Вещь (СИ)

Влада тянуло к ней как магнитом, потому он старался побыстрее разобраться с встречами, делами и поездками, в которых для хрупкой девушки не было места. А таких, учитывая его род занятий, было не мало. В офисе, по просьбе Маши, он не афишировал связь с ней, старался сдерживаться, сосредоточиться на работе, но когда самоконтроль давал сбой, то вызывал Машу к себе и закрывал двери кабинета.
Прошло уже болеё пяти месяцев, с тех пор как Маша оказалась в плену у Влада, а он по-прежнему не мог насытиться ей. Маша тоже стала привыкать к их странным отношениям. Влад явно старался быть нежным, дарил подарки, заботился о ней. Он стал проводить с ней свое сводное время помимо постели: вместе они гуляли, ужинали в ресторанах, посещали публичные мероприятия. Словом, если б Маша не помнила, как она оказалась рядом с Котовым и вдруг забыла, что уйти от него она не может, то она могла бы даже считать себя желанной и счастливой женщиной, которую содержит и балует богатый и влиятельный мужчина.
— Детка, а как бы ты провела это воскресенье, если б жила своей прежней жизнью, в которой не было меня? — Влад с полотенцем, обтянутым вокруг бедер, вышел из душа.
После утренней близости на щеках у Маши горел румянец, волосы растрепаны. Маша, придерживая простынь у груди, присела на кровати. Она сидела к нему лицом, но в отражении он видел её обнаженную спину и ложбинку между её ягодиц.
— Прогулялась по Арбату, и позавтракала в Макдональдсе, — Маша сползла с кровати, обматываясь на ходу простыней, и направилась в ванну.
Когда она поравнялась с ним и попыталась обойти, он схватил её за край простыни и потянул на себя. Маша вскрикнула, засмеялась, и, понимая, что вырвать ткань из его рук у неё не хватит сил, она отпустила простынь и побежала обнаженной в ванну. Маша успела захлопнуть дверь и закрыть на щеколду, и Влад остался по другую сторону двери.
— Детка, ты же знаешь, дверь меня не удержит, — хрипло говорил Влад, оперевшись на запертую дверь.
— Мне надо принять душ! Влад, прошу, дай мне хоть немного свободы, — взмолилась Маша, включая воду.
— Я могу тебе спинку потереть, маленькая, — смеялся Котов, — Ладно! У тебя десять минут, и мы едем бродить по Арбату, и есть эту твою резиновую еду!
— Ты серьезно? Великий Котов будет со всеми смертными есть чизбургер и пить колу? — подтрунировала она над ним.
— Иногда полезно идти в народ! И я буду что-то с мясом, чизбургер оставь себе! Детка, никаких джинсов, узких юбок, мне нужен доступ к телу! Вообще все брюки носи, когда я в отъезде, поняла? — Влад одевался в спортивную одежду и кроссовки.
— Влад, мы ж будем на улице. Прошу, не заставляй меня чувствовать себя распутной девкой, не залезай мне под юбку при всех, — Маша в полотенце уже появилась в гардеробной.
— На улице не залезу, но не могу гарантировать, что этого не случиться где-нибудь в машине или в безлюдном углу, — Влад выпрямился и подмигнул ей, — и скажи спасибо, что не заставляю идти без трусов. Я вызову такси, буду ждать тебя внизу, поторопись, — он шлепнул её по попе, выходя из комнаты.
***
Маша поднялась на носочки и вставила Владу в ухо один наушник.
— Что ты делаешь? — Котов стоял у Арбатских ворот. Как только Маша приблизилась к нему, он инстинктивно положил руки ей на талию.
— Ты ж хотел провести время, так как провела бы его я, а без музыки я его не провожу, — она улыбнулась, и Влад не сдержался, и поцеловал её прямо посреди улицы.
Он нравится, нравится мне, нравится, нравится так.
Нравится, я без ума.
Мама, в нем 40 градусов минимум, я на максимум выжата,
От него сегодня пьяна.
Невозможно, невозможно,
что невозможно расслабиться.
Он нравится, нравится мне!*
Влад любовался Машей. Длинноногая, изящная девушка улыбалась ему искренней, даже где-то по-наивному детской улыбкой. Увидев необычную картину или сувенир в витрине, она вырывалась из его рук и затем звала его посмотреть на найденное сокровище. Она вела его мимо дорогих брендовых магазинов и пафосных ресторанов и замирала как вкопанная рядом с художниками и музыкантами. Маша заворожено слушала Rain Andy Bawn в исполнении скрипачки, а Влад, обняв Машу со спины, с упоением вдыхал её запах, зарывшись носом в изгиб её шеи. Он часто ловил себя на мысли, что он помешался на её запахе. Вышагивая вдоль абстрактных картин, Маша искала потаённый смысл в каждой из них. Влад же злил её, наклоняясь к её уху и, произнося одну и туже фразу: "Снова очередная мазня! И это тоже!". В середине улицы Влад приметил ювелирный. Он потянул Машу внутрь. В магазине девушка растерянно переминалась с ноги на ногу в середине зала. Котов знал, как умеют манипулировать женщины, остановившись напротив витрины, томно вздыхая, не говоря ни слова, и намекая только лишь взглядом, что именно следует им подарить. Маша за все время, что находилась с ним, ни разу не прибегала к таким приемам. Влад стал подозревать, что она просто не умеёт так делать. Собственно она попросила его о подарке всего один раз. И то, это скореё был не подарок, а просьба вернуть вещь, которой она лишилась по его вине. Речь шла о мотоцикле, на котором она была в день, когда он её похитил. Мотоцикл был оставлен на месте, где она упала, и найти его не удалось, потому Котов купил ей другой. Сейчас, выбирая ей украшение, он готов был потратить любую сумму, но понимал, что для Маши не важна цена, и если вещь не зацепит её, то вне- зависимости сколько она стоит, она не оденет её по своей воле, а он хотел, чтоб его подарок она захотела носить сама. Он уже довольно долго смотрел на выкладку украшений, но никак не мог найти нужное. Маша робко потянула его за рукав, уговаривая выйти из магазина. И тут он увидел широкий браслет, на гладкой полированной поверхности которого была хаотичная россыпь маленьких гаек. Котов улыбнулся, это было то, что нужно. Довольный собой, он надел браслет ей на руку и внимательно следил за её реакцией. Она улыбнулась, подняла на него глаза и чмокнула в щеку. Влад почувствовал такую радость как когда побеждает его любимая футбольная команда, или как когда отец одобрительно похлопывает его по плечу. Он невольно вспомнил, как она плакала на полу в примерочной, когда он скупил ей ворох дорогой одежды и обуви. "Купил бы кольцо с огромным бриллиантом — расстроилась бы, что отношусь к ней как шлюхе, а бижутерия со смыслом — и смотрит на меня влюбленным взглядом. В ней все уникально — красота, ум, душа. Всё-таки, пятый элемент, не иначе!" — Котов держал её за руку, когда они шли по улице, и вглядывался в свет, льющийся из её изумрудных глаз.
 
Наконец, они дошли до Макдональдса. Заказ они сделали в терминале самообслуживания, где Маша подробно объясняла Владу, чем один пункт меню отличается от другого. Разместившись за столом у окна недалеко от выхода, они с аппетитом ели нездоровую еду, не отрывая взгляд друг от друга. Маша ела мороженное, когда Влад перегнулся через стол и попросил дать попробовать ему. Маша облизнула губы, зачерпнула ложкой мороженое и протянула ему. В этот момент она боковым зрением уловила движение у их столика. Парень в куртке с накинутым на голову капюшоном схватил её сумочку, которую она оставила на столе рядом с Владом. Котов, не изменившись в лице, ребром ладони ударил его по шеё. Удар был такой силы, что парень упал навзничь, исчезнув под столом. Влад губами снял с ложки мороженое, не спеша встал, склонился над парнем, разжал его пальцы, забирая сумку, и произнес, заглядывая ему в глаза:
— Кого ты щипать* собрался, ушлепок! Бомбила тебя не учил, что надо смотреть, кого в караси* записывать? Привет ему пламенный от Кота. Пошел отсюда, пока я добрый, — Влад повернулся к Маше, протягивая сумочку.
Маша впервые видела его бандитскую сущность. Даже когда он показывал ей свою темную сторону, то он был жестоким ублюдком, но не криминальным авторитетом. И кроме татуировки до сих пор ничего в глазах Маши не связывало его с криминальным миром. Сейчас перед ней был тот самый вор в законе.