Ты мне никто (СИ)

На ней маленький Стас с отцом и мамой. Отец высокий, красивый. Очень похож на него. Мама… тоже высокая, и тоже красивая. Дорогая, ухоженная, богатая дама. Гламурная. Роскошная.
А моя мама… моя мамочка совсем простая, но… она в сотню, в тысячу раз лучше!
- Добрый день, кто это у нас тут? – приятный мужской голос звучит слишком неожиданно.
Я роняю фотографию на деревянный пол, рамка ломается, стекло разлетается.
Я смотрю в глаза отца моего Глеба. Глаза так похожие на глаза моего брата и моего любимого.
  
Глава 26
 
Я сразу понимаю, что с ней что-то не так. У меня на неё личный барометр настроен.
Утром она просит не заходить за ней – сама ко мне выйдет. Я вижу, что Сэл напряжена, скована, хотя старается держаться, как всегда. Улыбается, даёт себя поцеловать, но…
Я каким-то шестым чувством понимаю – пока лучше ничего не спрашивать.
И поцелуй выходит каким-то, не таким, в общем, судорожным что ли?
Но я решаю не циклится, пропустить.
Тем более что я решил, наконец, расстаться с невинностью.
Не в том смысле, конечно. Расстаться с невинностью моей хаты! Привести туда, наконец, девушку.
Да, да, я из тех консервативных чуваков, которые считают, что квартира – это личное пространство, и не стоит водить туда всяких… Ну, для всяких есть другие места.
Селена не всякая. Она…
Она моя любимая девушка.
Произношу про себя это словосочетание и в груди становится тепло и сладко. Я эти дни реал в какой-то эйфории. На лютом подъеме, диком просто. Хочется орать и бить себя в грудь, как Тарзану.
Я чувствую, наконец, чувствую, что значит чувствовать! Да, тавтология, но именно это отражает суть.
Я кайфую от этих чувств. Меня вставляет.
Забирает просто охренеть как! До немыслимых вершин!
И главное – блин, кому из пацанов сказать – не поверят! Главное, что это просто от того, что она рядом! Это не интим, не взрослые отношения. Далеко не так! Совсем не так!
Просто, потому что рядом! Кайф держать за руку. Смотреть в эти фиолетовые глаза. На её улыбку нереальную.
Целовать…
Обнимать…
Всё, что я позволяю себе – наглец! – немного распустить руки. Ну, реально совсем немного, потому что я не хочу её пугать. И потому что я обещал.
Хотя моя Синеглазка, кажется, совсем не против, но – нет!
Не стоит сейчас. Ей… ей рановато. Пусть пока побудет еще маленькой девочкой. Девушкой.
Я ей это позволю. А потом…
Потом будет моя. Когда придёт время. А оно придёт! И я уверен, что мы будем вместе!
Улыбаюсь, заезжая на территорию, смотрю на неё и…
Что не так? Вижу дикое напряжение. Понимаю, потому что её пальцы с такой силой сжимают сумочку, становятся белыми.
- Сэл, всё хорошо! Ты боишься?
- Нет… нет, а… дома есть кто-то?
Так… она думает, что я на неё наброшусь что ли?
Обнимаю за талию, чуть прижимая.
- Маленькая, ну ты чего? Ты мне не доверяешь? Я просто хочу, чтобы ты увидела как я живу. Мою комнату. Мой дом. Это… для меня это важно. Очень.
- Хорошо. Но… твоих родителей нет?
- Нет, нет, не бойся. Там только наша домоправительница, ну, экономка. Тётя Даша, она тебе понравится, а ты ей.
На самом деле я не знаю, дома ли батя, маман скорее всего умотала в свой спа-салон к «курочкам» - так я называю её приятельниц. Немного более ласково чем они заслуживают, конечно.
Отец обычно по утрам дома, не уходит рано. Слуги народа служить не спешат.
Заходим в дом, оставляю Селену в гостиной, чтобы забежать к тёте Даше, спросить, готова ли её фирменная пицца «Луизиана», которую я заказал специально для моей малышки, и забрать домашний лимонад.
Возвращаюсь и слышу шум разбитого стекла.
Блин.
В гостиной батя и моя Синеглазка. Она смотрит на него испуганно, замерла, словно заколдованная.
Чёрт, я не подумал, что она у меня такая скромняшка.
- Привет, пап.
- Привет, привет…
- Селена, познакомься, мой папа, Виктор Сергеевич. Папа, это Селена, моя девушка.
- Селена? – мне кажется или у отца какое-то странное напряжение в голосе, он даже закашлялся. – Редкое имя.
 
Синеглазка молчит, стоит голову опустив.
- Да, пап, редкое, её назвали в честь певицы Селены… как там, прости я забыл…
- Кинтанилья. – неожиданно говорит отец, и буквально прожигает глазами мою девочку.
- Извините, я пойду.
Синеглазка вдруг срывается с места, проходит мимо меня, а я вообще не вдупляю что происходит.
- Сэл, подожди, ты куда, я…
- Прости, я… мне надо… меня… мама просила ненадолго. Извини.
- Подожди, я отвезу.
- Нет! – неожиданно она почти кричит. – нет… извини…
- Сэл!
Хватаю её за руку уже в холле, прижимаю, обнимаю, почему-то чувствую, что вот здесь и сейчас произойдет что-то очень страшное. Дикое. Ненормальное.
- Стас, прости… можно я уйду?
- Почему? Куда?
- Я… я потом тебе объясню, я…
- Значит это и есть твоя Селена? Миленькая… Что же ты, уже убегаешь? Останься, выпьешь с нами чаю, поговорим. Я так понимаю, у моего сына с тобой всё серьёзно? – маман вроде бы приветлива, и в то же время…
Почему-то мне кажется, что все они играют в какую-то игру.
Селена, которая что-то не договаривает. Мать, которая прямо-таки сочится ядом. Отец, который вышел следом за нами и пристально смотрит на мою Синеглазку.
- В чем дело? – смотрю на свою любимую девочку, и буквально умоляю высшие силы сделать так, чтобы все мои предчувствия оказались бредом.
Все же хорошо?
Еще вчера все было так нереально хорошо! Что же сегодня?
  
Глава 27
 
Это так ужасно. Стою, застыв как статуя. И говорить не могу – словно онемела. И в голове каша.
Смотрю на отца моего Стаса и просто не понимаю…
Этот человек – отец Глеба? Тот, в кого была так сильно влюблена мама? По которому страдала?
Я знаю, что страдала. Знаю! Да, она любила папу, но все равно не могла забыть того, первого. Мы с ней часто говорили довольно откровенно обо всем, года полтора назад, да, наверное, сразу после моего шестнадцатилетия она рассказала мне всё о своей первой любви. Ну, почти всё, конечно, без подробностей…
И вот сейчас парень, о котором она рассказывала стоит передо мной. То есть уже не парень, конечно.
Взрослый мужчина. Красивый мужчина. Подтянутый, спортивный, с идеально уложенными волосами. В костюме, который сидит на нём так, словно он модель.
Он бросил мою маму, беременную, совсем без средств. Ей пришлось оставить институт, медицинский, между прочим, где она училась на бюджете! У неё были проблемы, она долго лежала на сохранении. И потом… В общем, перед самыми родами она хотела встретится с отцом ребёнка, ей нужна была помощь! Но он отказался. Вот как раз тут мама подробности тоже опустила. Сказала только, что её любимый уже был женат. На её подружке…
Она тоже красивая, мать Коршуна. Элегантная, ухоженная. Ей, наверное, около сорока, как и моей маме, а выглядит на тридцать, не больше. Правда, я с каким-то удовольствием отмечаю, что у этой явно есть следы походов к косметологу, а моя мама делает только массаж лица и маски, и выглядит тоже очень хорошо.
- Так что насчёт чая? Стас? Селена? ВиктОр?
Она делает ударение на «о», называя его на французский манер, отец Стаса слегка морщится.
- Сэл? – Стас берёт меня за руку. Меня так удивляет этот жест! Как он может брать меня за руку? Он же…
И тут же меня торкает – Стас ведь ничего не знает! Совсем!
А его родители? Почему мне кажется, что они что-то поняли? Или я просто такая мнительная?
Как они могли понять? Да, я похожа на маму, но не настолько же? Скорее всего я для них маленькая неуклюжая девчонка, которую привёл в дом их сын. Да? Или… Или все-так нет?
Отец Стаса знал певицу, в честь которой меня назвали Селена Кинтанилья, он ведь не случайно назвал её имя? Не случайно?
- Селена, что случилось? Не хотите нас уважить? Просто чашка чая, надолго не задержим. Хочется узнать, что за девочку привел в наш дом наш сын.