Покорители прошлого (СИ)

— Ну, что думаешь делать? — поинтересовался Револий Михайлович у Остапова.
— Люди расставлены по периметру обоих дворовых участков. Я попросил у вояк-соседей даже полевую кухню, мотивируя внеплановыми учениями, — усмехнулся тот. — В остальном — ждали вас, товарищ генерал-лейтенант.
— Всё ты правильно делаешь, — кивнул Суслов. — Тогда, вот что… Для начала я прямо в машине возьму у тебя подписку по проекту «684», чтобы был допуск к уровню три нуля, — он достал из кожаной папки несколько листков. — Пока едем, заполняй. И заодно расскажи мне все подробности получения информации о закладке.
— Ивановы вчера решили посетить местный рынок — купить кое-что из продуктов. Они ж только-только въехали в заново перестроенный дом.
— Понятно.
— Константин заметил под дворником своих «Жигулей» какую-то пластмассовую табличку. Снял с лобового стекла и прочитал… — подполковник перелистнул лист с подпиской.
— И что там было?
— Сама записка у меня в сейфе, но я её тоже просмотрел. Сделана… именно, сделана, а не выгравирована на пластике с нанесением краски. «Костя, мой подарок для тебя находится…», и дальше указаны координаты места, откуда мы забрали оба контейнера. Да! Ещё подпись — «Родич».
— Кто? — не понял Суслов.
— Товарищ генерал, Иванов божится, что фигурант подлинный. Константин никому не говорил, что общался с ним потомок. Звали его Родионом. Значит, выходит, что Родион — родной, родич. Поэтому он сразу поверил в написанное.
— Ага… Получается, что Иванов не всё нам рассказал, хотя… в беседе со мной он довольно логично объяснил свою мотивацию. Боится он, понимаешь…
— Чего? — Остапов поднял глаза на генерала.
— Утечки от нас информации. Тогда американцы и их западные коллеги разберут Константина на мелкие запчасти. Знаешь, в чём-то он прав… Нужно так сделать, чтобы на пути к Иванову существовало несколько кордонов охраны. Если мы его потеряем, будет плохо… Нет, даже не плохо, а фатально. Ну, контейнеры не пробовали вскрывать?
— Никто, товарищ генерал, — мотнул головой подполковник. — Даже Иванов не горит желанием проявить такую самодеятельность.
— Я ж говорил, что он — один из нас. Сам знаешь, люди, служившие в Конторе, бывшими никогда не бывают.
— Товарищ генерал, считаю, что самого Иванова оттирать от посылки будет неправильно.
— Почему?
— Потому что мы не знаем, как к нему на автомобиль попала эта записка.
— Предполагаешь, что потомки следят за ним?
— Не исключаю такой возможности. Почему они сразу не предоставили информации о закладке? Рискну предположить, что следили за его действиями и, что немаловажно, за реакцией силовых ведомств.
— Знаешь, ты прав… Вполне возможно, что у них здесь есть резидент, следящий за развитием событий. Да и логически Иванова нельзя оттирать — ему накачали в голову столько, что только он один знает, как всем этим пользоваться. Вот не верю я, что в контейнерах только записи… не верю и всё…
— Думаете, что там действующие образцы каких-то устройств или узлов?
— Именно! И, скорее всего, есть защита от несанкционированного доступа. А этот шельмец — тарщ Иванов, ни мне, ни тебе об этом ничего не сказал. Ну, тебе-то ладно — ты только получил доступ к этому уровню, а мне… хотя тоже понятно — доверие не сразу приходит. Он же сейчас на перепутье — доверять КГБ и даже САМОМУ или уйти в роль обычного талантливого конструктора. А мы должны показать, что у него сейчас тоже вырисовывается карт-бланш. По сути, он становится ключевой фигурой между нами и потомками. Ладно, мы подъезжаем, — он заметил, как машина свернула на тихую улицу. — Тут пока ты командуй.
Машина свернула на небольшую обочину рядом с забором дома Константина, и Остапов велел водителю глушить мотор. Сначала генерал с подполковником, а потом и остальные сопровождавшие, по взмаху руки Суслова вышли из машин и направились к гаражу у дома Ивановых. К ним навстречу выскочил Юрченко.
— Товарищ генерал-лейтенант! — козырнул он. — Охрана по периметру объекта выставлена, происшествий нет.
— Вольно, майор. Как тут? Обыватели проявляют какую-то активность?
 
— Полчаса назад подходила пара женщин, но мы быстро им объяснили, чтобы держались подальше. А так, только отделочники во втором доме проявляли интерес.
— Остапов, возьми с них подписку, — дал указание Револий Михайлович. — А Ивановы где?
— Я здесь, товарищ генерал, — обозначил себя Костя.
— А супругу куда подевал? — хитро прищурился важный гость. — Чаю не мешало бы испить.
— Катя уехала в женскую консультацию.
— О, как! Тебя можно поздравить?
— Подождём результатов обследования.
— Тогда рассказывай, что и как предшествовало этому, — генерал кивнул на гараж с раскрытыми дверями.
Костя повторил слово в слово заготовленную вместе с Остаповым легенду.
— Значит, потомок твой… а сколько ему лет?
— Чуть старше меня… Работал специалистом-механиком по нескольким востребованным направлениям.
— Ну, в одиночку такое провернуть никому не под силу, значит, там есть группа товарищей, симпатизирующих нашему государству. Вы с ним не обговаривали вариант возможной помощи тебе?
— Нет. У них там вообще всё плохо — сплошной капитализм, где деньги рулят всем, как он с неприязнью говорил.
— Но как он мог пробить такой портал? Ведь это сколько энергии нужно. Наверняка засветился по полной.
— Товарищ генерал, а при подполковнике и остальных можно дальше говорить?
— При подполковнике можно, остальным отойти на десять метров, — приказал Суслов. — Остапов сейчас становится моими глазами и ушами здесь. Говори.
— Дело в том, что меня вернули не через наш пробой пространства-времени, а своими возможностями. Но именно наш трагический эксперимент послужил основой их исследованиям. Когда меня отправляли, я видел их установку — она компактна… где-то метр на два… как шкаф.
— Как ты думаешь, за тобой здесь следили?
— Думаю, если да, то только в Рябиновске. Как вариант выполнения условий миссии. Поэтому и приготовили подарок.
— И что там может быть? — Суслов кивнул на контейнер.
— Предполагаю, что образцы техники… потом базы знаний… хотя… тогда должны дать и кибершлем…
— Что дать? — нахмурился генерал.
— Понимаете, меня обучали с помощью громоздкого шлема. Одев его, я… в общем, мозги сразу как бы перемешались… потом около часа восстанавливался, но, вместе с тем, стал ощущать прибавку к знаниям. Как будто в голове всё перестроили и разложили по полочкам. Больше не знаю, как передать словами, — Костя развёл руками.
— Интересно, — мотнул головой Револий Михайлович. — Выходит, что от такого обучения и интеллект увеличивается… А побочных эффектов не было?
— Первые несколько минут мутило, а так больше ничего.
— Эффект сотрясения мозга, — резюмировал Остапов.
— Логично, — кивнул Суслов. — Ну и не праздный вопрос: как думаешь, защита от несанкционированного доступа будет?
— Думаю, да. Родион говорил, что если у меня всё получится, они чем-то помогут, но главное, чтобы эта помощь не попала в руки сторонников капитализма. Мне дали один код… на всякий случай… Я тогда не понимал для чего…
— Давайте попробуем, — с этими словами генерал решительно направился к контейнеру.
Все трое подошли к нему. Костя сорвал пломбу и потянул вверх и вбок механизм щеколды. Дверцы контейнера чуть скрипнули и начали открываться. Перед ним оказался небольшой квантовый ноутбук, от которого тянулись провода, опутывая содержимое контейнера.
— Вот и первая система защиты. Вот здесь нужно ввести код, иначе…
— Делай! — выкрикнул генерал, внимательно наблюдая за его манипуляциями.
— Это мой день рождения… шестнадцать… десять… тысяча девятьсот пятьдесят два, — на экране возникла надпись «Защита деактивирована». — Всё, товарищ генерал.
— Охренеть… а откуда ты знаешь, что здесь да как?
— Отсюда, — Костя пальцем указал на свою голову.
— И что, так можно любого обучить специальности?