Тень Копья Оро (СИ)

— Тепла тебе и света, за эти воспоминания, — Варх поморщился и, быстрее заработав челюстями, произнес: — Я все обдумал. У меня имеется хороший план, и есть уверенность, что он сработает. Для выполнения операции ты должен привлечь новых агентов: Молова, Завгородцева, Мокшанова. Пусть они сегодня же прибудут в Москву для инструктажа. С ними я жду Барса и Крюка. Усилим их украинской группой. У нас мало времени на приготовления, и промедлить нельзя: Быстров при поддержке пристианцев, может стать недоступным для нас, и мы рискуем так и не разгадать, какова цель их миссии.
— Прошу прощения, величайший, я не спешил тебе доложить: Мокшанова больше нет в живых. Он застрелился два дня назад, — краснота мигом слетела с лица Ирхиса и он, отвернувшись к серванту, инкрустированному малахитом, добавил: — Извини. Не уследили. И не всегда угадаешь, что у землянина на уме.
— Значит, застрелился… — координатор разочаровано вертел в руках пластиковую коробочку «Орбит». — Странная реакция на хорошую работу. Искренне жаль, — скорбно опустив веки, милькорианец подумал, что эти три русских военных — лучшее приобретение за многие годы, и лишиться одного из них — большая потеря.
— Он не мог смириться с обвинениями командованья и переживал больше других. Если Завгородцев с Моловым затаили злость на бывших своих и живут с ней до сих пор, то Мокшанов… Не знаю, что такое щелкнуло у него в голове. По свидетельству товарищей, он последнее время чаще обычного вспоминал столкновение с пристианцами в тайге: разлетавшиеся в щебень скалы, огонь, обгорелые тела. Вспоминал своего бывшего командира, каждый вечер злоупотреблял алкоголем и ругал матом полковника Кашинского. Однажды среди ночи пустил пулю себе в лицо.
— Есть опасность, что двое других выйдут из-под контроля? — настороженно спросил координатор.
— Скорее всего нет. До последнего времени их все устраивало. Кроме одного… — подумав, добавил Ирхис. — Они привыкли служить и быть полезными. А два месяца на базе в скучном ожидании неважно на них повлияли. Хотя я старался нагружать их мелкими поручениями.
— Нужно было их задействовать еще при столкновении под Гродно. Ты прав, добрый Ирхис, им требуется работа. Завтра у них будет возможность проявить себя. Расскажи им, насколько опасен капитан Быстров и его галиянка — пусть это зажжет в них хищный огонек. А также в точности доведи им о нашей провальной операции по захвату Ариетты. Пусть они проникнутся всей важностью предстоящего. Пусть включатся в работу и сами разработают детали плана с учетом использования наших вооружений и спецсредств, с которыми ты успел их познакомить, — Орнох Варх, тяжко вздохнув, сел в кресло.
Быстров был нужен ему, но своим замыслом координатор не хотел делиться пока даже с Ирхисом.
 Глава 8 
Посетив еще несколько мест в Марфино, Серебряном бору и в Крылатском, Глеб не приблизился к разгадке исчезновения Шурыгина и начинки пристианского корвета, хотя успел пообщаться с людьми, на которых рассчитывал, людьми способными на очень многое. Затем был кратковременный поход по магазинам, чтобы купить более подходящую одежду пристианцу, кое-что из еды и всякую полезную мелочь, а затем они на метро вернулись ближе к обители господина Крулу, чтобы где-нибудь там остановиться на ночь, а не ехать завтрашним утром через весь город.
После некоторых скитаний Быстров снял два номера в новой гостинице возле Пироговской. Двухкомнатный для Лиэри и трехкомнатные апартаменты для себя с Ваалой на том самом этаже. Конечно, они втроем с комфортом разместились бы в одном номере, но Глеб по настроению пристианца понял, что того утомила многочасовая прогулка по Москве и он желает побыть один. Расставшись у двери, землянин пожелал Лиэри не отлучаться из покоев и не выключать браслет связи, а также не стесняться беспокоить его по любым пустякам.
Ужин в ресторане решили не заказывать. Пока Ивала неторопливо разбирала сумки и накрывала на стол, Глеб установил ноутбук, купленный в салоне напротив гостиницы, и подключился к Интернету. Глобальная сеть пестрила сообщениями о крушении инопланетного корабля. Только по запросу «инопланетяне, падение, Якутия» поисковик выдал несколько тысяч ссылок. Однако просматривая сообщения и статьи, Быстров не нашел ничего, кроме журналистских домыслов и сверхфантастических сплетен. На англоязычных сайтах ситуация оказалась поинтереснее: многие источники прямо заявляли, что Россия скрывает факт крушения инопланетного корабля; русские получили инопланетные технологии и вряд ли замалчивание этих фактов Москвой будет способствовать укреплению доверия. Несколько раз Глеб натыкался на выдержки из речи представителя Госдепартамента США и некоторых высокопоставленных военных. А чуть позже он разыскал ряд заметок, в которых говорилось, будто в Якутии русские имели боестолкновение с экипажем разбившегося звездолета и это якобы зафиксировал американский разведывательный спутник. Там же утверждалось, что оставшиеся в живых инопланетяне содержатся на одной из закрытых территорий и подвергаются бесчеловечным пыткам.
 
— Смотри сюда, — Глеб подозвал Ивалу и выделил фрагмент статьи.
Галиянка прочитала два раза, потом, сжав шею Быстрова своими сильными руками, сказала:
— Возможно это правда. Если кто-то и остался в живых из «Хорф-6», ваши бы не упустили. А потом в холодные каменные комнаты и вытаскивать полезные знания. За Родину, за Сталина, мать вашу!
— Но это больше похоже на домыслы проклятых империалистов, — усмехнулся Глеб.
— Ты не хочешь в это верить? Не хочешь даже помечтать, что Роэйрин — человек, преследовавший нас от самой Присты и старавшийся убить, теперь мучается в застенках у чекистов или в лабораториях военных? — галиянка наклонилась к нему, сверкнув похожими на темные звезды зрачками. — И если он действительно жив, то нам придется вытаскивать его из плена. Представляешь его лицо, когда он увидит, что спасли его именно мы?
— Роэйрин выполнял приказы Леглуса и вряд ли знал, что на «Тезее» находится наследница имперского трона. Он преследовал нас, как преступников, убивших графиню Олибрию, — повторяя версию Саолири, Быстров освободился из ее горячих рук. — Полистаю немного еще. Если ужин готов, зови пристианца.
— Готов, — Ивала окинула взглядом стол, с разложенными пакетиками всевозможной гастрономии и вскрытыми консервами. — Попробую еще вызвать Сашку.
Она повернула браслет на запястье и отыскала код Шурыгина. Тоненький писк неожиданно изменил тональность. Это означало, что сигнал принят.
— Полковник Иванцов слушает, — раздался громкий голос из браслета Ваалы.
— Стальная Алона! — прошептала галиянка, напрягаясь словно пружина и глядя широко раскрытыми глазами на Быстрова. — Ответили! Он не умеет пользоваться метальным каналом.
Глеб вскочил со стула и, поднеся ее руку ближе ко рту, одновременно стаскивая с нее браслет, произнес:
— Добрый вечер, полковник. Мы хотели бы обговорить важный вопрос, — одновременно Глеб снял свой браслет и протянул его галиянке, указывая пальцем вверх.
Она не сразу поняла его замысел.
— С кем имею честь? — все так же громко проговорил Иванцов.
— Быстров Глеб Васильевич, — Глеб торопливо начертил в воздухе пристианский знак «Тир» и снова вскинул палец к потолку.
После этого Ивала догадалась, что от нее требуется скорее связаться с «Тирату» — с эсминца можно было вычислить местоположение браслета Шурыгина, пока тот был включен. Стремительная как валькирия, галиянка перелетела через стол, загораживающий проход, и выбежала в дальнюю комнату.
— Быстров… Мне ваше имя ни о чем не говорит, — после небольшой заминки отозвался полковник, но Глеб спинным мозгом прочувствовал, что тот лукавит.
— Это не столь важно, господин Иванцов. Если возникнет необходимость, мы найдем способ познакомиться поближе, — заметил Быстров, потянувшись за сигаретой.
— Я немножко не понимаю: это угроза?
— Нет — это констатация факта. Я мирный человек и самые острые вопросы стараюсь решать убеждением, — держа браслет Ивалы перед собой, Быстров щелкнул зажигалкой.