Проклятый король и я (СИ)

Обо всем этом я думала, помешивая новую порцию каши. Король решил проверить — смогут ли его люди довезти её до столицы, чтобы раздать детям. Сам Стефан колдовал над артефактами, что должны были позволить доставить еду — горячей и не обращённой в прах…
Десятки маленьких котелков выстроились в ряд, задорно поблёскивая боками. Патрик вызвался закрывать крышки, чтобы не остыло. Кучер и тюремщик стояли наизготовку возле кареты, готовые в любой момент сорваться и нестись быстрее ветра.
Вообще на поляне царило приподнятое настроение — то самое, когда очень хочется творить добро и получать от этого удовольствие. Так щекочет внутри, когда готовишь подарок дорогому, близкому человеку. Представляешь себе, как он обрадуется…
Я помешивала булькающую кашу и мурлыкала под нос что-то новогоднее. Жаль, что во дворце кашу не сварить… Ни кашу сварить, ни яичницу поджарить, ни блинчиков испечь, ни… Так, Наташа, всё! Хватит… Любопытно — еду можно приготовить только в волшебном лесу, или… Обосноваться бы где-нибудь поближе и варить, варить, варить. Кормить, кормить, кормить… Пока сами не расколдуются!
Я была почти уверена в том, что снятие проклятия как-то связано с искренней верой жителей королевства в то, что их должны спасти. Не важно, кто — фея Динь-Динь, Баба Яга, учительница, оторванная от тетрадей и конца четверти…
Кто-то должен стать героем, в кого-то должны поверить — в этом и есть… магия. Волшебство. А может, мне так просто кажется, ибо воспитана я на сказках, а в них ведь как? Побеждает верящее в чудо смелое, храброе сердце. Вот только в меня-то вроде как верят, а дело, увы, не двигается…
Первое, что приходило в голову — найти нищих да накормить до отвала. То есть сделать всё то, что проделали тюремщик и кучер. Но и тут не всё так просто! И кучер, и тюремщик добро сотворили сами, по велению души, и что-то мне подсказывает — это важно. Если я расскажу всем, что именно нужно сделать — разве это будет… настоящее чудо? Слишком просто. Хитрое проклятие наверняка почувствует подвох.
Поэтому… Варим кашу и организовываем поставку в королевство нормальной еды, хотя бы для детей и стариков — зиму без горячего пережить ой, как сложно! А дальше — посмотрим. Может, на сытый желудок что и придумаем все вместе.
Когда каша почти была готова, я добавила мёд, орехи и изюм. Запах поплыл по поляне такой, что голова закружилась! Настроение поднялось, и я шепнула: «Горшочек, вари»! После чего, вооружившись поварёшкой, принялась наполнять горшочки.
Испечь бы ещё горячих булочек! У меня такой замечательный рецепт есть, от бабушки остался. Простой и… Интересно, тут дрожжи есть? Печь я вроде на королевской кухне видела, но она — далеко. Что, если поставить прямо здесь, посреди полянки? Представила это зрелище и рассмеялась собственным мыслям.
Вся в мечтах и фантазиях, я накладывала и накладывала кашу, доведя операцию до автоматизма, пока не услышала крик Патрика:
— Стоп! Котелки закончились!
И действительно — котелков больше нет, а каши — полно. Как так? Мамочки, это… Это что же получается — и впрямь варит горшочек? Чудеса! А хотя, чему я удивляюсь? Я — в сказочном, зачарованном королевстве, стою вот, кашу варю, ведьмой работаю. Всё так, как и должно быть!
Я разложила кашу в миски солдат. Колдовство — оно же не только для проклятий — пригодилось для полезного дела.
Стефан суетился, прилаживая, настраивая артефакты, и глядя в счастливые синие глаза, я вдруг подумала — а в кого это у Златы такой интерес к магии? Уж не в папу ли?
— Гони! — послышался крик тюремщика, и карета понеслась.
Все на поляне счастливо улыбались, провожая их взглядами, полными искренней надежды на то, что наш сюрприз доедет до детей — горячий, ароматный, вкусный.
— Ш-ш-ш-ш…! — вырвалась каша из котелка прямо на раскалённые угли.
— Наташа?! — тревожно нахмурился его величество.
— Горшочек, не вари! — предотвратила я захват поляны кашей, на всякий случай хлопнув в ладоши (больше всё же для театральности — уверена, надобности в том не было никакой).
 
— Какое странное… заклинание! — восхитился король.
— Полезное, — кивнула я.
— Так-то оно так, вот только…
— Что?
— Это противоречит всем известным законам магии! Каши должно быть пропорционально ингредиентам, положенным в котёл…
Ну, вот те раз! Какие такие законы? Скукота! Чудо — оно… Оно же просто есть!
— Так не интересно, — рассмеялась я, — Мы же в сказке.
Несколько секунд Стефан искренне пытался сохранить серьёзное выражение лица, но… не выдержал, и мы оба расхохотались от души.
— Я вот думаю — как бы организовать подобную акцию… на постоянной так сказать основе, — сказала я уже серьезно.
— Если еду удастся довезти и съесть — хорошая идея, — важно кивнул Стефан, словно мы с ним на заседании королевского совета.
— В таком случае придётся построить дом и поселиться в лесу, — вздохнула я.
Нет, я, конечно, герой и готова на подвиги… Тем более во имя голодающих детей, но только лесной житель из меня никакой. С другой стороны — Кексу полезно. Вот он как за это время похудел! Подтянулся. Отдышка стала меньше.
— Попробуем отъехать поближе к столице и что-нибудь сварить, — король задумчиво почесал подбородок.
— Попробуем, — согласилась я, сомневаясь, правда, что из этой идеи действительно выйдет что-нибудь путное…
  
10-3
 
Полянка для очередного кулинарного эксперимента была чудо как хороша! Всего час езды ближе к городу (решили начать с малого, постепенно передвигаясь ближе к столице). Всё та же речка с застывшими у берегов тонкими, хрупкими льдинками. Чистый, новогодний нетронутый снег, словно с праздничной открытки…
И всё шло хорошо. Залили крупу водой, поставили на огонь, и в самый последний момент, когда я уже готовилась добавлять мед и орешки с изюмом — бах!
Я, Патрик и Матей, не веря собственным глазам, печально уставились на горстку пепла, лежащую на дне сверкающего первозданной чистотой котла. Руки опустились. Я посмотрела на Стефана, чувствуя вину, хоть это и было совершенно неправильно.
С другой стороны — я же ведьма. Не смогла. Не оправдала надежды. Обидно-то как! Ведь недалеко уехали — час езды… Придётся вернуться на прошлую поляну. Кекс смотрел печальными глазами на впустую изведённый продукт и душераздирающе фыркнул.
— Дело не только в руках, что готовят — дело в земле, — проговорил король с азартом учёного-исследователя.
В отличие от нас, его величество расстроенным не выглядел, и было в этом столько мужества, что мне стало стыдно — он прав, не время раскисать, надо бороться.
— Король!
— Где король?
Мы вздрогнули — слишком много тревоги и отчаяния было в раздавшихся со всех сторон криках. Кекс храбро зарычал, спрятавшись за меня. От топота разгорячённых коней задрожала земля, и все тут же забыли про неудачу с кашей. День приготовил, судя по нервным возгласам, что-то ещё, и оно было явно серьёзнее горстки пепла на дне котелка.
Всадники вылетели на поляну и, резко осадив коней, спрыгнули на землю, упав на колени перед Стефаном.
— Принцесса, — задыхающимся голосом проговорил один.
— Баронесса, — добавил второй.
— Похитили!
— Исчезла…
— Во дворец, — сжал кулаки король, миг — и чёрный грач взмыл в воздух, исчезнув за заснеженными верхушками деревьев.
Бросив походную кухню на поляне, нас затолкали в карету — не время думать о припасах.
— А так всё хорошо начиналось, — вздохнула я, прижав перепуганного мопса к себе.
Карета тронулась, унося нас во дворец.
— Злата вновь исчезла, — начала я рассуждать вслух, исподволь наблюдая за Патриком — парень вжался в сидение, старательно отводя взгляд, делая вид, что искренне заинтересован мелькающим за окном зимним пейзажем. — И тогда, помнится, принцесса исчезла, а потом выяснилось, что девушка, оказывается, не покидала собственных покоев. Не думаю, что слуги туда не заглядывали. Сейчас вот тоже… Странно, правда? Патрик? Ничего не хочешь мне рассказать?