Метка демона (ЛП)

— А теперь мы завоёвываем, — заявил Фарис, грубо схватив Парису за запястье.
Её мысли обрушились на меня, как лавина, погребая под разрозненными воспоминаниями, которые я не узнавала, и мыслями, которые я не могла связать воедино. Но постепенно поток превратился в тонкую струйку. Воспоминания и мысли расплывались, отслаиваясь, оставляя её разум незащищённым, созревшим для сбора урожая.
Неужели я только что так подумала?
«Нет, — я покачала головой. — Это, должно быть, Фарис. Это больше похоже на Фариса».
«Мы не такие разные, как ты думаешь», — произнёс его голос у меня в голове.
Я не хотела рассматривать такую возможность.
«Давай просто покончим с этим», — сказала я ему.
«Прекрасно».
— Расскажи мне про них, — сказала вслух Фарис, указывая на браслеты на запястьях Парисы.
— Это бессмертные артефакты, — монотонно ответила она.
Она больше не обладала свободой воли. Мы разрушили её защиты. Я должна была испытывать больше терзаний по этому поводу, но не испытывала. Я должна спасти Беллу. И Стэша. И, возможно, всю остальную вселенную заодно.
— Эти бессмертные артефакты функционируют? — спросил её Фарис.
— Нет. Цепи блокировали всю мою магию. Я не могу ими воспользоваться.
— Но я могу, — Фарис расстегнул застёжки на браслетах.
Париса не пыталась его остановить.
— Подожди, — сказала Каденс, подходя поближе, чтобы рассмотреть браслеты. — Я узнаю их.
Я тоже узнала.
— Мы видели их в сокровищнице Зариона. Или точно такие же, — я посмотрела на Парису. — Вот откуда они у тебя?
— Нет, — сказала она. — Они достались мне от моего отца.
Даже вопреки сокрушённой силе воли богиня продолжала играть в игры.
— А он их где взял? — спросила я.
— Мой отец обладал ими много лет, ещё до нашего заключения.
Фарис провёл кончиком пальца по гладкому металлу, и руны засветились жутким голубым сиянием.
— Да. Я помню, как давным-давно видел Реджина с такими браслетами. Я знал, что это бессмертные артефакты — мой брат был страстным коллекционером бессмертных артефактов — но когда после его изгнания я отправился в его замок, чтобы забрать их, они все пропали.
— Это потому, что он их спрятал! — радостно выпалила Париса.
Фарис прищурился, глядя на неё.
— Где?
— В Городе Праха.
— В Горохе Праха, — я взглянула на Неро. — Где ты проходил испытания архангела.
— Ангелы всегда проходили там свои испытания, — нараспев произнесла Париса. — Мой отец знал, что другие боги придут за нами, поэтому он спрятал свои бессмертные артефакты в хранилище.
— Хранилище, которое открыли мы, — сказала я Неро.
Париса кивнула, как маленькая марионетка на ниточках, не обладающая собственной волей.
— Мы так долго были заточены в изгнании. Отец сказал, что артефакты были заколдованы, чтобы телепортироваться к нам, когда хранилище наконец откроется. И тогда у нас будет всё необходимое, чтобы осуществить нашу месть. Он собрал так много бессмертных артефактов. Мы продолжали ждать, пока кто-нибудь откроет хранилище, — она выдавила улыбку. — И потом вы это сделали! Так что, думаю, я должна поблагодарить вас.
Фарис искоса взглянул на меня.
— Эй, мы с Неро не знали, что твой сумасшедший братец спрятал в этом хранилище целый клад бессмертных артефактов! — запротестовала я.
— Но вы же сломали печать, — возразил он. — Потому что вы не следовали правилам.
— Твои правила означали бы мою смерть, — парировала я. — Ты действительно этого хотел?
— Нет, — Фарис потёр подбородок. — Тем не менее, из-за вашего нарушения правил мы оказались в неприятной ситуации. В очередной раз, — его взгляд метнулся к Парисе. — А что делают артефакты Реджина?
— Много чего, — ответила она. — Их очень много.
— Что насчёт этих? — он показал ей браслеты, которые забрал у неё. — Для чего они нужны?
— Это оружие против богов и демонов, — она с тоской посмотрела на браслеты в его руке. — Они способны убить и тех, и других, в зависимости от того, как их использовать.
— В зависимости от того, как их использовать? — переспросила я.
 
— Видишь эти символы?
Я присмотрелась к браслетам повнимательнее.
— Это символ Бури Дракона?
Она кивнула.
— Буря Дракона, Прикосновение Фейри, Чары телекинетика… все они там есть. Всё это активные магические способности. И можно переключаться между светлой и тёмной магией.
— Значит, эти браслеты обладают такой силой?
— Да, и, если их активировать Нектаром или Ядом, ими сможет воспользоваться даже человек, — добавила она.
— Воспользоваться, чтобы убить божество, — я поднесла руку к браслетам, и они засветились.
— Хм, похоже, им нравится твоя магия, Леда Пандора, — Париса облизнула губы.
Я проигнорировала её.
— Эти браслеты, — сказала я Фарису, — они были встроены в дубинки, которые мы забрали у людей, захвативших твоих солдат.
— Да, — медленно кивнул он. — Я узнаю их.
— Сколько всего этих артефактов у Реджина? — спросила я Парису.
— Тысячи, — её глаза заблестели от восторга. — Достаточно, чтобы снарядить армию, способную соперничать с армией богов. И демонов тоже.
— Они собираются использовать людей, вооруженных бессмертными артефактами, активируемыми Нектаром и Ядом, чтобы те уничтожили богов и демонов, — сказала я Фарису.
— Это никогда не сработает, — ответил он.
— Эти артефакты так же стары, как и сами древние Бессмертные, — с гордостью сказала Париса. — Бессмертные поручили легендарному Санфайру изготовить их на тот случай, если боги и демоны когда-нибудь выйдут из-под контроля и бросят вызов их власти.
Дамиэль и Каденс переглянулись.
— Чтобы боги и демоны захотели власти и вышли из-под контроля? Да, как будто такое когда-нибудь могло случиться, — сказал Дамиэль с нескрываемым сарказмом.
— А теперь Бессмертные исчезли, — продолжила Париса.
— Не все мы исчезли, — сказала ей Каденс, и это умерило улыбку на губах богини.
Но эта ухмылка быстро вернулась.
— Однако мой отец нашёл этот древний склад оружия. И теперь, спустя столько времени, он использует его, чтобы уничтожить вас всех, — заключила Париса со злобным восторгом.
— Это оружие, — произнесла я, — вы давали его не только своим солдатам-людям, не так ли?
— Да, — подтвердила она. — Не только.
— Вы отдали один из бессмертных артефактов Аве, и она каким-то образом передала Белле убивающую богов силу артефакта.
Вероятно, потому, что магия Беллы была тёмной. Как и Яд, активирующее вещество.
— И ещё один бессмертный артефакт вы отдали Зариону, который использовал его, чтобы проклясть Стэша, наделив его способностью убивать демонов, — я потёрла виски.
— У тебя болит голова? — спросил Фарис, и в его голосе действительно звучало беспокойство.
— Не особо.
— Значит, наша магическая связь для тебя не слишком мощна?
— Нет.
— Хорошо, — он кивнул. — Я не хочу прерывать этот допрос, пока мы не выясним у неё всё.
Вот и всё беспокойство обо мне.
— Ты снова это делаешь, — сказал Фарис, когда я потёрла виски.
— Я пытаюсь выбросить эти мысли из головы.
Он моргнул.
— Магия так не работает.
— Это не магия, — сказала я. — Это просто небольшое движение, чтобы освободить мои мысли. Знаешь, это как выжимать сок из апельсина.
— Значит, твоя голова — апельсин, — спокойно заявил он.
Тесса фыркнула.
— Да, я апельсин, — ответила я ему.
Он, не мигая, встретил мой взгляд. Затем, наконец, сказал:
— Я создавал тебя чем-то большим, а не каким-то фруктом.
На этот раз фыркнули и Тесса, и Джин.
Я пожалела, что у меня при себе нет фруктов, которыми можно было бы швырнуть в моих глупых сестричек.
— Думаю, нам нужно сосредоточиться на допросе, — сказала я Фарису.
— Согласен, — он повернулся к Парисе. — Ты сказала, что когда печать на хранилище в Городе Праха была сломана, бессмертные артефакты телепортировались к Реджину.