Дорога мёртвых. Том 2 (СИ)

На этот раз Лиза не сразу поняла, кто смотрит на неё из сумрачного наваждения. Это были мальчик и девочка, похожие друг на друга. Старший брат и младшая сестрёнка с тёмными любознательными глазами и мягкими завитками волос.
— Твои дети, — пояснила тень. — Чудесные маленькие волшебники. Откажись от них, и эти создания никогда не придут в мир живых, их души останутся в сумраке, а ты не узнаешь ни родовых мук, ни других тяжестей материнства.
Лиза чувствовала, как кровь стекает по её рукам, унося с собой силы. Чем дольше она находилась во дворце Вилии, тем быстрее слабела. Дар её был силён, но ни душа, ни тело не привыкли к путешествиям в глубины междумирья.
— Три жертвы на выбор, — заключила демоница. — Принимай решение.
По стене пошла рябь, и лица нерождённых детишек исчезли, оставив безучастный к происходящему камень.
— Их нет, никогда не было, — прошептала Лиза. — И не будет. Я отказываюсь от детей!
— Это твоё последнее слово? — уточнила Вилия.
— Да.
— Я принимаю эту жертву, — согласилась тень.
Тонкие руки демоницы сплели заклинание, и острый луч ударил в живот девушки, разрушив её нехитрую защиту. Лиза закричала и почувствовала, что срывается и падает в холодную бездну. В тот же миг всё закончилось. С треском захлопнулся портал, и она оказалась на руках мага, который бережно прижал её к себе в надежде согреть.
  
Глава 21
 
Лиза не помнила, чтобы она лишилась чувств, но какое-то время была не в силах поднять голову и открыть глаза. Ей даже показалось, что тело и вовсе исчезло, а сознание парит где-то на границе странного сумеречного сна и яви. Келлард завернул её в тёплую накидку и, передавая ей остатки магической силы, терпеливо дожидался, когда девушка придёт в себя. Портал отнял у него много энергии, но магистр был привычен к подобным перегрузкам, в отличие от юной студентки, только недавно оправившейся от ран и потери учителя.
— Слишком долго, — пробормотал он, снимая ладонь с её лба и тревожно разглядывая лицо.
Губы некромантки дрогнули, и она пошевелилась.
— Они говорят правду? — прошептала она. — Тени говорят правду?
— Не все и не всегда, но Вилия из благородных существ, она обычно честна с нами.
Лиза осторожно вздохнула, словно хотела удостовериться, что всё ещё способна дышать. Её больше не смущала близость мага, она была благодарна за тепло, которым он делился с ней, прижимая к своей груди. Внутри было холодно, так холодно, что не было даже озноба или дрожи, словно внутренности просто замёрзли и превратились в глыбу льда.
— Я видела Велиора.
При этих словах девушка почувствовала, что заклинание демоницы не задело сердце: оно тут же очнулось ото сна и забилось с удвоенной силой.
Келлард тоже заволновался, но всё же сдержал себя от преждевременных расспросов. Он видел, что в глазах Лизы отражалась невысказанная боль.
— Он жив, — тихо сказала она.
Только это и больше ничего, хотя в сознании так и стояла застывшая картинка: её возлюбленный и лукавая светловолосая эльфийка с золотыми глазами, шпионка графини Агаты. Лиза помнила её на балу в Академии, как легко эта обманчиво хрупкая девушка заигрывала с инспектором из Отдела контроля, как кружилась в танцах и непринуждённо смеялась. Мысль о том, что прямо сейчас Велиор улыбается другой, отхлёбывая кино из красивого бокала, окончательно пробудила разум Лизабет.
Она порывисто поднялась и, пошатываясь, встала на ноги. Призыватель поддержал её за локоть, не переставая хмуриться. Под ногами теневых магов медленно угасали следы от магического круга. За его границами неприветливо шелестел от ветра мрачный лес, с темнеющего над верхушками сосен и ёлок неба уже сыпались первые мелкие капли дождя. Девушка рассеянно огляделась, увидела изорванное платье, отброшенное в сторону. Простое и скромное, они с Гаэласом купили его в Забытой деревне пару недель назад. Теперь оно принадлежало не ей, а той, другой Лизе, которая ещё не была связана пожизненным договором с тенью, ещё могла когда-нибудь выйти замуж и родить двух чудесных детишек — сначала мальчика, потом девочку.
 
Она обернулась к Келларду, который собирал в мешок компоненты, оставшиеся от ритуала: несколько осколков камней, кинжал, светящийся кристаллический порошок в медной плошке. Маг ничего не говорил, но Лизе вдруг стало жизненно важно сейчас же поделиться с ним своей потерей.
— Магистр Эльсинар? — негромко окликнула она.
От Доннии некромантка знала о том, что семья Келларда отвернулась от него несколько лет назад, лишив и фамилии, и наследства, но Рин продолжала иногда использовать прежнее имя призывателя.
— Ты можешь ничего не рассказывать, я знаю, что ты выбрала. Я слышал ваш разговор, но не видел происходящего. Поверь, я не тот, кто будет упрекать тебя за очевидную глупость. Пусть Гаэлас вправляет тебе мозги, он всё-таки твой отец. Хотя уже поздно, дело сделано.
На этот раз Келлард не позаботился о том, чтобы говорить медленно и отчётливо, но интонации передали Лизе всю силу его раздражения.
— Я пожертвовала тем, чего у меня ещё нет, — горько возразила Лиза на языке людей. Она знала, что Келлард понимает отдельные слова, всё же в Гильдии призывателей теней было примерно поровну людей и эльфов, и человеческую речь призыватель волей-неволей слышал много раз. — Как можно было отказаться от любви или тех, кто дал мне жизнь?
— Им бы ничего не сделалось от этого ритуала! — сердито сказал Келлард. — Им бы не было ни больно, ни страшно, всего-навсего это разорвало бы твою связь с теми людьми или… или с моим сыном. А теперь у тебя не будет продолжения, не будет будущего.
— Зато оно будет у других теневых магов, ведь теперь мы восстановим Дорогу и поможем таким, как мы, искать безопасные места для жизни…
Ледяная боль змеёй свернулась в животе девушки, она явственно ощутила её зазубренные клыки, которые время от времени принимались пережёвывать что-то внутри. Наверное, посылая луч связывающего проклятия, демоница решила дать Лизе почувствовать, что испытывают женщины, когда рожают детей. Она бессильно прислонилась к дереву, пытаясь отдышаться.
— Боль скоро пройдёт, — сказал ей маг.
Он взмахнул рукой, и сложенные в кучку вещи той, прежней Лизы, вспыхнули ярким фиолетовым пламенем и в считаные секунды обратились в невесомую пыль. Почему-то от этого ей сразу стало легче, а когда Келлард взял её за руку и потянул за собой на невидимую лесную тропинку, то она поняла, что уже может потихоньку идти.
— У нас получилось? — спросила девушка в спину призывателя.
— Да, но предстоит ещё много работы. Хорошо, что ты захватила из Трира перья Тэрона. Мы будем просить его дух помогать тебе на первых порах. А пока надо как следует отдохнуть, и Донния…
Он хотел сказать, что целительница поможет Лизе восстановиться после сложного испытания, но тут вспомнил о неоконченном утреннем разговоре и внезапно замолчал.
— Что Донния?
— Ничего, — сурово отрезал маг и не произнёс больше ни слова до самого дома.
***
На маленьком уютном балконе северной башни Академии за круглым малахитовым столиком задумчиво сидел Велиор, мастер алхимии, с бокалом вина в руке. Напротив него, откинувшись на спинку обитого бархатом кресла, расположилась светловолосая эльфийка с глазами цвета расплавленного золота. Она ждала, когда эльф насладится наконец видами Вечных гор и леса, застывшими в предвечерней дымке, и соблаговолит поинтересоваться целью её визита. Велиор оставался бесстрастным. С того самого дня, когда заштопанные старой Фуксой раны позволили ему вновь подняться на ноги и он заново научился владеть собственным телом, бывший преподаватель ни разу не покинул стен Академии.
 
Вольдемар Гвинта объявил о закрытии учебного заведения и вместе с отрядами искателей обшарил все уголки и закоулки этой старейшей магической школы. Все студенты и преподаватели давно были распределены по факультетам других Академий и Университета, куда их отправили при помощи порталов. Тем, кто происходил из семейств, что жили в Трире или его окрестностях, после тщательной проверки позволили уйти или уехать домой. Через несколько дней после захвата города солдаты Ордена оставили в покое опустевшие аудитории, залы и жилые комнаты, выставив лишь охрану у ворот Академии. В городе то и дело вспыхивали восстания и беспорядки, власть герцога Лукаса постоянно пытались оспорить представители древних родов Трира, а потому генерал Гвинта и его ближайшая помощница Мередит Крайсен были сосредоточены на подавлении бунтов. Укрытие старой Фуксы осталось незамеченным, и вскоре смотрительница оранжереи и её пациент начали потихоньку выползать наружу и осматривать брошенную в спешке Академию.