Мера зверь: Прорыв (СИ)

Тот кивнул, и мы коротким перебежками двинулись между зданиями. Утыканные стрелами щиты пришлось бросить, и теперь, останавливаясь у каждого угла, мы сами вполне успешно отстреливались.
Мне тоже удалось пару раз пустить стрелу, но каждый раз мой снаряд уходил далеко в сторону. Ну, хоть напугать смогу. Я поймал немного смущенный взгляд Тружи.
— Я думал, ты хорошо стреляешь, мастер Белый Волк.
Поморщившись, я только отмахнулся:
— Из винтовки вообще отлично, все время в десятку.
Тружа, естественно, ничего не понял, а я уже толкал его в спину.
— Все, к следующем дому!
Мы потеряли Шмеля. Он не успел завернуть за угол, и тело зверя, сбитое стрелой, улетело дальше. Сразу несколько снарядов прочертило воздух, одна стрела прошла близко к моему уху, и я понял, что почти не увидел ее. Видимо, есть какой-то предел у чувства опасности.
Рядом хрипел Фолки — побег разбередил его рану. Нас осталось восемь. Вот тебе и спасительный поход.
— Вперед, вперед, — я толкал зверей в спину.
— Предатели! Желтые — предатели! — Тружа не унимался, — Спасем Шмелиный Лес!
Забегая за очередной угол, я обернулся. Командора видно не было, но по улицам уже неслись звери, и они тоже заскакивали за углы, не желая попадать под стрелы. Кажется, мелькнул пятнистый подбой — это точно Рыси.
Вот выглянул еще один. Серый мех на наплечниках — значит, Серый Волк.
Так как стрелок из меня был не ахти, то через некоторое время Фолки остался висеть на мне одном. Остальные отстреливались, передвигаясь заметно быстрее нас, лишь Тружа так и держался рядом.
— Брось меня, первота, — хрипел Фолки, повиснув на моем плече.
Я накинул ему баклер на спину, просто перекинув лямку на шею. Не знаю, от чего он хрипел больше — от давящего ремня или от серьезной раны. Все же, когда тебя пронзают насквозь, особо не попрыгаешь.
— Ты это брось, — я покачал головой — Мое дело защищать клан, помнишь?
— Слово клана, примал.
— Да какая, к нулям, разница? — огрызнулся я, когда мы свалились за очередной избой.
Бобры ушли далеко вперед, скрывшись за углом через три дома от нас. А я чувствовал, что уже не особо-то и могу бежать. Все-таки, даже силы зверя имели свой предел.
— Мастер Белый Волк, — Тружа попытался накинуть на плечо руку Фолки, — Давайте я…
Пчела и не заметил, как из-за избы выскочил зверь. Пятнистая Рысь даже не успел замахнуться мечом, как мое копье пробило ему нагрудник. Я метнул из-под Тружи, и остался без оружия.
Звучали шаги уже следующего за Рысью подкрепления, и я, извернувшись, кувыркнулся к копью. Пальцы уже обхватили древко, когда мне пришлось уворачиваться от следующего удара.
— Зеленая падаль! — рявкнул Серый Волк, вылетевший из-за угла.
Я нырнул под клинок и засадил копье ему в живот. Надавил плечом и, разбежавшись, отправил его в полет еще на двоих сообщников.
Сзади вскрикнул Тружа — с другой стороны избы выскочили еще два зверя. И сразу же упали с ножами в горле… Фолки от резких бросков потерял сознание и свалился с плеча юнца.
— Да твою же, — рыкнул я, подлетев к нему и хватая свой баклер.
Щит зацепился лямкой, я чуть замешкался, и проворонил атаку со спины. Но щелкнула стрела рядом с ухом и зверь свалился с пробитым глазом — Тружа выстрелил из лука почти в упор.
Щит оказался у меня в руке, я пихнул Тружу ближе к Фолки, а сам уже насаживал на копье следующего противника.
— Желтые предатели!!! — заорал Тружа, отбросив лук и схватив меч убитого Серого Волка, — Вы убили Шмелиный Лес!!!
И случилось чудо. Сразу трое выскочивших зверей изумленно округлили глаза:
— Чего?!
Юней оказался молодцом, сразу же продолжил:
— Желтый приор хочет подставить Синих и уничтожить Шмелиный лес, — рявкнул Тружа, — Вас обманули!
Трое, видимо, переодетые Желтые, переглянулись, ничего не понимая, как вдруг один из них упал — у него из груди вырос клинок. Позади стоял Рысь и рычал:
— А ну, желтые шавки, быстро в бой.
Остальные двое, недолго думая, просто вонзили Рыси с двух сторон клинки в шею. И спустя секунду с нами бок о бок сражались два неожиданных союзника.
 
И они тоже стали горланить вместе с Тружей наперебой:
— Желтые! За Шмелиный Лес!!!
Возникшая неразбериха дала нам шанс. Уж не знаю, где там неспеша шел командор, но его войско сильно разбрелось по деревне. Из-за угла к нам выскакивали то звери Синего приората, то переодетые звери Шмелиного леса.
Те, завидев, что тут отбиваются их соплеменники, округляли глаза. И, если успевали избежать удара в спину, вставали на нашу сторону.
Бобры, занявшие позицию дальше, все же не бросили нас. Они выглядывали из-за угла и обстреливали нашу избу с двух сторон. Им приходилось экономить стрелы, тем более, еще не было понятно, кто враг, а кто друг. Но пара Кабанов все-таки свалилась с простреленными шеями.
— Медовые опарыши! — к нам выскочил еще один зверь, — Что здесь происходит?
Тружа, недолго думая, схватил его за нагрудник, рванул к себе, и мимо головы везунчика свистнула стрела, выпущенная Бобром.
— Мы вас спасаем, — крикнул Пчела, — И Шмелиный лес!
Как говорится, вечно везение длиться не может. Потому что через несколько секунд стало тяжко, воздух будто сгустился. Близко подошел человек, и аура настоящего полководца заметно надавила на плечи.
— Зверье поганое, как посмели вы встать против человека?! — раздался зычный голос Морица.
Собранные вместе с нами звери, переодетые в синие доспехи, стали с сомнением переглядываться. Мне оставалось только молиться, чтобы свежие союзники не передумали.
Вдали пропел боевой рог.
— Это Керт, — с улыбкой произнес очнувшийся Фолки, — Так звучит его рог.
  
Глава 11. Вождь
 
Мориц был уже где-то за избой, а Керта надо было еще дождаться. Судя по звукам рога, он еще очень далеко.
— Нет, — рядом стали опадать на колени некоторые Желтые, — Господин Мориц, мы…
— Это аура командора, — прошептал Фолки, — Полководец может как воодушевить, так и заставить пасть ниц…
Я покосился на Серого Волка. Помощник Хильды приоткрыл глаза, но зрачков видно не было — на него тоже давила эта аура.
— Как зверь может бороться с этим? — спросил я.
— Никак, — послышался шепот, — Только вождь может…
Я усмехнулся. Нули тоже не могут стать зверями, никак не могут. А я смог.
— Не верю! — я крепко встал на обе ноги.
Фолки раскрыл глаза, фокусируя на мне взгляд.
— Белый… — но надавила новая волна силы, и зверь застонал.
На нашей стороне было уже одиннадцать жителей Шмелиного Леса, и они смотрели на нас со смешанными чувствами. Уже поняли, что Мориц их подставил, но и помочь ничем не могли.
— Встаньте! — я потряс копьем.
Может, у некоторых метки уже стоят, поэтому так давит? Меня, конечно, тяготила сила Морица, но не так сильно, чтобы падать на колени. Вот только в скорости я заметно потерял.
Я понял это, когда выскочила пара Рысей — их клинки вонзились в одного из беззащитных зверей, а я смог преодолеть лишь половину расстояния между нами.
Звякнул наконечник копья об меч, я повел рукой, оплетая Рысь вязью атак, сам принял удар на баклер — и вот оба врага уже падают на землю. Но мне пришлось выскочить за угол, и я, наконец, увидел Морица.
Он стоял на улице, шагах в пятидесяти от меня, и держал стрелу на тетиве. В сильверитовой кольчуге, и в шлеме с открытым подбородком, он возвышался над зверями. Из прорези на меня уставились внимательные глаза, я почуял коготки чужой воли.
Перед ним выстроился отряд — Кабаны, Волки, Рыси, переодетые Желтые. Причем последние с сомнением смотрели на стычку возле нашей избы — они не совсем понимали, что происходит.
 
Снова протрубил вдали рог, и Мориц, чуть поморщившись, покосился в ту сторону.
— Керт, старый хрыч, — он покачал головой, — Ну посмотрим, как будет оправдываться перед Зеленым приором.