Безусловный рефлекс (СИ)

«Эм, о чем он?» – подумал Джей, стараясь дышать тихо и через раз. Хорошо, запах заглушен, иначе Иен бы его сразу обнаружил.
– Удачно, большая часть населения на нашей стороне, мы распространяем информацию, начиная с низов. Но нам нужны восемьдесят процентов, вы же знаете. Иначе ничего не выйдет. Плюс в клан Хорей просочилась информация. Но Коди замял это.
– Неужели Коди снизошел до действий… – с издевкой. – Запускайте третью волну.
– Вы уверенны, что Джейми не расскажет вашему отцу?
Джей обмирает второй раз, услышав свое полное имя. Моргает. Думает, послышалось, но голос из коммуникатора спрашивает еще раз. Что? Что вообще происходит?.. Какие волны, убийства?
– Не расскажет, – произносит твердым тоном Иен, а Джей прислушивается, боясь пропустить. – Я контролирую своего омегу. В этом можешь не сомневаться. Для него устроим затишье. Пусть думает, что Чужаки не появятся. А потом я переманю его к нам. Постепенно.
Сердце обрывается на слове «Чужаки». Нет. Не может быть. Это совпадение. Шутка. Что угодно, но Иен не может быть связан с Чужаками. Он же… он же спасал его, когда те выкрали. Переживал, говорил, что поможет, он же… что же тогда…
– …Сообщи Ланселу и Коди, что я желаю их видеть. Это наше общее дело. Я один должен управлять, пока они пропадают? Бездельники. Все. Отключаю.
Джей отходит на шаг. Еще один. Натыкается спиной на стеллаж, баночки звенят, падают. Шум. Он не верит.
Не верит.
Не верит.
Не.
Верит.
Дверь распахивается. Иен смотрит на него, расширенными глазами, хмурится, рот открывает. Джей пятится, снова натыкаясь на стеллаж и шепчет, не слыша собственного голоса:
– Скажи, что это неправда, прошу тебя.
========== Глава 25. Флешбек ==========
Воцарилась тишина.
Джей мотает головой, холодея с каждым мгновением молчания все больше. Иен манит за собой, закрывает за ним дверь. Оказавшись с ним один на один в этой тесной комнатке, Джей заволновался сильнее. Он не может осознать – неужели правда? Брат ни разу не давал повода так думать. Остается тонкая ниточка надежды, что это недоразумение и Иен не замешан во всем этом. В ином же случае… Джей не простит его. Не сможет простить.
– Слушай, – обратил на себя внимание альфа, поворачиваясь к нему лицом, переносицу трет. Всегда так делает, когда оказывается в затруднительном положении. – Да, я участвовал в создании системы Чужаков, – но говорит он таким тоном, будто не раскаивается, а наоборот, гордится этим.
Что-то тончайшее и невесомое обрывается внутри и распространяется болью, от сердца и по грудной клетке. Сотни вопросов в голове – но кашей. Он молчит. В шоке уставился на Иена и не может проронить и слова.
– Какое право имеет стайка толстых советников решать судьбы людей? – продолжил альфа, резковато взмахнув рукой. – Мы установим реальное равенство и демократию. Это то, чем я живу. И не один я. Мы свалим «Империю» Уничтожим иерархию. Поверь мне, Джи, мир станет лучше.
– Предатель, – качает головой Джей, медленно отходя к выходу. Иен кажется ему помешанным фанатиком, с таким рвением и горящими глазами рассказывающий бредовые слоганы. – Ты идешь против семьи, это…
– Тебе промыли мозг с детства. Нам всем промыли, Джи, мой Джи, послушай. Мы сделаем это. Ты, я, сотни других. Поверь, нас много. Только представь. Свобода слова. Ты можешь говорить что захочешь, про дворян тоже. И тебя за это не сошлют в монастырь. Да, ты не понимаешь, потому что родился Фахо. Если бы был обычным, знал бы, насколько ущемляют народ.
– Но зачем это тебе? Какое нам дело до народа? Они наши подчиненные! Ваша система не простоит и дня. Ты думаешь, так просто отобрать власть у кланов? – Джей, отойдя от шока, стал возмущаться. Но Иен и не посмотрел на него, игнорируя. Продолжил вести свое.
– Ты не представляешь силу людей, у которых появилась надежда. Они поднимутся. Подумай, Джи. Сядь сюда и подумай. Религия вся эта, Совет, они управляют нами, как хотят.
Иен говорит с придыханием и глух будто, все стоит на своем и убедить пытается. Как помешанный. Где он этого набрался? В спасители народа записался? За красивой идеей понятно, что стоит. Иен себя особенным возомнил. Меченым кровавой луной. Если отдать власть народу, начнутся полные беспорядки. Если клановая система падет, дисциплины больше не будет.
 
И все же, ради чего? Ради одного желания вписать свое имя в историю?.. У Иена есть все. У него было бы все. Власть, земли, титул. Он не бастард, не десятый в очереди на наследство. Не верится, что альфа проникся судьбами бедного народа. Иен не благодетель, а народ угнетали и так было всегда. Свобода слова? Тогда никакого этикета, если каждый начнет выражать неуважение. Это разожжет конфликты. Без дисциплины и контроля Итана падет. Без властей, религии страна распадется на отдельные группы, разрушив общую идеологию, которая и держит их вместе.
– Я не понимаю.
– Джи, – Иен странно улыбается. – Это шанс для нас.
– Э-э-э… только не говори, что ты выстроил эту систему, этих Чужаков ради того, чтобы узаконить наши с тобой… черт…
– Ты сам все понял. Да, в Новой Итане мы сможем жить, как обычная семья и никто не будет называть наших детей отродьями.
Джей покачал головой.
– Ты не сможешь. Это безумно, Иен. И знаешь, мне все равно на Итану, как и на людей. Меня волнует одно. Ты понимаешь, насколько подло поступил? Ты заманил меня в Чужаки, и, все это время, я же, так, – он сглатывает подступившую к горлу горечь осознания раз за разом. – Все это время ты управлял мной. Устроил все это, да ты хоть, ты, представляешь, что я? Пережил, – дрожь в голосе усиливается. – Ты… подлец, Иен.
– Ты заблуждаешься, – спокойно пожал плечами Иен, подходя все ближе и ближе. И его спокойствие раздражает больше всего. Неужели он не понимает? – Замолчи. И подумай. Все это время я старался для нас. Для тебя.
– Для себя, гребаный ты эгоист! Ты всегда все делаешь для себя! – выкрикнул Джей, не в силах терпеть внутреннюю бурю. – Ты подловил меня обманом, шантажом. Ты знал. Все время! Пока я мучился с выбором, ненавидел себя, ты радовался, что я у твоих ног, ползаю, как собака, и задницу подставляю!
– Прекрати истерику, – Иен заблокировал выход и Джей отошел к стене. – Немедленно.
– А ты меня спросил, хочу ли я быть с тобой? Хоть раз…
– Ты мой с рождения.
Джей глухо рассмеялся, запрокидывая голову. Ударился о стену. Затих, посмотрев в глаза напротив, и бросил ядовито, со всей обидой:
– Ты говоришь, у меня нет выбора. И это твоя демократия, свобода слова? Да?.. Ты сам себе противоречишь, говоришь одно, а делаешь… – он заикнулся, когда Иен подошел вплотную. Джей прижался к стене, готовый обороняться. Он вывел брата из себя. Но вместо успокоить, добавил громче: – Отпусти меня. Я не буду твоим рабом.
– Да замолчи ты наконец, – прошипел зло Иен, так, что внутри все сжалось от силы феромона. – Или я заткну тебя.
– Опять шантажи… – он промычал остаток фразы ему в губы. Иен целует жестко, больно, а Джей сжимает челюсти, пытаясь вырваться из захвата.
Безрезультатно. Иен сильнее. Альфа повернул его и больно придавил к стене, фиксируя руки. Затрещала одежда. Джей вскрикнул – тот укусил его в плечо. Он дернулся со всей силы, ощущая, насколько беспомощны его трепыхания против брата.
– Ты мой, – в ухо, рычаще. – Я хочу, чтобы ты понял это. Ты мой омега. Любимый. Моя семья.
Следующий укус в мочку уха. Джей шипит и ругается, а когда Иен начинает тереться твердеющим членом ему между ягодиц, вскрикивает. Но альфа продолжает, И от понимания, что тот будет сейчас делать, Джей впадает в отчаяние. Он не хочет этого. Только не после того, что узнал. Замирает, слыша в ухо «как всегда, моя пташка, подергался и сдался». Ком в горле мешает нормально говорить, но Джей произносит как можно увереннее:
– Только попробуй взять меня силой. Я буду ненавидеть тебя до конца жизни.
Срабатывает. Едва Иен отпустил его, он выбегает и несется со всех ног. Запирается в комнате, отпирается, понимая, что альфа найдет способ пробраться, если захочет. Бежит к Релу. Младший удивлен: но впускает. Спрашивает, что его так напугало, на что Джей пытается отшутиться мышью. Рел не верит, это видно. Однако, ничего не говорит ему и выделяет место на своей кровати.