Время Воронов (СИ)

Льюис тяжело вздохнул. Рейвен был безнадежен.
— Никакой охоты на Принца не будет. Я запрещаю ее.
— Что? Но ты не можешь с ним сражаться сам, тебе нельзя! Нил Янг убьет тебя, ты не победишь в битве один на один!
— Я и не собираюсь. Я решу эту проблему по-другому.
— Как?
Льюис оценивающе посмотрел на него. Рассказать, что он надеется снять проклятье до окончания Времени Воронов? Нет, Рейвен в это не верит. Объяснить, что Нил Янг, судя по его поступкам, не плохой человек, и с ним можно попробовать договориться? Тем более нет, не поймет. Для Рейвена если проблему можно было решить насилием, то незачем искать другие способы.
Может, дать ему почитать что-нибудь об этике и морали? Но не покажется ли ему это скучным чтивом? Какие книги он вообще предпочитает читать?
Льюис решил отложить этот вопрос на более подходящее время.
— У меня есть несколько вариантов, но ты все равно начнешь спорить, так что иди-ка ты спать. Челюсть точно не болит?
— Точно, — Рейвен поднялся и посмотрел на него с досадой, — ты запрещаешь охоту потому что жалеешь Нила Янга? Но он тебя не пожалеет. Для Принца и Рыцарей мы — нелюди, которых нужно уничтожать. К ним нельзя относиться как к Воронам или горожанам. Их нужно будет убить, даже если ты не хочешь этого.
— Я сам решу, что делать. Спокойной ночи.
— Тебе тоже, повелитель.
Рейвен ушел, а Льюис подавил вновь вспыхнувшее раздражение. Непробиваем. И что ему делать с жестоким и бешеным нравом своего верного сторонника? Как им управлять? Чем останавливать? Вот как можно быть таким упертым и агрессивным?
Можно, если очень хочется жить.
Льюис внезапно вспомнил тот страшный день, когда стал Великим Вороном. Тогда Рейвен был готов без колебаний погибнуть, чтобы дать ему уйти, но, одновременно, умирать не хотел и бился за свою жизнь, как одержимый. Даже когда его повалили и удерживали двое Рыцарей, он продолжал бороться, в то время как Льюис почти смирился с собственной смертью. Где бы он был сейчас, не будь Рейвен таким яростным и несгибаемым? Даже четырнадцать лет Времени Принца не сломили его дух. Не убей он Рыцарей, Льюиса не было бы вовсе, так что стоило проявить чуть больше терпения и благодарности.
Рейвена нужно было чем-то занять. Ему просто некуда выплескивать свою кипучую натуру в мирное время. Охрана парка слишком скучна для него, нужно было подобрать что-то более деятельное.
На всякую силу находился разум. Упрямство Рейвена нужно было не ломать, а направлять в нужное русло.
***
Решение этой проблемы неожиданно принесла другая: Сольвейн рассказал, что на добровольных жертв Воронов стали все чаще нападать преступники, отбирая золото. Бедняги не знали, что с этим делать: в парк грабители не совались, ночные патрули стражи обходили. О ситуации рассказала девушка Сольвейна, устраивающая небольшие встречи добровольцев и объяснившая, почему людей в парках стало меньше. Не из-за Нила Янга и той драки, а именно из-за грабителей.
Рейвен предложил заняться этим.
— Позволь мне разобраться с ними. Ты слишком добр, повелитель, а иные люди понимают только язык силы.
— И что ты собираешься делать? — хмуро спросил Льюис.
Он был зол. Черт бы побрал этих бандитов! Они подкарауливали добровольцев у парков и отнимали честно заработанное золото, вместо того чтобы пойти и получить его самим! Проклятые паразиты, он тут пытается войну остановить, а ему мешают ради собственных шкурных интересов!
— Пора бойцам показать себя. Мы будем летать сверху и приглядывать за уходящими людьми. Потом спускаемся, надираем грабителям задницы, бьем. Высасываем из них силы. Не до смерти, а чтобы крепко запомнили, кому перешли дорогу. Исключи бандитов из числа тех, на кого нельзя нападать, и через некоторое время они зарекутся трогать наших жертв.
Льюису не понравилась эта идея. Вроде бы и правильно, но насилие порождает насилие. Люди снова начнут бояться Воронов.
— Может лучше обратиться в городскую стражу? Это же их обязанность.
 
Рейвен насмешливо фыркнул.
— Стражники в этом городе бесполезны. Даже сейчас они только ловят мелких воришек да щеголяют в новенькой форме. Это наша проблема, повелитель и мы должны решить ее сами. Никто из стражников и не подумает влезать в это.
Никто? Даже тот, кто уже влез?
Нил Янг. Будущий Прекрасный Принц.
Льюис оживился.
Конечно, он может отказаться, но если этот человек собирается защищать город, то ловить бандитов ему по службе положено! И он не испугается Воронов!
Но тут он взглянул на едва не приплясывающего от нетерпения Рейвена. Тот явно желал доказать свою нужность и исправить недавнюю ошибку. Его и бойцов нужно было чем-то занять, пока они со скуки не переубивали друг друга. Распоясавшихся бандитов необходимо призвать к порядку, и уж что-что, а запугивать и подавлять Рейвен умел. С этим он справится идеально.
Может, удастся обойтись малой кровью?
— Хорошо. Займитесь этим. Но никого не убивать и не калечить.
Рейвен заулыбался.
— Как прикажешь, повелитель.
— И сообщи Нилу Янгу о происходящем. Шарлотта говорила, в городе у него репутация честного и ответственного стражника. Спроси его, будет ли городская стража выполнять свои обязанности по защите горожан от преступников, или Воронам придется справляться самим?
Рейвен скривился.
— Вороны всегда справляются сами. Но я передам ему твой приказ, повелитель.
— Просьбу. Нил Янг мне не подчиняется. Напомни ему, что жертвы грабителей — горожане, а не Вороны. Они должны быть под его защитой.
Льюис тоскливо подумал, что хоть Вороны и живут в городе, они будто изгнаны из него. Они не могут учиться, работать, обратиться за помощью в городскую стражу. Ставший Вороном исключается из нормальной жизни. И есть только один способ исправить это — снять проклятье. Еще бы понять как.
Что ответит Нил Янг на его просьбу?
А что сказал бы Принц Ричард?
Льюису показалось, что он снова слышит его уверенный, равнодушный голос:
— Горожане, помогающие Воронам — предатели, продавшиеся тьме. Пусть не рассчитывают на нашу защиту.
С чего он вообще взял, что Нил Янг чем-то от него отличается? Ведь Рейвен знал обоих куда лучше Льюиса и уже оказывался прав. Переговоры с Принцем Ричардом были бесполезны. Но что же, и не пытаться решить проблему мирно?
Он будет надеяться на лучшее. Но рассчитывать — только на себя и своих Воронов.
  
Глава 17. Причина ненависти
 
Рейвен был доволен.
Ночные стычки с бандитами стали отличной тренировкой для его новых бойцов. Конечно, это не то же самое, что сражаться с Рыцарями, но сгодится для начала. Когда могли, бандиты убегали, но если им навязывали драку, то бились они отчаянно, страшась гибели. Но куда им до бойцов Рейвена? Вороны в этих драках отделывались синяками и легкими ранами, гордились ими и даже не ходили за лечением к Льюису. Узнав об этом, он пришел к ним сам. Рейвен в то утро задержался у Шарлотты, подоспел к концу лечения и наблюдал забавную картину: тринадцать полураздетых бойцов почтительно внимали речи Великого Ворона, исцеляющего чью-то царапину.
— Ваша готовность сражаться за нас, защищать слабых Воронов и людей заслуживает уважения. Вы проявили большое мужество, и оно должно быть оценено по достоинству. Не стоит пренебрежительно относиться к своим ранам и терпеть боль. Вы в любой момент можете обратиться ко мне за помощью. Не стесняйтесь. Как ваша рука, Курт?
— Не болит, повелитель. Совсем прошла. Спасибо вам.
— Не за что. Мне всегда было интересно узнать о причинах, по которым Вороны вступают в боевой отряд. Вот вы, Курт, чем руководствовались, решив это сделать?
Квадратный, широкоплечий детина покраснел и смутился.
— Так это… надо же что-то делать? Пользу приносить. Я в город на службу приходил, а теперь вот навсегда остался. Папаша мой всегда говорил: делай то, к чему годен. Ты сильный, Курт, вот и трудись, береги слабых.