласными лентами цветов радуги. Считалось, что чем больше арок пройдёшь, тем богаче и счастливее будет год до следующего праздника подготовки к зиме. Вот только второй раз нельзя было проходить под одной и той же аркой, тогда будто бы получалось, что человек не ценит уже полученное, наглеет, за это его боги и наказать могут.
Лёгкий ветерок баловался с незакреплёнными кончиками радужных ленточек, откуда-то слышались звуки свирели и губной гармошки, соседи оживлённо перекрикивались, поздравляя друг друга с праздником. К нам тоже подходили знакомиться со мной, приносили угощение.
Эстрос умчался с приятелями к началу улицы, откуда начинал своё шествие староста со свитой из ребятни лет до тринадцати.
Я в новом удлинённом жакете стояла у нашего стола, воодушевлённо ожидая прихода поздравителей, и не скрывала своего удовольствия. Так уж получилось, что в пансионе празднование проходило очень скромно - нам просто подавали к обеду фруктовые пироги, хотя мы и этому угощению были очень рады. Но здесь столы прямо ломились от разнообразных сладостей. У многих я и названий не знала, никогда не пробовала.
Вчера мы с мамой и Юстросом пекли, как она назвала, «фирменные семейные булочки» с вишней в сиропе, ореховый кекс, сухое печенье в одном варианте с зеленью и солью, в другом - с томатным соусом. Как-то легко и ловко у мамы всё это получалось, я даже не заметила, как пролетело время под её рассказы о происхождении праздника.
- Вообще это рамезийская история, о чём, конечно, полийцы в большинстве и не подозревают. Я вам расскажу, как рассказывала мне моя мама, а вы перескажете своим детям.
Братишка, занятый важным делом (он выковыривал орехи из косточек), заметил:
- Не загадывай на будущее, друг-барон, Ярт-Проказник порой ходит меж людьми да посмеивается над их желаниями!
- Загадывать не будем, а вот думать о будущем всегда надо, - не согласилась мама. - Итак, дело было на самом-самом севере, где проходит крупная медная жила. Стоял рудничный посёлок, очень отдалённый от других поселений. Жили люди, добывающие руду и обрабатывающие её. Место было не совсем секретное, ведь не утаишь от людей целый посёлок, но всё-таки достаточно скрытое от лишних взглядов. Почва там неплодородная была, камень, да и сами рудничные и не пытались выращивать, некогда им было. Работали в шахтах, которые уходили вглубь земли аж до тридцати метров!
- Это преступники были, да, мам? - спросил Юст.
 
- Не знаю, сынок, - мама параллельно раскатала тесто и показывала нам, как вырезать печенье, - давно это было, ещё когда магов было мало и их не приглашали для сопровождения и поддержки разных видов деятельности. Так вот сменился начальник на руднике, поставили нового, а он и решил, что управлять ему и из столицы сподручно, зачем в такую даль ехать да самому всё смотреть, опытных людей спрашивать? Вот так и остались на долгую зиму начальник - в столице, а рудничные люди - в своём посёлке.