Вик Разрушитель 6 (СИ)
— Ах, вот как! Значит, вы тот самый молодой человек, о котором судачит Песчанка.
— Как будто это не было понятно с самого начала, — я усмехнулся, легко читая выверты Воскобойникова. — Давайте ближе к делу. Совсем недавно, пару часов назад, я поймал вашего сына в компании молодых людей и подростков, пытавшихся сжечь мой дом с помощью магических амулетов. Знаете, есть такие, похожие на речные голыши. Сжал, активировал и бросил. А дальше огонь выжжет все в радиусе полсотни метров. Опасная штука… Не кажется вам, Фалилей Сергеевич, что перед Альбертом маячит две тяжелые статьи? Заодно и вы прицепом вместе с Морозовыми пойдете.
— Угрожаете мне, княжич?
— Какая же это угроза? Факты — вещь упрямая. Есть свидетели… трое из них сидят в столовой, чаем с вареньем угощаются.
— Личная охрана не может свидетельствовать в пользу обвинителя, — кашлянув, купец оттянул воротник рубашки. Жарко, видать, стало.
— Да, она призвана защищать хозяина и его имущество. Любыми средствами. Но я не дал такой приказ, иначе бы Альберт не вернулся домой. Понимаете теперь, почему я здесь?
— Все дело в особняке, — кивнул Воскобойников, пойдя белыми пятнами. Гляделось это весьма забавно.
— Правильно. И в нем находится то, что я очень не хочу потерять. В противном случае ваши материальные потери станут критическими. Будем договариваться?
— О чем? — купец раздул ноздри от гнева. Еще бы, какой-то юнец смеет ему дерзить и кидаться опасными намеками.
— Понимаю, не вы даете окончательный ответ. Но как посредник вполне подходите. Господин Афанасьев имел возможность говорить с вами насчет моего особняка?
— Да, мы встречались. К сожалению, его вариант решения проблемы нас не устраивает. Компания требует скорейшего разрешения вопроса. Весной планируется развернуть стройку в этом околотке. Осталось чуть больше месяца…
— И вы склонились к силовому методу, несмотря на мою принадлежность к известному княжескому роду. Почему бы не встретиться со мной и не договориться? Ведь я не собираюсь торчать в этой дыре вечно. Все дело в некоторых обстоятельствах, не позволяющих сейчас продать землю вместе с домом. Не поняли сигнал, который я вам послал с господином Афанасьевым?
— Да? — Воскобойников понял, что попал в дурацкое положение. Ведь Борис Кузьмич намекал ему, что у мальчишки появилась приличная и соответствующая его статусу усадьба, чему поспособствовали очень влиятельные люди. Не стоит ли сначала провести переговоры с княжичем, после которых проблема могла бы исчезнуть сама собой? — И насколько сильны обстоятельства?
— Скажем… — я закинул ногу на ногу, демонстрируя свое превосходство над сникшим купцом, — достаточны для того, чтобы еще несколько месяцев быть хозяином дома.
— Все имеет срок. Хотелось бы поподробнее…
— Три месяца, после чего мы приглашаем адвокатов и на законных основаниях приходим к общему решению. И это все будет стоить пятьсот тысяч.
— Да помилуйте, Андрей Георгиевич! — изумился Воскобойников, косо глянув на сына, высунувшего нос из-за двери, а потом медленно прошествовавшего до дивана. — Не стоит оно того! Согласен, земля — ресурс ценный, а сам дом — полная развалюха.
— Земля и форс-мажорные обстоятельства, — я загнул один за другим два пальца, сверкнув перстнем. — Меня вынуждают убраться отсюда вопреки всем моим желаниям, так почему я должен терять деньги?
— Месяц — и шестьсот тысяч, — сжал губы купец.
— Вы не понимаете, Фалилей Сергеевич, — мне пришлось улыбнуться, хотя в душе зрело раздражение. Врезать бы по всей этой мишуре, чтобы стены полопались, а сам Воскобойников еще долго штаны отстирывал! — Проблема не в вас и не во мне, а в обстоятельствах. Именно они держат меня здесь. Когда все будет готово, я тут же подпишу все бумаги.
— А что должно быть готово? — Воскобойников, наконец-то, уловил суть.
— Не имею права разглашать, — напускаю на себя таинственный вид и поднимаю палец в потолок. — Работаю над проектом, спущенным сверху.
Главное, не перегнуть палку. Лицевые мышцы чуточку расслабить, щеки не надувать от важности, говорить с едва ощутимой усталостью. Якобы надоело каждому пояснять, ради чего я держусь за столетнюю развалюху. Глазки купца забегали быстрее обычного. Соображает, как вывернуться из сложившейся ситуации.
— Я сам не готов дать ответ, — он прервал молчание. — Нужно обсудить сложившуюся ситуацию с акционерами.
— Надеюсь, до того времени мой дом не сожгут?
Пришлось подкинуть на ладони трофей — тот самый голыш-артефакт.
— Лично проконтролирую, — пообещал Воскобойников и встал, так как я уже находился на ногах. — У Альберта сложились хорошие отношения с молодыми людьми из порядочных семей, ну и на шпану, где надо, может надавить.
— Надеюсь, — я поглядел на удивленного сынка, не ожидавшего такой резкой перемены. Ну да, он же не в курсе событий, где фигурировала моя личность. Сам-то папаша Воскобойников не дурак, ведь узнал меня, зуб даю. А если не признал, то в кратчайшие сроки раскопает подробную информацию о княжиче Мамонове. — И когда ждать ответ?
— Через два дня. Сын известит. Он уже знает, где вас можно найти, — в голосе купца послышалась угроза, направленная на Альберта. Ясно, сейчас начнет головомойка.
— Благодарю, Фалилей Сергеевич, — я сделал всего лишь намек на кивок. — Еще раз прошу прощения за столь поздний визит. Право, не хотел беспокоить ваше семейство.
— Да пустяки, — отмахнулся Воскобойников. — Я ложусь поздно. Это хорошо, что вы сразу заглянули в гости. Приятно было познакомиться поближе с обладателем «Пурпурной Звезды».
А я что говорил? Делец уже накопал на меня небольшое досье, но почему-то решил действовать грубо и напрямую вместо договоренностей. Значит, Морозовы на него давят. Эх, напустить бы на них ревизионную комиссию, чтобы выявили нарушения в деятельности компании! Может, и в самом деле попробовать через приезжающего скоро дядю Сергея? Ему же все равно придется встречаться с Мстиславскими.
Воскобойников любезно проводил нас до дверей и даже вышел на крыльцо, несмотря на довольно морозный вечер, пока мы не очутились за воротами. Сработавший замок вызвал вздох облегчения у купца. Он замахнулся и хотел врезать по затылку Альберта, но сдержался.
— Ты чего, батя? — опасливо произнес парень. — Пошли в дом, простынешь ведь. Не велика шишка, чтобы его с поклонами провожать.
Зайдя в дом, старший Воскобойников зашипел:
— Не велика шишка, говоришь? Приехал из Европ и решил, что умнее всех? Здесь Россия, детина великовозрастная! Хотя бы удосужился посидеть в Сетях, узнать про мальчишку поподробнее! Это же один из лучших пилотов в студенческом сегменте! А еще раньше он императорскую семью спас от гибели! Я ведь узнал его; он, правда, под другой фамилией выступал. Память на лица у меня хорошая, узнал!
— Если ты знал о Мамонове больше, чем я, зачем под дудку Мальцевых пляшешь? — логично спросил Альберт и получил-таки свой подзатыльник.
— Потому что не я решаю такие вопросы! А Морозовым давно надо шею свернуть, совсем страх потеряли! Предупреждал я их, предупреждал, но убедили ведь, что вопрос решаем! Ага, как же!
— Тогда зачем ты в это кубло полез?
— Кусок больно вкусный перед носом маячит, — ухмыльнулся Воскобойников. — Хочу еще один завод здесь поставить на три тысячи мест, а вокруг инфраструктуру для рабочих: детские сады, парк, кинотеатр, парочку крупных торговых комплексов.
— А Мамонов здесь при чем?
— Надеюсь, с его помощью подряд на строительство перейдет ко мне и Афанасьеву, — отец потер ладони друг о друга в каком-то возбуждении. — Вот что, сынок. Поговори с околоточной шпаной, чтобы забыли дорогу к лифантьевскому дому. Узнать бы еще, что там происходит.
— Да знаю я, — усмехнулся Альберт. Его злость на отца за подзатыльник испарилась бесследно. — Княжич там студию музыкальную запустил и мастерскую по конструированию бронекостюмов. Пойдем, я тебе лучше расскажу, как нас Мамонов встретил… офигеешь.