Дорога мёртвых. Том 2 (СИ)

Сначала до её ушей доносились только шелест листьев и тихое поскрипывание расположенной поблизости старой оранжереи. А потом ей показалось, что она слышит дыхание — тяжёлое, прерывистое. Шаги подбежавшего искателя, единственного, кого не убила и не покалечила волчица, показались громче набата.
— Полковник…
— Тихо! — Мередит вскинула руку и прочитала поисковое заклинание. В паре десятков шагов обнаружилось живое существо с проклятой кровью.
Сцепив зубы, искательница поднялась на ноги и пошла в ту сторону, раздвигая нависающие перед глазами ветви. Чудовище лежало на боку. Тёмная шерсть была густо пропитана кровью, но, несмотря на это, оборотень не расстался с похищенной игрушкой Ориса. Изжёванный и покорёженный инвертер лежал у самой морды волчицы. Жёлтые глаза с ненавистью сверлили искательницу.
Мередит собрала остатки магических сил и запустила в тварь заклинанием, которое должно было вернуть оборотню первоначальный облик. Волчица заскулила, задёргалась, но не обернулась.
— Что, больно? — удовлетворённо спросила Мередит. — Твоя кровь горит в жилах, проклятая псина! Сейчас сгоришь и ты!
Искательница пнула сапогом инвертер, приказав воину подобрать его, и сотворила волшебный огонь. Пламя вмиг охватило голову и шкуру чудовища, но волчица уже не могла даже пошевелиться, лишь коротко взвыла и навсегда закрыла глаза. Спустя несколько минут на месте, где был оборотень, осталась только кучка чёрного пепла.
  
Глава 27.1
 
Келлард в задумчивости остановился перед семьюдесятью полустёртыми ступенями, спиралью уходящими вниз, в подземелья Храма Ньир. Умытый недавним дождём Сумеречный сад был неподвижен и пуст, слышались лишь шорохи капель, падающих с тяжёлых бутонов на вымощенные плиткой дорожки. Призыватель откинул капюшон и щелчком пальцев избавился от заклинания невидимости: в нём больше не было нужды.
Внизу у полукруглых дверей уже собирался сизоватый туман. Зябкая прохлада заползала за шиворот и в рукава мага, заставляла шевелиться. Он ещё раз огляделся и начал бесшумно спускаться в бывшее убежище призывателей. Ему казалось, что он отсутствовал здесь целую вечность: и цветущие деревья, которые так любила Донния, и здание Храма, и узкие извилистые улочки — всё выглядело теперь каким-то игрушечным и тесным после нескольких недель жизни в лесном поместье.
Прошептав магическую формулу, Келлард оказался внутри и удивился сам себе ещё больше. Несколько лет он называл подземную обитель своим домом и был искренне привязан к этим мрачным стенам и нависающему над головой потолку, а теперь тьма и затхлая сырость показались ему невыносимыми. Собрав необходимые книги и предметы в дорожную сумку, он бросил взгляд на небрежно застеленную кровать и покачал головой.
Подумать только, ведь совсем недавно он считал самым настоящим счастьем те редкие и полные лихорадочной страсти встречи, что выпадали им с Доннией от случая к случаю. У них почти не было времени на разговоры или мечты, они кидались друг другу в объятия только затем, чтобы утолить любовный жар и после изнурять себя новым ожиданием свидания. Теперь он не мыслил без неё ни одного дня, и даже короткая разлука начинала подтачивать его сердце. Он подумал о том крошечном существе, которое жрица уже смело называла его дочерью, и это взволновало его ещё сильнее. Хотелось поскорее покончить со всеми делами и вернуться, но месть, которую приготовил призыватель, не терпела поспешности и излишних эмоций. Вспомнив об этом, маг засветил свечи, развернул на столе заготовленный свиток и прикрыл глаза, чтобы сконцентрироваться на задуманном.
Минута за минутой, призыватель медленно погружался в первозданную тьму сумрачного мира. Растаяли на границе сознания милые образы, всё заполнил мерцающий потусторонний туман. Здесь жили тени — его слуги, его спутники, его друзья, но даже в мире призрачных существ были свои запретные тропы и чёрные закоулки. Там обитали злобные и несговорчивые властители сумрачных планов. Найти к ним подход и заставить служить могли лишь магистры Гильдии призывателей теней, да и тем подобное сотрудничество обходилось дорого.
 
Не размыкая век, призыватель принялся на память читать свиток. Слова заклятия были выведены на пергаменте чётким и сдержанным почерком, остро отточенным пером — ни единой лишней завитушки — чернилами, приготовленными из крови. Келлард безошибочно водил пальцем по тёмно-багровым строкам, а когда добрался до нижней трети свитка, то услышал нездешний протестующий вопль.
— Проклятый смертный! Как ты посмел призвать меня! — вскричало существо, мечась в ловушке из сумрачных нитей.
Маг не обратил внимания на возмущение тени и продолжил чтение свитка. Чужеродная материя сгущалась, заполняла полупрозрачную оболочку твари. Спустя несколько минут посреди комнаты висел уже почти осязаемый силуэт.
Несведущему наблюдателю он показался бы даже изящным: гибкость линий и струящееся подобие волос напоминало сотканную из дыма женщину. Но призыватель знал, что существо не имеет пола, а возрастом может потягаться с подземельями Храма — несколько сотен лет в переводе на летоисчисление живых.
— Зачем? Зачем? — уже не яростно, а скорее печально подвывала тень. Магия связывала её, лишала собственной воли.
Келлард открыл глаза и едва сдержался, чтобы не содрогнуться от омерзения. Его не обманывало мнимое изящество призванного демона. Он видел его суть, и она была гнилой и порочной даже для междумирья, где застревали души отъявленных душегубов, садистов и насильников. После смерти эти падшие живые попадали в рабство теней, которые питались самыми отвратительными воспоминаниями умерших. У принца Лориона — маг был уверен в этом — подобных воспоминаний было в достатке. Вот только он пока был жив.
— Ты будешь служить мне до тех пор, пока я тебя не освобожу, — бесстрастно сообщил призыватель насторожившейся тени. — А если попадёшься кому-нибудь на глаза или выдашь своего хозяина, то никогда не вернёшься домой.
Всё это Келлард вложил в последние строки свитка, а когда дочитал до конца, бумага вспыхнула в его пальцах синеватым холодным пламенем и осыпалась невесомым пеплом.
— Хозяин, — обречённо вздохнуло существо.
От прежней злобы не осталось и следа, тень заискивающе тянулась к магу длинными щупальцами, будто желая обнять. Никс и Данэля он непременно побаловал бы несколькими каплями свежей крови, но эта тварь была слишком опасна, чтобы заводить с ней доверительные отношения. Келлард только чуть коснулся пальцем дымящихся волос сущности, как его обожгло шквалом ужасных воспоминаний.
На миг он увидел камеры Железной крепости, искажённое криком лицо умирающей жены, горящие ненавистью и жаждой глаза палачей Ордена — всё это заполнило его сознание так быстро, что он едва не утратил контроль над тенью. Отступив, он сотворил защитный знак и окружил себя непроницаемым барьером.
— Твоя цель — принц Лорион, — сказал призыватель то, что не раз уже прозвучало на языке магических формул во время чтения свитка.
— Принц Лорион, — эхом повторила тень. — Королевская кровь… награда…
— В награду можешь забрать его никчёмную душонку, но прежде исполнишь своё предназначение.
— Никто не увидит?.. — Дрожащий металлический голос выражал сомнение.
— Никто! — приказал Келлард.
Тень повисла в глубокой задумчивости, лишь щупальца её нервно колыхались в пляшущих отсветах свечей. Разумные обитатели междумирья всегда пытались отыскать брешь в сплетённой призывателем клетке.
— Дворец, — сказала наконец тень. — Много душ. Много смертных.
 
— Большой дворец с кучей уголков, тебе всегда будет где спрятаться. — Маг взял в руку подсвечник и подошёл ближе к существу.
— Свет, свет! — негодующе взвизгнула тварь.
Но никакой свет не смог бы отразиться в этих чёрных провалах сумрачных глаз.
— Ты найдёшь укрытие. Самое тёмное место в королевском дворце. Ты почуешь его, когда окажешься ближе. Принц Лорион называет его тайной комнатой.